С момента любого события, в том числе и теракта (массовой гибели невинных людей) может пройти 9 дней, год, несколько лет или так далее. Теракт может иметь место в школе - Беслан, в московском метро, в Нью-Йорке, Карачи, Джакарте или любом другом городе мира. Притупляется ли со временем боль потерь?..

Те, кто берет ответственность НА СЕБЯ за смерти невинных людей, с гордостью (понятной только им) говорят о сомнительной борьбе за независимость, о борьбе за права и об отстаивании своих идей. О своей роли в совершенном массовом убийстве людей они говорят с назиданием и нравоучением. Мол, вот, так-то и сяк-то, мы объявили вам войну и будем ее продолжать.

Это убийство (теракт) не имеет ничего общего ни с Исламом, ни с Джихадом, ни с одной из мировых религий и ни с борьбой за что-либо. Ведь всегда, я уверена, есть политический (судебный) способ добиться своих прав. Если, конечно, те права есть у гражданина и идеи не преступны изначально.

Я общаюсь несколько лет с одним из архитекторов, который принимал участие в проектировании и строительстве группой Минору Ямасаки Всемирного Торгового центра, в том числе и башен-близнецов, разрушенных в Нью-Йорке. Дом господина Гопала Митра в Калькутте, бенгальского архитектора, осаждался журналистами мировых СМИ в течении полугода после теракта 2001-го года. Всем хотелось знать, что чувствует архитектор, один из создателей тех зданий. Господин Митра говорил, что потерял более, чем проект. Сравнивал эту потерю с утратой близкого человека. Скорбил по погибшим и сокрушался, что под обломками зданий погибли тысячи людей. А как профессионал Митра недоумевал - какой же мощности был взрыв, если здания рухнули - уверял и приводил доказательства, что проект разрабатывался даже с учетом возможных терактов. Хотя тогда, на момент открытия в 1973 году об атаках такого масштаба, да еще и на территории США, никто и не задумывался...

О терактах в Москве, произошедших 29 марта, я узнала от подруги. Так получилось, что на момент трагических событий все СМИ были для меня недоступны. Отправив с пару десятков СМС-ок с вопросом "жив?" или "жива?" я на все получила ответ. Но все равно - в понедельник в метро "Парк Культуры" погибли двое знакомых мне людей, учащихся МГЛУ. Людей молодых, ярких и только начинающих жить.

С течением времени не забывается и не стирается боль потери. Терроризм не несет национальной окраски - пример тому Бурятский. Терроризм не имеет религиозной направленности. Терроризм просто несет смерть. Которая, в итоге, неминуемо ожидает и самого террориста. А уж какая участь ожидает террориста после его самоподрыва - уже НЕ НА ЭТОМ СВЕТЕ - мне остается только догадываться.
Я перепугалась 29 марта за всех друзей, родных и знакомых так, как не боялась никогда. Хочу выразить свое сопереживание всем родным и близким тех, кто погиб или был ранен в любом акте массового убийства, произошедшем в любом городе мира...