> Пушилин назвал версию Киева о поджоге машин ОБСЕ "нелепой" - Аргументы Недели

//В мире

Пушилин назвал версию Киева о поджоге машин ОБСЕ "нелепой"

9 августа 2015, 18:36 [ «Аргументы Недели» ]

Фото пресс-службы Дениса Пушилина
МИД Украины попытался прокомментировать поджог машин ОБСЕ, но она оторвана от реальности и потому получилась нелепой, заявил сегодня вице-спикер Народного Совета Донецкой Народной Республики Денис Пушилин.
 
«Запоздалая реакция Киева как всегда бессмысленна и лишена всякой логики. Я рекомендую коллегам из МИД Украины, прежде чем делать громкие заявления на пустом месте, ознакомиться с предварительными заявлениями представителя специальной мониторинговой миссии ОБСЕ, ознакомиться с нашей позицией, а потом что-либо говорить. Иначе выводы МИД Украины получаются глупыми и выглядят нелепо», - цитирует Пушилина Донецкое агентство новостей.
 
Ранее МИД Украины обвинил в поджоге машин ОБСЕ неких «подконтрольных России боевиков», которые хотели «запугать международных наблюдателей СММ ОБСЕ и заставить миссию прекратить фиксацию нарушений боевиками Минских договоренностей». В ДНР расценивают поджог авто как провокацию диверсантов.
ЕП


Обсудить наши публикации можно на страничках «АН» в Facebook и ВКонтакте

//Мнение

Барон Мюнхгаузен наших дней

Слушая очередные бравурные речи американского президента, каждый раз задаюсь вопросом: «Где это я уже слышал?» И неожиданно вспомнил. Так это же барон Мюнхгаузен наших дней! Вы только послушайте, что он городит с трибуны Генассамблеи ООН: рассказывает, как он летал на Луну, как жил среди трехногих людей, как его проглотила огромная рыба, как у него оторвалась голова, какое на голове у оленя выросло чудесное дерево. Стоп, стоп, я спутал, это не Трамп, это барон Мюнхгаузен, а Трампу принадлежат другие слова, но примерно то же самое: «Всего за семь месяцев я положил конец семи непрекращающимся войнам. Говорили, что они непрекращающиеся. Что никогда их не разрешить. Некоторые длились 31 год. Две из них — 31 год. Только подумайте, 31 год! Одна длилась 36 лет. Одна — 28 лет». Согласитесь, звучит высокомерная бравада, похлеще сказанного бароном Мюнхгаузеном.