Аргументы Недели Общество 13+

Как разорить родовое гнездо

, 18:02 [ «Аргументы Недели. Кубань», ]

Как разорить родовое гнездо

Бывшие супруги столкнулись друг с другом в суде по иску о разделе имущества, камнем преткновения которого стало родовое домовладение, построенное свекром задолго до женитьбы сына. Суд отписал половину дома бывшей невестке, но при этом не учел интересы несовершеннолетних детей и обстоятельства, при которых имущество было передано отцом сыну.

Когда идет речь о разделе имущества между бывшими супругами, сложно выдержать морально-этическую грань. Ведь если ситуация решается в суде, в живых человеческих чувствах легко разувериться. Представьте, каково терять человека, с которым прожил 20 лет, и при этом наблюдать, как на глазах разрушается годами крепнувшее доверие. Так бывает, что в выяснения отношений бывших супругов вмешиваются родственники, но от этого никому не становится по-настоящему легче.

Дом, который построил Казбек

Чета Хадипаш из аула Старобжегокай Тахтамукайского района Адыгеи почти пятьдесят лет живет вместе. Супруги вырастили дочь и двух сыновей. Работали всю жизнь и честным трудом нажили свое имущество. Обеспечили жильем своих детей, а сами, по адыгским традициям, остались жить с семьей старшего сына Адама, которому в 2005 году отписали домовладение в ауле. Этот дом отец Адама, Казбек, строил с 1991 по 1993 год на земельном участке, который ему подарила двоюродная сестра. В 1994 году жилье было введено в эксплуатацию. Именно этот дом в 2005 году отец решил подарить Адаму, а когда обратился к нотариусу, тот предложил ему составить договор купли продажи, подразумевающий дарение. Так как указанная в договоре сумма отцу не перечислялась, он в любой момент мог в суде оспорить сделку.

Адам и Юлия (имя изменено. – Прим. ред.) поженились в 1998 году. За время брака у супругов родились две дочери. Так как долгое время чета жила в мире и согласии, у них сложились теплые доверительные отношения, и когда отец Адама переписал на него дом, ни у кого не было сомнения в том, что это родовое гнездо, в котором будут жить они с дочерями и родители мужа. Даже в 2017 году, когда брак распался, рассказывает Адам, между супругами была устная договоренность о том, что родовое домовладение остается Адаму как наследство от родителей, а бывшей супруге он поможет в приобретении собственного жилья. Помимо 900 тысяч рублей, которые за полтора года выплатил бывшей жене Адам, был материнский капитал, который тоже подразумевалось вложить в покупку квартиры, однако своего жилья у Юлии до сих пор нет.

Имущество раздора

Каково же было изумление семьи Хадипаш, когда Юлия подала в Тахтамукайский районный суд иск о разделе имущества, главным пунктом которого было родовое домовладение, в котором проживают Адам и его престарелые мать и отец, а с 2018 года – еще и дочери, одна из которых несовершеннолетняя.

– 1 апреля 2017 я пришел домой: нет ни детей, ни жены, ни половины имущества, их телефоны отключены, – рассказывает Адам. – Около месяца пытался выйти на контакт, но безрезультатно, потом узнал, что имущество вывезли грузовой машиной родственники жены, а детей забрали под предлогом погостить. Мне не давали видеться с ними, но при этом я перечислял деньги, оказывал помощь, дарил подарки. Долгое время от меня скрывали, где дочери находятся, но через год мне удалось взять младшую погостить, и она попросила не отдавать ее матери. Оказывается, что моя бывшая жена и дети ютились на съемной квартире. По моему мнению, родственники бывшей супруги не позаботились о ее благополучии, хотя сами же увезли ее из нашего дома.

По определению статуса несовершеннолетней дочери состоялся суд. Этот спор решился без особенных проблем. Стороны заключили мировое соглашение, и девочка осталась жить с отцом. Между тем судебные тяжбы по делу о разделе родового дома проходили тяжело: в имущественном споре сторона бывшей супруги заняла непримиримую позицию.

Предвзятость или правосудие?

Адам уповал на справедливое решение Тахтамукайского районного суда. Когда в первой инстанции стали скрупулезно изучать обстоятельства дела, сторона истцов настояла на отводе судьи якобы из-за конфликта интересов. Новый судья В.В. Одинцов, по мнению ответчиков, не придавал должного значения доказательствам Адама, но принимал во внимание доводы другой стороны.

По словам представителя Адама Хадипаш, в ходе процесса судья не мог не видеть документы, согласно которым подтверждается дата сдачи дома в эксплуатацию – в 1994 году, но при этом выслушивались доводы истцов о том, что якобы родственники Юлии давали ей деньги на строительство дома, а сама девушка зарабатывала в то время около 30 тысяч рублей, следовательно, делала вклад в совместное имущество и поэтому на него претендует. Между тем суд не принял во внимание копии трудового договора того периода, согласно которому супруга Адама получала в месяц суммы не более 3000 рублей, на том основании, что необходимы подлинники, однако затребовать их у Юлии или ее работодателя не посчитал необходимым. Прислушались в суде и к доводам истцов о том, что якобы Адам не имел постоянной работы и зарабатывал меньше своей супруги. Несмотря на то что сама бывшая супруга подтвердила перечисление ей 900 тысяч рублей Адамом, судья не дал правовой оценки этому факту, отметив, что этой суммы недостаточно для приобретения квартиры. То есть доказательства истцов были основаны на выставлении бывшего супруга в неприглядном свете. По мнению представителя Адама, неподтвержденные документами, непроверяемые показания следовало бы признавать недостоверными или просто не принимать их во внимание. Ан нет.

– Когда мы задаем вопросы о подтверждении зарплаты, истцы ссылаются на то, что все сгорело в пожаре, но никаких актов о пожаре они не предоставляют, то есть все это сомнительно, – говорит Адам.

Тахтамукайский район встал горой за семью почетного старика

Жители аула, администрация и депутаты Тахтамукайского района, знающие семью Хадипаш, не только мысленно, но и письменно поддержали соплеменников. Они подготовили коллективное обращение, в котором вступились за уроженца аула Казбека Хадипаш и его семью.

– Казбек – один из уважаемых стариков нашего аула, знаем его семью как добропорядочных, трудолюбивых, воспитанных и мирных людей, – пишут местные жители, администрация и депутатский корпус Тахтамукайского района. – Аул у нас маленький, все люди и события всегда на виду. Та информация, которую мы недавно узнали, повергла нас в шок, оказалось, что суд лишил Казбека и его семью части дома и земельного участка в пользу бывшей невестки, трудно передать словами те эмоции, которые мы переживаем… возмущению аульчан нет предела. Около двадцати с лишним лет назад Казбек сам на этом земельном участке построил дом и заселился туда вместе со своей семьей, с тех пор он периодически незначительно облагораживал его, можно сказать, что дом сохранил свой прежний вид, и его смело можно назвать «родовым домом», там выросли дети Казбека, его внуки и многочисленные племянники. Мы утверждаем, что хозяйством занимались Казбек, его жена и дети, и готовы подтвердить свои слова, где надо. На протяжении долгих лет Казбек сильно болеет, ведет малоподвижный образ жизни. Что же это за «законы» такие, которые разрешают «выставить» семью на улицу, или кто-то не разобрался в этом вопросе, мы уверены, что и дом, и земля новым собственником будут проданы, родным дом является ведь только для Казбека и его семьи. Последствия этого события могут быть непоправимы. Со своей стороны мы обещаем всяческую поддержку Казбеку и его семье и будем осуществлять гражданский контроль, как разрешает нам закон.

Не приняв во внимание доказательства и свидетельские показания со стороны Адама, суд первой инстанции удовлетворил иск бывшей супруги. Пришлось искать правду и справедливость в апелляционной инстанции – Майкопском верховном суде у судьи Р.А. Хапачевой, но, увы, надежды не оправдались.

– Итоговое и промежуточное решение суда первой инстанции и итоговое апелляционное были неправосудными. Нам препятствовали в реализации своих прав как истца и ответчика заявлять ходатайства, мы были этого вообще лишены. В суде первой инстанции это происходило тактичнее, во второй нам просто приказывали молчать и перебивали на полуслове, в нарушение норм действующего законодательства, регламентирующего деятельность судов, нам даже не предложили выступить в судебных прениях, – говорит представитель ответчика Рамазан Хачак.

Для суда все средства хороши?

По словам Адама Хадипаш, представителем бывшей жены является ее родственница, с которой он постоянно сталкивается не только в залах суда, но и в его коридорах.

Как это бывает в судебных спорах, когда заканчиваются доказательства и аргументы, заговаривают о связях. Так и Адаму было прямо и неприкрыто объявлено, что ресурсов и связей во всех сферах у семьи Тамразовых хватит, чтобы имущество оставили за бывшей женой. О каких ресурсах может идти речь, если единственный ресурс – это право и документы? Неужели речь идет о чем­то другом?

По словам представителя ответчика Рамазана Хачак, в судебном процессе противная сторона была уличена в том, что ведет трансляцию заседания для того, чтобы их свидетель, находящийся за дверью, был в курсе того, к чему быть готовым. Когда на это указали председательствующему, он исключил из доказательств показания свидетелей обеих сторон. При этом важные показания свидетелей со стороны Адама подтверждали факт, что противная сторона никаких вложений в строительства дома не делала.

– Недавно у меня с бывшей супругой состоялся, по ее инициативе, телефонный разговор, при котором она четко дала понять, что ее, в нарушение нашей устной договоренности, сторонние лица вынудили обратиться в суд с иском, при этом она находилась в жутко стрессовом состоянии, – рассказывает Адам. – Моя позиция относительно заявленных исковых требований была последовательна и неизменна как после прекращения брачных взаимоотношений, так и на протяжении всего судебного процесса, с моей стороны суду были предоставлены правдивые и достоверные данные документального характера и пояснения свидетелей. Все условия устной договоренности мной выполнялись в точности.

– В решениях судов расписаны статьи, которыми регламентированы отношения, но не дана правовая оценка обстоятельствам, которые вскрылись, свидетельским показаниям, путаница была с суммами перечисленных средств, объемом спорного имущества. А ведь тут важна точность в формулировках. В частности, не были затребованы подлинники трудовых договоров бывшей супруги Адама, был обесценен факт передачи 900 тысяч рублей на покупку жилья. Когда рассматривалось дело, уже определился статус несовершеннолетней дочери, однако Тахтамукайский районный суд в лице М.С. Горюновой вынес определение без учета интересов ребенка. А это ведь грубое нарушение норм действующего законодательства, – говорит Рамазан Хачак. – Мы намерены отстаивать свою позицию и добиваться справедливости. Рассмотрение гражданского дела состоится в кассационном порядке в четвертом кассационном суде общей юрисдикции.

Странно, что спустя 20 лет совместной жизни бывшая супруга так рьяно и безапелляционно борется за имущество, хотя экс­муж не уходит от диалога. Не попала ли находящаяся в стрессе женщина под влияние родственников, которые не обременены теплыми чувствами к Адаму и смотрят на него формально, как на ответчика, которого нужно победить в процессе по спору об имуществе? Не этим ли влиянием объясняется, что бывшая супруга на сегодняшний день по-прежнему ютится на съемных квартирах и, по слухам, была вынуждена взять кредит на оплату судебных издержек? А куда же делась квартира, которую родная бабушка планировала ей оставить при жизни? Выходит, нет бабушки, нет и квартиры? Не это ли житье­бытье по съемным углам привело к тому, что весь фокус сместился на родовое домовладение Хадипаш? В этом деле масса вопросов, которые остаются без ответа, поэтому и ситуация не меняется.

В соответствии с законом о СМИ данный материал является официальным запросом.