Аргументы Недели Общество 13+

Система жалости не знает

№ 2 (646) от 17.01.19 [ «Аргументы Недели Кубань» ]

Система жалости не знает

Оформленные по закону документы на землю под строительство жилого дома не гарантия того, что вас не привлекут к уголовной ответственности. По крайней мере, в Краснодаре.

Ситуацию, в которой оказался краснодарец Александр Гончаров, в двух словах не опишешь. И причина не в ее запутанности. Напротив, при здравом рассмотрении очевидно, что дело не стоит выеденного яйца. Есть документы, подтверждающие законность получения земельного участка в далеком 1999 году, экспертизы, два решения суда не в пользу следователей и прокуратуры. В общем, полный набор. Но тем не менее эпопея продолжается уже шестой год, и всё это время Гончаров доказывает, что земельный участок под строительство своего дома он получил почти двадцать лет назад на законных основаниях. Правоохранители же настаивают, что он мошенник. Но еще один немаловажный факт заключается в том, что данный случай свидетельствует: к любому гражданину могут прийти правоохранители и заявить: у нас есть сомнения в том, что ваш дом — ваш. И вот попробуй докажи! Презумпция невиновности. Только наоборот.

В порядке общей очереди

В 1999 году студенту юридического вуза Александру Гончарову было девятнадцать лет, однако уже в том возрасте он имел четкий план на жизнь: дом, семья, карьера.

— Я учился в юридическом институте, и однажды к нам на лекцию пришел полковник из краевого ГУВД. Я даже фамилию его помню — Вишневецкий. Он рассказал, что мы, как будущие сотрудники органов внутренних дел, можем бесплатно получить земельные участки под индивидуальное строительство. Призвал нас подумать о будущем и воспользоваться возможностью. На тот момент наша семья — пять человек — жила в двухкомнатной хрущевке. Естественно, это предложение меня заинтересовало. Я взял справку в деканате, что обучаюсь в юридическом вузе, и пошел в администрацию Прикубанского округа,— вспоминает Александр Гончаров. — Специалист-женщина в администрации округа приняла мое заявление и справку из вуза. Потом подвела к мужчине, который сидел за столом, и сказала, что моим вопросом будет заниматься Владимир Иванович. Потом я несколько раз по его звонкам приходил в администрацию, чтобы дозаполнять документы. Через время меня пригласили посмотреть участок в районе Ростовского шоссе, но за него требовалось заплатить. Денег не было, и я отказался. Вскоре вызвали еще раз и показали участок площадью 15 соток в районе нынешнего Западного обхода. Эти земли сильно подтапливались, но давались бесплатно. В общем, в 1999 году я получил документы на участок под ИЖС. А оформил его только в 2007-м: как-то всё некогда было. При этом замечу: никаких вопросов при оформлении ко мне не возникало, всё было по закону.

Сразу построить дом не вышло: студент не обладал такими капиталами. Собравшись средствами, всей семьей осилили только фундамент. Так этот участок стоит и поныне. Сначала не было возможностей: оказалось, что земля очень сильно подтапливается, и пришлось ждать, пока городские власти оборудуют дренажную систему. А когда условия для строительства появились, исчез смысл возведения дома. Земля оказалась под арестом.

Вина без вины

Гром среди ясного неба грянул в 2013 году, когда Александра вызвали повесткой в городское управление МВД. Оказалось, что он и еще одиннадцать владельцев участков в данном массиве являются свидетелями по уголовному делу, связанному с мошенничеством с муниципальной собственностью — землей. Якобы выделенные четырнадцать лет назад участки были предоставлены в собственность гражданам незаконно. При проверке обнаружилось: в архиве отдела архитектуры отсутствуют записи, что Гончаров и остальные являются собственниками земли.

Расследование продолжалось больше года. За это время Гончаров десятки раз давал показания, предъявлял документы, называл свидетелей — работников окружной администрации того времени, которые могли подтвердить, что он действовал по закону. Но всё уперлось в того самого Владимира Ивановича, чью фамилию Гончаров как раз и не знал.

Следователь прошерстил списки работников администрации и не нашел ни одного сотрудника с таким именем и отчеством. Более того, проводится экспертиза свидетельства о регистрации права собственности Гончарова, и она показывает, что документ не соответствует требованиям: печать не та. Короче, дело принимает для Александра весьма неприятный оборот: в 2014 году против него возбуждают уголовное дело по части 4 статьи 159 УК РФ («Мошенничество»). А это, кстати, грозит наказанием до десяти лет лишения свободы.

К слову, аналогичные дела были возбуждены и в отношении остальных одиннадцати граждан. Но к этому мы еще вернемся.

Начать с экспертизы. Оказалось, что для сличения оттиска печатей эксперту предоставили не образец 1999 года, а печать, действительную не ранее чем с 2002 года. Выяснилось это просто: на документе Гончарова стоит печать мэрии г. Краснодара. А образец для сличения имеет подпись «Администрация МО г. Краснодар». Дело в том, что орган исполнительной власти до 2002 года назывался мэрией и лишь после реформы стал администрацией. Эксперт досконально сличил два оттиска и, естественно, не обнаружил сходства. Так появилось заключение о поддельности справки, выданной Гончарову.

Теперь о Владимире Ивановиче. Впоследствии одна из бывших сотрудниц администрации Прикубанского округа вспомнила, что такой человек действительно был и с ним плотно сотрудничала исполнительная власть при оформлении земельных участков. Об этом свидетельствует хотя бы тот факт, что он имел собственное рабочее место в администрации.

Вспомнили его и другие свидетели. И фамилию тоже. Оказалось, что Владимир Иванович был пенсионером, который прежде работал в администрации, но только в отделе образования. Выйдя на заслуженный отдых, он, пользуясь старыми связями, обеспечил себе неофициальное, но вполне осязаемое рабочее место в администрации. Проще говоря, за определенное вознаграждение он помогал в оформлении документов заявителям. «Фишка» в том, что сотрудники администрации сами подводили к нему людей и представляли как человека, который будет вести дела.

Начали искать Владимира Ивановича и нашли… запись о том, что он умер. В итоге дело о мошенничестве, по которому Гончаров и его соседи проходили свидетелями, закрыли в связи со смертью подозреваемого. Но против Александра расследование продолжилось. Притом, что характерно, только против него. Остальные одиннадцать уголовных дел, возбужденных как под копирку, почему-то расследовали в установленные сроки… и закрыли в связи с невиновностью граждан. Более того, в тех расследованиях показания давали свидетели — сотрудники окружной администрации, которые четко показали на Владимира Ивановича и подтвердили законность выдачи справок и так далее. И одиннадцать граждан признали невиновными, а Гончаров — под следствием. Да под таким, что все его ходатайства о допросе тех же свидетелей, что и по аналогичным делам, игнорируются. Следователь их попросту не вызывает. Иногда в ответах фигурирует формулировка «местонахождение установить не удалось». И это притом, что Гончаров готов сам за руку привести этих людей. В чем причина такой избирательности? Может, в том, что дипломированный юрист, бывший сотрудник органов внутренних дел Александр Гончаров занял принципиальную позицию и ни на какие сделки с совестью и следствием не идет, а твердо стоит на своей невиновности?

Стоять до конца

От тюрьмы Александра Гончарова спасло его юридическое образование. Когда ему избрали мерой пресечения подписку о невыезде, он сам звонил следователю, чтобы уточнить время очередного допроса, ведь неявка по повестке автоматически направляла его в СИЗО, откуда в России без судимости выходят единицы.

В середине 2014-го дело в отношении Гончарова поступает в суд. Заметим: прокуратура утвердила обвинительное заключение — не нашла нарушений.

К счастью, эти нарушения, вернее целый их пласт, увидел суд. В первую очередь он обратил внимание на убогость экспертизы, где сравнивались две совершенно разные печати, и назначил еще одно исследование. На этот раз эксперту предоставили для сличения документы, выданные в 1999 году, и его вывод был однозначен: справка Гончарова абсолютно законна. Довод же обвинения о том самом Владимире Ивановиче тоже был принят скептически. Более того, свидетелей обвинения нет. При всём желании засадить Гончарова за решетку следователь не смог их предоставить. Ведь невозможно найти то, чего не существует.

Казалось бы, вот он, оправдательный приговор. Но нет. По российской традиции, где процент оправдательных приговоров исчисляется долями процента, такое решение вынесено не было. Суд отправил дело на дополнительное следствие всё в тот же отдел МВД по Прикубанскому округу.

К слову, это решение было опротестовано прокуратурой, но оно устояло и в апелляционной инстанции, и в кассации.

Пришлось следствию снова засучить рукава. На этот раз статью еще более ужесточили, припаяв Гончарову «группу лиц по предварительному сговору». С учетом всего вышесказанного такой маневр скорее воспринимается как попытка давления на подозреваемого, чтобы он стал посговорчивее, нежели как желание добиться справедливости. Но Александр Гончаров опять не поддался и продолжил настаивать на своей невиновности.

И опять всё пошло по кругу. Следователь снова назначает экспертизу, и она ставит под сомнение законность документа. Получается, что судебной экспертизе тут не верят? Опять ищут свидетелей, но находят лишь тех, кто ничего не может ни подтвердить, ни опровергнуть. А вот сотрудников, которые непосредственно занимались оформлением земельного участка Гончарова, несмотря на наличие фамилий, имен, отчеств, отчего-то следствию обнаружить не удается. Ходатайства же Александра Гончарова и его адвоката об их допросе следствие вглухую игнорирует. Всё как и прежде: не видят очевидного, ищут эфемерное.

Такая бодяга тянется еще три года. Дело то приостанавливают, то возобновляют, и всё это время Гончаров находится под подпиской о невыезде, участок арестован и Александру остается только косить на нем траву да платить за него налоги.

Доследованное дело снова отправилось в суд в 2017-м. Теперь уже другой судья изучил его и после нескольких заседаний вынес решение: отправить на дополнительное расследование! Ну нет в обвинительном заключении ничего, что дало бы основания хотя бы немного усомниться в невиновности Гончарова! Признайте ошибку и восстановите справедливость. Нет, снова администрация города опротестовывает и во всех инстанциях проигрывает. А следователь берется рыть новые факты «преступной деятельности гражданина Гончарова», не веря судебной экспертизе и не вызывая никого из тех свидетелей, кто может пролить свет на и без того ясное, как день, дело. И теперь идет уже третья серия этого увлекательного по своей абсурдности детектива.

Двадцать лет спустя

— Все эти годы я задаю один и тот же вопрос следователям: «Объясните, в чем я виноват? Пришел в администрацию Прикубанского округа, написал заявление, меня подвели к человеку, который сидит тут же, и я делал всё, как он говорил. Со мной два раза ездила выбирать участок женщина-сотрудница, ее очень легко опросить, потому что известно, кто она и где живет. Документы законные, что подтверждает экспертиза. Что еще надо?» Ответа нет. При этом меня обвиняют по самой тяжкой части статьи «Мошенничество». Это предполагает, что я как минимум имел умысел на совершение преступления. Тогда почему, получив участок, я его не продал? Почему ко мне появились претензии только через пятнадцать лет? Говорят, что моих документов нет в архиве. Это действительно так, но разве я должен искать виновных? Зато я прекрасно знаю, что номер справки, дающей мне право на земельный участок, совпадает со справкой, разрешающей строительство гражданке, которая приходится матерью следователю, возбуждавшему самое первое уголовное дело. То самое, что потом закрыли по причине смерти подозреваемого. Надеюсь, что это только совпадение,— комментирует Александр Гончаров.

Выводы, безусловно, делает суд. И мы никоим образом не претендуем на его полномочия. Но факты позволяют с высокой долей вероятности представить, как развивались события. Предложим их в виде версии следствию. Может, пригодится.

Итак, если предположить, что Гончаров по закону получил справку, легитимность которой, повторюсь, доказана судебной экспертизой, картина может быть такая. Спустя без малого полтора десятка лет в архивах администрации проводилась проверка, а возможно, сверка имеющихся дел. Тут-то и выяснилось, что участок Гончарова и его соседей в архиве не значится. Чей это прокол? Скорее всего, самой администрации, которая не должным образом вела учет, иначе для выявления столь вопиющего факта ей не понадобилось бы четырнадцать лет. Но признавать ошибки у нас не любят — это факт. Гораздо проще бросить в бой правоохранителей — пусть разбираются.

Заметим, что к 2013 году ситуация с краснодарской землей очень сильно поменялась. Свободных массивов попросту не осталось, а цена сотки взлетела под небеса. И правоохранители, возможно, взяли под козырек: начали разоблачать, а не разбираться. Когда же копнули, выяснилось, что факт мошенничества если и имелся, то со стороны «почившего в Бозе» Владимира Ивановича, но уж никак не тех, кто получил землю.

Что делать? Признать факт недосмотра со стороны администрации — нонсенс, чреватый большими неприятностями для исполнительной власти. Это ж придется людям землю по закону оформлять и отдавать. А каждый участок больших денег стоит — прямой убыток казне. Такого допустить государевы люди никак не могут. Поэтому остается только идти до конца и доказывать, что землю у города украли мошенники.

Если принять эту версию, то очень логично выглядит и возбуждение уголовного дела против Гончарова, и удобная следствию экспертиза, и ненахождение тех самых свидетелей. Но вышла закавыка: суд не принимает «сшитое» дело. Уже дважды. А если посчитать все инстанции, то все шесть раз. А значит, будем расследовать дальше.

Это дело очень выпукло представляет все изъяны правоохранительной системы, которые уже навязли на зубах. И главный из них: не принимать очевидное, а доказывать, что скажут, потому как система не признает ошибок — ей стократ легче сломать законопослушного человека, чем попробовать ему служить. Так, может, пришла пора менять систему и начать с этого дела? Вызвать свидетелей, о чем уже много лет ходатайствует Гончаров, опросить их. Объективно изучить документы. Понять наконец, что попросту стыдно, когда суд вынужден дважды отсылать дело на дополнительное расследование из-за топорной, а может, и предвзятой позиции следствия и прокуратуры. У следствия есть шанс исправить ситуацию. Надо просто всё сделать по закону.

Четырнадцатого января 2019 года истек десятилетний срок с момента «совершения преступления» Гончаровым. Это дает основание для закрытия дела по нереабилитирующим обстоятельствам. Но Александра такая формулировка не устраивает: «Я — законопослушный гражданин! Я невиновен!»

P. S. Мы будем следить за этим делом и обязательно сообщим о развитии ситуации читателям.

В соответствии с Законом о СМИ данная публикация является официальным запросом в правоохранительные органы.

ХС