Стать членом КЛАНа или Войти в КЛАН

Аргументы Недели Общество 13+

«Я никогда не перестану бороться за сына»

, 09:00 [ «Аргументы Недели» ]

«Я никогда не перестану бороться за сына»
Фото: соцсети

Когда мы говорим о домашнем насилии, подразумеваем побои, но есть еще одна форма психологического насилия – когда мужчина, с деньгами и связями, пытается отнять ребенка у своей бывшей жены, угрожает ей, провоцирует, выставляя неадекватной истеричкой. История не новая, примеров тому тьма, но за каждой из них – своя боль, свои страхи и судьбы детей, которые совершенно не собирались играть в наши взрослые игры и становиться заложниками чужих обид.

Когда Роман и Анжелика Зимины разводились, вопрос о том, где будет жить их единственный трехлетний малыш не стоял – оба согласились, что в таком возрасте ребенку прежде всего нужна мама, он к ней привязан и менять что-то нет смысла, тем более, что для папы-бизнесмена семья всегда была на втором плане. «Я всегда давала им возможность общаться. Бывший супруг мог приехать в любое время, позвонить и поговорить с ребенком, съездить с ним в отпуск. Я сама звонила ему по два раза в день, передавала трубку Роберту. У меня даже в мыслях не было что-то запрещать, ведь он же его папа», - рассказала Анжелика Зимина в интервью газете «Аргументы недели». Именно поэтому все дальнейшие события стали для женщины настоящим шоком, который разделил ее жизнь на «до» и «после».

«Ни развод, ни необходимость начинать все с нуля и собирать свою жизнь заново, а именно эти 2, 5 месяца, когда я не знала, что с моим сыном, не могла ни видеть его, ни услышать родной голос – это стало настоящим ужасом и испытанием, после которого я могу сказать, что со всем остальным я могу справиться. А вот с тем, что у тебя отнимают ребенка – справиться практически невозможно», - вспоминает Анжелика.

Роман Зимин хотел поехать с Робертом в отпуск, обещал научить его кататься на лыжах в Красной поляне, но, как всегда, за неделю до поездки все отменил. Анжелика, у которой на это время была запланирована поездка на соревнования в Америку (она фитнес-тренер), сама предложила бывшему мужу провести эти 10 дней с сыном. И тот согласился. А вот потом началась настоящая «трагедия абсурда» - с угрозами, издевательством, полицией, судами и даже дракой.

«Когда я прилетела, он мне сообщил, что ребенка не вернет. Он сказал: «Если ты посмеешь прийти ко мне домой и стучаться в дверь, я вызову полицию, вызову врачей, буду все фиксировать на камеру и доказывать, что ты ненормальная. Конечно, меня это не остановило, я приехала к нему домой, но охрана жилого комплекса меня не пускала, говоря, что «лично на вас пропуск закрыт», потом была там с полицией и адвокатом, но он просто не открыл дверь. Я была в ужасе и отчаянии, я не видела сына, не знала ничего о нем, он не позволил даже передать ему любимые игрушки Роберта – он хотел всеми силами у ребенка выжечь из памяти маму», - вспоминая все это, Анжелика плачет, потому что, как она говорит, «отпустить ситуацию пока не получается».

Дальше все по букве закона – заявление в суд и полицию, сборы необходимых документов, но в стране уже ничего не работает – карантин и надежды в скором времени увидеть сына почти не остается. И только один вопрос в голове: «Зачем? Зачем он так со мной и нашим маленьким сыном?». На этот вопрос вполне однозначный ответ дает психолог, действительный член профессиональной психологической лиги Инна Кирюшина: «Безусловно манипулируя ребенком, он пытается отомстить, пытается доказать, что он сильнее, что он влияет на ситуацию и может заставить бывшую жену страдать. Отбирая ребенка – он бьет по самому больному, но есть еще и вторичная выгода. Он получает некий статус человека, который взвалил на себя ответственность и героически ее несет. Он жаждет поддержки и одобрения со стороны друзей и общества и получает ее, при этом повышая собственную самооценку».

А пока Роман Зимин повышал самооценку за счет собственного сына, который день за днем спрашивал: «А где мама?», и раздавленной разлукой с ребенком бывшей любимой женщины, произошла еще одна история: «В конце марта мне пришла СМС-ка из медицинского центра, куда я ходила с Робертом. Мой телефон был привязан, и когда муж повел туда сына, мне автоматически пришло подтверждение, что завтра он идет на прием к врачу. Это что называется вымолила, я подумала: «Боже, спасибо! Это единственный шанс увидеть моего мальчика!». Мы встретились в кабинете врача. Конфликт перерос в драку, он меня бил и все время держал сына, а я рвалась к нему, он случайно ударил и ребенка, потом выпихнул меня за дверь и закрылся в кабинете врача.

Я вызвала полицию, всех доставили в отделение и, пока я писала заявление, он меня закрыл в кабинете. Я почувствовала неладное, стала вырываться в коридор и вижу, как его мать - наша бабушка держит моего сына на руках, бежит из отдела полиции и захлопывает дверь. А деверь на магнитном ключе, я не успеваю буквально секунду. Я стою возле запертой двери и кричу-кричу на весь отдел полиции: «Помогите-помогите, это мой сын!». Наверное, со стороны я тогда и правда смотрелась как ненормальная, а он улыбается и снимает все это на камеру…. И в итоге, бабушка посадила Роберта в машину, и они уехали, а я в слезах сидела у заблокированной двери. Так я увидела своего сына первый раз за 20 с лишним дней», - Анжелика и сейчас вытирает слезы.

Вернуть Роберта матери удалось волею случая. Она была рядом с домом бывшего мужа и просто увидела, как он гуляет с сыном. Анжелика схватила ребенка и бросилась бежать, упала, потому что от страха подкосились ноги, но смогла добраться до машины и увезла сына.

«Первое, что чувствует мать, когда ее разлучают с ребенком – это опустошение. Для любой матери ребенок - некая точка опоры, ее будущее и социализация. Она востребована, она нужна и в этом ее самореализация. Когда мужчина отбирает ребенка, это огромный психологический стресс, одиночество и ощущение ненужности. А потому животный страх за ребенка, за себя и за свое будущее, это вполне нормальное поведение», - объясняет ситуацию психолог Инна Кирюшина.
Роман пришел домой к Анжелике тем же вечером, стучал в дверь, угрожал, требовал отдать ребенка. А Роберт прятался в своей комнате и просил маму не отдавать его.

«Все суды в отношении «спора о ребенке», как правило, являются ничем иным, как продолжением устойчивого конфликта между его родителями. Но что бы ни происходило между бывшими супругами, ребенок не должен становиться заложником их нерешенных проблем. И совершенно недопустимо вырывать ребенка из привычных ему условий жизни, быта и забирать его от матери против его воли, а тем более удерживать или скрывать его местонахождение. Все это служит поводом для обращения в правоохранительные органы, а прежде всего – в суд», - прокомментировала ситуацию руководитель юридической фирмы Аверьянова Екатерина.

И суд сказал свое слово: первичным решением было определено временное проживание ребенка с матерью до окончательного решения суда. Но супруг подал апелляцию, а потому до окончательного спокойствия в маленьком мирке Анжелики и Роберта еще далеко, но жизнь уже вошла в привычное русло.

«Я работаю, у меня интересные проекты, достойная зарплата, но главное, что Роберт со мной, мы с ним учимся, занимаемся, ходим в секции и на плавание, к педагогам развития – все это и есть нормальная жизнь, к которой мы вернулись после ада, устроенного бывшим мужем. Я очень переживала, что это все сломает сыну психику, но все успокоилось и это самое важное.

Хочется, чтобы все это закончилось миром, и чтобы у Роберта не было страха, чтобы он знал, что его любят и ничего плохого не случится», - делится своими мечтами Анжелика Зимина, а еще она надеется, что пройдет время и общение с бывшим мужем наладится… хотя бы ради сына, за которого она, как настоящая мать, никогда не перестанет бороться.

ГБ

В мире

Белорусские пограничники сообщили о закрытии границы Белоруссии на въезд для иностранцев

Аргументы НеделиАвторы АН

Аргументы НеделиИнтервью