> Попавший в больницу режиссер Мусаев рассказал о драке с Епифанцевым - Аргументы Недели

//Происшествия 13+

Попавший в больницу режиссер Мусаев рассказал о драке с Епифанцевым

15 февраля 2021, 15:51 [ «Аргументы Недели» ]

Ростислав Мусаев, Фото: Instagram @rostislavchev

Попавший в больницу после драки в петербургском баре с актером Владимиром Епифанцевым режиссер Ростислав Мусаев рассказал о произошедшем конфликте. Он отметил, что все его участники повели себя не лучшим образом.

"Я защищал не свою девушку, это не моя жена, я защищал девушку, видя, как обращается с ней здоровенный мужик", - подчеркнул Мусаев. Он подчеркнул, что поступил бы так же, если б подобным образом обращались бы с любой другой женщиной. При этом драка, по его словам, случилась "на ровном месте".

Что больше всего поражает режиссера, так это реакция людей, которые, не зная причин и подробностей, "лезут с пеной у рта доказывать, что они правы и знают кто плохой, а кто хороший".

Пост в соцсети об этом Мусаев написал день назад, сообщив, что пока не знает результатов анализов, "как чувствуют себя внутренние органы".

Инцидент произошел в ночь на 11 февраля (видео).  Травмированная в ресторане экс-супруга Епифанцева показала лицо после драки 

НС


Обсудить наши публикации можно на страничках «АН» в Facebook и ВКонтакте

//Мнение

Барон Мюнхгаузен наших дней

Слушая очередные бравурные речи американского президента, каждый раз задаюсь вопросом: «Где это я уже слышал?» И неожиданно вспомнил. Так это же барон Мюнхгаузен наших дней! Вы только послушайте, что он городит с трибуны Генассамблеи ООН: рассказывает, как он летал на Луну, как жил среди трехногих людей, как его проглотила огромная рыба, как у него оторвалась голова, какое на голове у оленя выросло чудесное дерево. Стоп, стоп, я спутал, это не Трамп, это барон Мюнхгаузен, а Трампу принадлежат другие слова, но примерно то же самое: «Всего за семь месяцев я положил конец семи непрекращающимся войнам. Говорили, что они непрекращающиеся. Что никогда их не разрешить. Некоторые длились 31 год. Две из них — 31 год. Только подумайте, 31 год! Одна длилась 36 лет. Одна — 28 лет». Согласитесь, звучит высокомерная бравада, похлеще сказанного бароном Мюнхгаузеном.