В нынешней суете за сиюминутными новостями мы часто упускаем из виду глобальную стратегию, а без неё понять логику происходящего просто невозможно. Разберём на современных и, что особенно важно, на исторических примерах, что происходит на самом деле, к чему всё это ведёт и, главное, чем дело закончится. После этого анализа у вас сложится полное понимание того, в какой исторической точке мы находимся.
Начать нужно с Соединённых Штатов, где дела идут, мягко говоря, хреново. Причём речь не только о проблемах Трампа – в глубоком кризисе сама американская государственность. Страна расколота так сильно, как не была, пожалуй, со времён Гражданской войны. Трампу вставляют палки в колёса на каждом шагу, хотя многие его шаги для спасения американской империи выглядят вполне логично: он пытается восстановить производство, выровнять торговый баланс, заставить американцев снова что-то созидать, а не просто нажимать кнопку печатного станка. Но система сопротивляется. Только он ввёл жёсткие торговые тарифы – инструмент стратегического шантажа, которым он выбивал уступки у всего мира, как Верховный суд США берёт и всё это отменяет. Это не просто юридический казус, это удар по голове президента, после которого его шантаж больше не работает. Власти у него внутри страны, по сути, нет.
А впереди, всего через восемь месяцев, новые выборы в Конгресс. В Америке они идут как из пулемёта, не успеешь оглянуться – опять борьба за власть. Есть огромная вероятность, что республиканцы потеряют большинство, и тогда Трампу могут объявить реальный импичмент. Находясь в такой ситуации «раненого зверя», администрация способна на самые отчаянные шаги, чтобы переломить повестку. Американская пресса уже открыто пишет, что в ближайшие полгода Вашингтон попытается сменить режимы сразу в трёх точках: на Кубе, в Венесуэле и в Иране.
Особенно руки у Трампа чешутся в отношении Тегерана. Хотя главная его цель – это Китай. А поскольку иранская и венесуэльская нефть как раз то, что очень поддерживает экономику Поднебесной, то Иран и Венесуэла первыми попали под раздачу Трампа. Куба же – это личный проект Марко Рубио, выходца из кубинских эмигрантов, которому позарез нужно показать «американскую мощь» родственникам на Острове свободы. Ко всему прочему, в Вашингтоне эти страны считают слабыми звеньями. Венесуэла уже показала свою уязвимость, а про Иран и его «ядерную бомбу» всё чаще говорят как о блефе. Иранцы могут сколько угодно кричать о своём величии, но на Западе всё чаще звучит мысль: никакой бомбы у них нет. В сегодняшней большой игре на выбывание ставки подняты до предела, и это поразительно напоминает исторические декорации времён Екатерины Великой, когда европейские державы точно так же пытались задушить любого, кто смел трепыхаться помимо их воли. Мы тут можем сколько угодно рассуждать, не будучи специалистами по Корану или тонкостям религиозных течений в сегодняшнем Иране. Но одно мы понимаем отчётливо: психологию американцев. Как только они чувствуют слабость – всё, этой стране наступает конец. Капец, выражаясь по-русски.
Именно поэтому Трампу сейчас не до Украины. Они просто не могут вывезти её на себе, особенно когда Россия показала себя как монолит, как устойчивая держава. Вот в Вашингтоне и начали догонять: с русскими «нахрапом» вопрос не решить. А втягиваться в прямую рубку они как боялись, так и боятся. Причина одна – наш огромный и современный ядерный арсенал. Ради какого-нибудь условного Мариуполя никто в США, будучи в здравом уме, не готов потерять всю Америку. Это для них страшный сон, и вне списка их целей.
Поэтому к выборам Трамп кровь из носу хочет закрыть украинский вопрос. Но урегулирование возможно только на условиях Москвы, и в Госдепе это прекрасно знают. Главное требование Путина – уход ВСУ из Славянска и Краматорска. Об этом только что говорил и Зеленский: мол, на последних переговорах в Женеве американцы на него давили со страшной силой, требуя оставить эти города. Более того, артисту прямым текстом заявили – его готовятся заменить. Так что для хлопца из Кривого Рога это уже вопрос не политики, а его физического выживания: если выгонят, то за его жизнь и гроша ломаного никто не даст.
Похоже, и британцы включились в эту игру по замене Зеленского. Пошёл мощный вброс информации от Залужного, который сейчас сидит послом в Лондоне, публично обгаживает Зеленского, хотя известно, что без санкции англичан он даже чихнуть не смеет. Залужный через прессу сливает компромат: как Зеленский пытался его устранить, как Ермак вёл сепаратные игры, как СБУ планировала аресты неугодных генералов. Так что видно невооружённым глазом: Зеленский будет упираться до последнего. Как говорится – ножки-то тоненькие, а жить-то хочется... Вот и американская газета Wall Street Journal, которая всё-таки держит определённые рамки, опубликовала такой инсайд. После женевских встреч Зеленский собрал своих и сообщил, что никакие условия мира он не примет, и велел всем готовиться воевать ещё три года. В его группировке от этого просто охренели. Уже сегодня этим людям впору паковать чемоданы. Они лучше других понимают, что дело пахнет керосином, а бежать-то особо некуда. Достанут везде, и в Штатах, и в Англии. Страны, где можно спрятаться, сегодня больше нет. Через три года не скроешься даже на бабушкином хуторе в Жмеринке. Найдут везде и растерзают.
О том, что это правда, говорит мгновенная реакция: как только Wall Street Journal напечатала эту статью, в Киеве тут же бросились её опровергать. Но именно такая судорожная реакция была воспринята на Западе как прямое подтверждение: всё так и есть.
Теперь что касается того, как западные «яйцеголовые» блогеры и аналитики оценивают нашу позицию, то есть позицию России. Это крайне интересный момент. По их мнению, в российских верхах сформировались две группы влияния. Одни настроены категорически против любых переговоров. И дело тут не в отрицании мира как такового, а в понимании того, что с американцами каши не сваришь. Все обещания Трампа отменить санкции или заключить экономические соглашения на 13 триллионов долларов – пустое сотрясение воздуха. Даже если он досидит до конца срока, внутренняя ситуация в Штатах такова, что ему просто не дадут ничего сделать. Так что нас в очередной раз попытаются надурить: соглашение подпишут, мы остановим боевые действия, пойдём на уступки, а американцы воспримут это как слабость, а потом нас кинут, как уже было с Минскими соглашениями. В итоге мы окажемся в гораздо худшей позиции, чем сейчас.
Против переговоров выступают и многие бизнесмены – те, кто поднялся на перераспределении западных активов. Зачем им возвращение того же «Макдоналдса», если без него всё прекрасно работает? Кому в российском бизнесе сейчас нужны американские компании, которые нас бросили в 2022 году и сбежали?
Другая группа в наших верхах считает, что переговоры – это хорошо. Они опасаются, что в случае отказа американцы пойдут на обострение. Начнут ловить наши танкеры по всему миру или заблокируют Балтийское море. Сценарии вполне реальные, физически они на это способны. Но пока не идут на такой шаг, потому что боятся втягиваться напрямую. Любая игра с блокировкой балтийских и черноморских проливов быстро доведёт до ядерной войны. Поэтому Вашингтон судорожно ищет «желающих» исполнить роль военного посредника, на которого можно всё свалить, – тех же поляков, финнов или эстонцев, которые могли бы попытаться устроить нам блокаду в Финском заливе.
Сегодня американцы реализуют такой план с Украиной. Военный сценарий действий Киева против Москвы им крайне удобен. Так можно не лезть в прямую эскалацию с Россией из боязни ядерного ответа. Но при этом руками Киева они бьют по нашим самым чувствительным точкам. Дошло уже до того, что беспилотники долетают до резиденции президента Путина, террористы регулярно совершают покушения на наших генералов. Из последнего – ракетный удар по Воткинску.
Наши официальные лица не конкретизируют, куда именно прилетело, но губернатор Удмуртии подтвердил: попадание в объект есть, имеются раненые. Бандеровцы же прямо заявляют, что целью был Воткинский комбинат, то есть предприятие, где производят «Искандеры», «Тополя» и те самые «Ярсы». По сути, это ещё один удар по нашей ядерной триаде. И американцы здесь открыто мутят воду: провоцируют нас на ответ, но сами остаются как бы ни при чём. Если бы такие удары наносили сами США, нам пришлось бы закусить удила и бить по ним напрямую. А тут прокси-война, где Вашингтон всегда может умыть руки.
На Балтике они пока такую же «удачную» позицию не нашли, но активно ищут. Это как раз тот аргумент, который используют противники переговоров в России: посмотрите, как они себя ведут, о чём с ними договариваться? Сторонники же мира апеллируют к западным источникам, которые продвигают тезис о пирровой победе. Мол, на Украине вы своего добьётесь, но потеряете столько, что экономика будет дышать на ладан, а танкеры ваши не смогут выйти из портов. Поэтому, дескать, лучше договориться с Америкой сейчас.
Я не берусь судить, чья позиция вернее, – для этого у нас есть верховная власть, которой и надо принимать решения. Но если заглянуть в историю, то ситуация один в один повторяет времена Екатерины II. Её ведь не просто так прозвали Великой. На днях я накопал такие факты, от которых глаза округлились. Екатерина столкнулась с точно таким же желанием всей Европы воевать против России. И то, как она решала эти вопросы, по сути, готовый рецепт для дня сегодняшнего.
Исторические параллели с сегодняшним днём становятся просто пугающими, если всмотреться в события после присоединения Крыма к Российской империи Екатериной II. Императрица тоже долго пыталась не идти на крайние меры, пробовала урегулировать вопрос миром: сажала в Крыму лояльных ханов, которые должны были действовать в интересах России. Это точь-в-точь как попытки Москвы договориться с Януковичем на Украине. Но ничего не выходило – турки в те годы постоянно устраивали в Крыму «майданы», свергали пророссийских правителей и назначали своих ставленников. Ровно так же, как современный Запад режиссировал перевороты в Киеве.
В конце концов Екатерина не выдержала и, подобно Путину в 2014-м, ввела войска и официально объявила Крым российской землёй. Спустя несколько лет, в 1787 году, императрица совершила своё знаменитое триумфальное путешествие на полуостров. Это событие шикарно показано в советском фильме «Адмирал Ушаков» – кадры просто загляденье. Екатерина взяла с собой английского и французского послов, а также других европейских дипломатов из Петербурга. Они ехали через всю страну, и когда приближались к Крыму, вдоль дорог стояли нарядные деревни. Именно тогда англичане от зависти и злобы придумали термин «потёмкинская деревня». Им всегда было плевать, кто владеет Крымом – турки или кто-то ещё, лишь бы не Россия.
Когда делегация прибыла в Севастополь, князь Потёмкин продемонстрировал им новенький Черноморский флот. На англичан и французов это произвело убойное, просто шокирующее впечатление. Россия, которая уже закрепилась на Балтике, теперь обладала мощной силой и на Чёрном море. До турецких проливов и выхода в Средиземноморье оставался один шаг, и никакой Гибралтар англичанам уже не помог бы запереть нас ещё в Азовском море.
Европейцам это не нравится и сегодня, и лучший пример тому – Сирия, где они годами препятствовали нам иметь военно-морские базы в Средиземноморье. А тогда, сразу после визита Екатерины, Лондон и Париж начали подстрекать турок к войне, чтобы отобрать Крым. Турки, как всегда, купились, восприняв визит императрицы как личное оскорбление. Точно так же, как в Киеве исходят пеной изо рта от каждого приезда Путина в Крым. Вот так началась очередная русско-турецкая война, где дела у османов сразу пошли хреново. Суворов начал их громить буквально с первых дней, устроив страшную бойню на Кинбурнской косе – той самой, где сегодня наши войска раз за разом уничтожают бандеровские десанты. Одним словом, история повторяется до мельчайших деталей.
И, как и в случае с Украиной, ищут прокси-исполнителей. Были османы, сегодня – бандеровцы. И если на юге этот сценарий уже запущен, то на Балтике ещё идут поиски того, кто готов кинуть нам предъяву. А тогда, в XVIII веке, после того как мы взяли Очаков, в Лондоне и Париже окончательно осознали масштаб угрозы своему доминированию и начали искать, кто готов устроить России гадость на севере.
Нашли быстро – шведского короля Густава III. Сейчас о нём у нас мало кто помнит, а зря. Густав был двоюродным братом Екатерины II: их родители были родными братом и сестрой. Екатерина его отлично знала, они вели переписку, но англичане пообещали Густаву столько бабла, что родственные связи отошли на второй план. Французы тоже подкинули полтора миллиона золотых ливров – огромные деньги по тем временам.
Сам Густав был персонажем специфическим. Он захватил власть в Швеции через переворот, был первым открытым геем на шведском престоле, чем повергал в шок местную аристократию. Увлекался оккультизмом, проводил спиритические сеансы и, будучи великим мастером ложи шведских масонов, даже пытался втянуть в это движение наследника русского престола Павла во время визита в Петербург.
И вот этот «родственник» в 1788 году, через год после начала нашей войны с Турцией, объявляет России войну. Он выступил перед армией, заявив, что доведёт дело Карла XII до конца. Это тот самый Карл, которого мы рвали на куски под Полтавой в 1709 году. А его последыш Густав выдвинул Петербургу ультиматум. Его текст один в один повторяет бред, который недавно озвучила эстонская «ястребица» Кая Каллас. И тогда, и сегодня от нас требуют разоружиться, сократить армию и отдать Крым. Густав III в придачу требовал вернуть Швеции все финские владения, Карелию. А на юге отдать Крым Турции.
Это лишний раз доказывает: в Лондоне, Париже или Вашингтоне совершенно неважно, кто у власти в России: императоры, большевики или президенты. Им невыносим сам факт русского Крыма. Они готовы отдать его кому угодно – хоть туркам, хоть бандеровцам, лишь бы выбить оттуда нас. Но история Густава закончилась бесславно, и это должно стать уроком для нынешних лимитрофов.
Когда в Петербурге узнали об ультиматуме Густава III, требующего разоружения России и ликвидации Балтийского флота, сказать, что там все охренели, – это не сказать ничего. В столице начались невообразимое возбуждение и паника. Дело в том, что вся действующая армия была на юге, воюя с Турцией. В самом Петербурге оставалось всего 14 тысяч гарнизонных войск. А Густав собрал 40-тысячную армию и огромный флот. Русский же флот в это время лавировал где-то у Греческих островов, пытаясь переиграть турок, и защитить столицу с моря было практически некому. Наши крепости в Финляндии десятилетиями не видели ремонта, а некоторым укреплениям было по 50 лет.
План Густава III, придуманный для него англичанами, был таким: нанести удар с севера, из Финляндии, через Карельский перешеек – по тому самому маршруту, который финны всегда использовали для наступления на Питер. Расчёт был прост: как только шведы начнут брать русские крепости в Финляндии, принадлежавшей нам уже почти 70 лет, Петербург бросит туда свои немногочисленные силы. В этот момент мощная шведская эскадра должна была подойти к Кронштадту, разгромить остаток русского флота, блокировать крепость и высадить десант прямо в Петербурге. План завершался захватом столицы и диктовкой условий капитуляции Российской империи.
Это критически важный момент: если сегодня Запад решится на эскалацию, одной блокадой дело не кончится: Петербург вновь окажется под прямой и конкретной угрозой. Но у Густава III война не задалась с самого начала, и все его аглицкие планы сорвались благодаря героизму простых русских солдат.
Войну он начал, всего на день раньше Гитлера – 21 июня 1788 года – через год после начала русско-турецкой кампании. Выбрал идеальный момент, когда мы начали активно обнулять турок. Все войска были там. Воинственный Густав, подражая Карлу XII, лично подошёл к крепости Нейшлот. Сейчас её найти непросто, она находится в 120 километрах к северу от Выборга. В этой русской крепости, стоявшей там со времён Петра I, было всего 230 человек гарнизона. Командовал ими однорукий майор Кузьмин, имя которого сегодня незаслуженно забыто, хотя именно он фактически спас Петербург. Когда вся шведская армия обрушилась на Нейшлот, Густав лично потребовал открыть ворота.
На этот ультиматум однорукий майор Кузьмин ответил фразой, которая вошла в историю: «Я без руки и не могу отворить ворота сам. Если его величество хочет эти ворота открыть, то придётся ему самому потрудиться». После этого шведы два дня обстреливали Нейшлот из пушек, пытались взять её осадой, но так и не смогли. Видимо, не рассчитывали на такое сопротивление. В результате у них закончились то ли порох, то ли ядра, и Густав III приказал отступить. А шведские солдаты начали грабить Нейшлотский уезд, населённый, кстати, финнами. Екатерина II в письмах к Потёмкину возмущалась этим мародёрством, называя действия «братца» Густава настоящим свинством, ведь грабить там было особо нечего.
Под впечатлением от этой истории императрица даже написала либретто к комической опере «Горе-богатырь Косометович». По сюжету этот горе-богатырь пытался взять избушку, которую оборонял однорукий старик с кочергой, и с треском провалился. И всё же та война со шведами была тяжёлой: собственных сил на севере катастрофически не хватало, и сражения шли с переменным успехом. Только через два года Густав III сумел собрать огромный десант и подойти к Выборгу. В Выборгском заливе наш флот даже заблокировал шведов. Однако те сумели прорваться, потеряв при этом 7 или 8 крупных линейных кораблей. На кураже русский Балтийский флот начал преследование, но переоценил свои силы.
В следующем морском сражении – при Роченсальме – вмешалась стихия. Начался страшный шторм, и русские гребные галеры просто не справились с погодой: их выбрасывало на камни. Это была единственная крупная победа Густава III за всю войну. Фактически он сумел отбиться, иначе Стокгольму пришёл бы капец. Сразу после этого шведский король пошёл на мир, так как и Екатерина II не была заинтересована в затягивании конфликта на два фронта. В 1790 году был подписан мирный договор, по которому все остались при своих: Швеция не получила ничего.
К этому времени мы турок уже окончательно разгромили. Суворов взял Измаил, а в битве при Рымнике нанёс османам сокрушительное поражение, за что и получил титул графа Рымникского. Совместными русско-австрийскими войсками Суворов буквально уничтожил огромную турецкую армию: за два дня было убито почти 20 тысяч турецких солдат и офицеров. Вся местность на шесть вёрст была завалена трупами. Подобных погромов история того времени почти не знала, и именно этот военный триумф окончательно разозлил Англию и Францию, которые поняли: Россия стала великой державой и на юге, и на севере.
Россия в итоге победила и на юге, и на севере, но судьба шведского короля Густава III сложилась трагично. Хотя ему и удалось отскочить от прямого разгрома, через два года он пал жертвой заговора собственных офицеров. Его, большого любителя театра и мистики, убили прямо в шведской опере во время бала-маскарада. Король был в чёрном плаще и белой маске, когда его окружили заговорщики в таких же костюмах. Выстрел в спину был произведён из пистолета, заряженного не только пулей, но и кривыми гвоздями. Без современной медицины и наркоза Густав мучился две недели от заражения крови и воспаления лёгких, прежде чем скончался. Эта драматическая смерть вдохновила Верди на создание оперы «Бал-маскарад», которую три недели назад вновь поставили в Париже. Примечательно, что одну из главных партий там поёт беглая оперная певица Анна Нетребко. Хоть она и сбежала из России, её четыре года не пускали на парижскую сцену за «русский Крым». Но, как видно, и в Париже задули другие ветры, видя наши успехи в зоне СВО, с которыми им приходится считаться.
Через два года после смерти Густава, в 1794 году, Екатерина II издала указ об основании Одессы. И сегодня этот город вновь является нашей ключевой целью. Тот же майор Кузьмин, сражаясь в далёком финском Нейшлоте, фактически воевал за то, чтобы у России появилась военно-морская крепость на Чёрном море – Одесса. Императрица понимала, что без Одессы нас никогда не оставят в покое.
То же самое касается и Балтики. К тому же сами балтийские бандеровцы – к примеру, эстонцы – явно готовятся к роли нашей будущей жертвы. Недавно МИД Эстонии заявил, что в случае конфликта они будут бить вглубь России. И тут самое время напомнить, что Таллин крайне удобно расположен на выходе из Финского залива, и мы должны сделать всё, чтобы этот город ни в коем случае не использовали против нас как инструмент давления.
Понимая свою обречённость, эстонский министр иностранных дел на днях заявил, что они не против размещения ядерного оружия НАТО в Эстонии. Эстонцы и финны, похоже, всерьёз решили пойти «светлым путём» Густава III и Карла XII. Однако вряд ли американцы на это пойдут: размещать ядерный арсенал в такой маленькой стране – значит буквально передать его в руки России. Вашингтону такая эскалация сейчас совершенно не нужна.
Но подготовка к войне против нас на Балтике идёт полным ходом, и чем всё это закончится – большой вопрос. Сейчас Финский залив замёрз, и единственное судно, которое может там работать, – наш атомный ледокол. Западная пресса уже полна рассуждениями о том, что неплохо бы этот наш ледокол захватить под предлогом борьбы с «теневым» или «незаконным» флотом. Не понимают убогие, что это будет настоящий казус белли, то есть повод для войны. Но более реалистичным выглядит сценарий с минированием морских путей. После чего начнут подрываться наши корабли. Но балтийские воины, как видно, не понимают, что сейчас не XVIII век: наши ракеты, самолёты и дроны могут наносить удары издалека, что делает ситуацию в Балтийском море на самом деле опасной.
Екатерина II в подобной ситуации не сдалась. Она воевала до победного и в итоге разбила шведов. Тем не менее императрица не отказалась от идеи мира, когда шведы сами пошли на попятную. Она заключила с ними мир вопреки Англии, которая и тогда, и сейчас не горит желанием прекращать наши конфликты. Собственно, это происходит и сегодня. В Москве продолжают говорить о заключении мира. Но у нас и на Западе видят его по-разному.