Убить Достоевского

, 18:20

Убить Достоевского
Коллаж В. КРЕСТЬЯНИНОВА

Думаю, что даже Достоевского, писателя, ставшего для всего мира символом русской беспокойной духовности, можно убить. Например, с помощью скверных экранизаций в неимоверных количествах, которые заставят людские массы нервно вздрагивать и говорить «чур меня» при одном упоминании имени Федора Михайловича. А таких экранизаций готовится только в ближайшее время - три штуки.

Над «Братьями Карама­зовыми» хлопочет режиссер Юрий Мороз. «Бесы» бесстрашно поручены «молодому немцу Феликсу Шультессу». «Преступление и наказание» снимает Дмитрий Светозаров.

Отчего я думаю, что экранизации будут скверные? Может, они будут гениальные, необыкновенные и потрясающие? Вероятность этого существует - но, извините, стремительно приближается к нулю. Как говорится, от осины не родятся апельсины. Потому что, преж­де чем браться за экранизацию Достоевского, надо хоть чем-то это право заслужить. Подтвердить как-то квалификацию и репутацию режиссера, умеющего обращаться с полноценной высокой художественной литературой.

Вот Владимир Бортко, который снял посредственного, на мой вкус, но кондиционного, приличного «Идиота» - он имел, по крайней мере, за плечами «Собачье сердце» Булгакова. Было очевидно, что режиссер умеет работать с актерами и обладает навыками стилизации времени. Но чем заслужили свое право на Достоевского Мороз, Шультесс и Светозаров?

Наименьшее сопротивление вызывает в этом списке фигура Дмитрия Светозарова. Это не идеальная кандидатура для постановщика «Преступления и наказания», но все-таки не заведомо провальная. Сын советского классика Иосифа Хейфеца, Светозаров, и сам примерный  работник, автор многочисленных картин о кошмарах жизни, в последние годы ставший опытным мастером сериалов («Агент национальной безопасности», «По имени Барон», «Танцор»). Жестокий театрализованный натурализм, которому привержен Светозаров, вовсе не чужд миру Достоевского, а его богатая практика работы с актерами позволяет хоть на что-то надеяться. Однако тревога сильнее надежд.

Не было у Светозарова опыта общения с великой русской литературой, он привык по-свойски работать с посредственными, а зачастую и просто беспомощными сценариями. Занимательное зрелище он сделает, но забраться хоть ненадолго на философскую и нравст­венную высоту, на которую зовет нас Достоевский, - сомневаюсь.

Но вот за какие заслуги экранизировать двухтысячелетнюю историю христианской цивилизации - роман «Братья Карамазовы» - поручено Юрию Морозу, я не знаю. Решение это мне кажется заведомо обреченным. Юрий Мороз пока ничем не подтвердил  квалификацию режиссера, умеющего обращаться с классикой. Он поставил сериал «Каменская», и этот блеклый блинчик на сегодня - единственный известный фильм его послужного списка. Репортажи о съемках новых «Братьев Карамазовых» - это смех сквозь слезы. «Одновременно с экранизацией «Братьев Карамазовых» Юрий Мороз выпустил фильм «Точка» о трех московских проститутках»... Вообще, приступая к Достоевскому, надо бы хоть год попоститься и помолчать, а не картинки о проститутках снимать.

Вы можете сказать, что опыт общения с классикой имеют немногие режиссеры, и надо же кому-то когда-то с чего-то начинать. Но почему начинать-то надо с самого сложного, что есть в литературе? Надо было сначала дать Морозу экранизировать что-то на пробу - скажем, начать с Чуковского или Агнии Барто. Посмотреть, как справится. А тут на бедную современную голову обыкновенного сериального ремесленника обрушивается сам Федор Михайлович со всеми своими ужасами!

И уж совсем трагической представляется судьба «молодого немца Феликса Шультесса». Этот несчастный всего-то и успел, что закончить ВГИК. И тут ему сразу нанесли удар, от которого он вряд ли оправится, - «Бесы». Такой, значит, подарок молодому немцу, и причем явно не без участия его соотечественника господина Мефистофеля. Телевизионное начальство можно понять - с беспомощными выпускниками нынешнего ВГИКа работать куда легче, чем с капризными мэтрами. Могу привести пример, как одна такая выпускница, Ульяна Шилкина, забацала веселыми руками экранизацию «Золотого теленка» Ильфа-Петрова, испортив даже Олега Меньшикова, что практически невероятно...

Молодой немец успел пригласить в свои «Бесы» таких же беспомощных артистов (вроде Евгения Стычкина, сериального клоуна, который играет сложнейшую роль, Петра Верховенского). По­следние известия о судьбе сериала тревожны. О молодом немце уже ничего не сообщается, зато говорится, что общее руководство сериалом взял на себя режиссер Валерий Ахадов. Опытные люди понимают, в чем дело - материал так плох, что нужна помощь - но и Ахадов далеко не Висконти, ох, как далеко! А не лучше ли списать этот проект в графу «убытки» и не мутить «Бесов» понапрасну?

Нет, нужны какие-то препоны, какие-то барьеры на пути желающих экранизировать русскую классику! Невозможно, что каждый, понимаете ли, «хрен с горы» у нас брался за Толстого, за Достоевского. В некоторых странах таким барьером является ум и вкус самих работников телеканалов. На британ­ском телевидении кому попало Диккенса не поручат - его экранизируют раз в пять лет, и это важнейшее дело. Следует и нам подходить к экранизациям серьезно и ответственно.

Русская литература - это наш стратегический золотой запас духовных ценностей, и его нельзя просто так разматывать и обесценивать в погоне за сиюминутной прибылью. Если нет естественных преград, надо создавать искусственные! Кандидатура режиссера, которому поручается экранизация классического произведения, должна пройти жесточайший отбор - и у зрителей, и у профессионалов. Он обязан доказать свое право на адаптацию великого текста. Пусть претенденты пишут концепцию, снимают пробные сцены, да что угодно - только бы исчезла из обихода неприятная легкость, с которой великие романы превращаются в сериальное сырье.

Добавьте АН в свои источники, чтобы не пропустить важные события - Яндекс Новости

Политика

Глава дипломатии Евросоюза Боррель заявил, что нельзя допустить победы России и «оккупации» Украины

Аргументы НеделиАвторы АН

Аргументы НеделиИнтервью

В мире

Общество

Общество