Подписывайтесь на «АН»:

Telegram

Дзен

Новости

Также мы в соцсетях:

ВКонтакте

Одноклассники

Twitter

Аргументы Недели Наука 13+

Научный флот: казнить нельзя помиловать

, 11:12 , Обозреватель отдела Наука

Научный флот: казнить нельзя помиловать
Фото: artinvestment.ru; Научно-исследовательское судно «Академик Сергей Вавилов»

Как стало известно "АН", осенью этого года в Совбезе РФ запланировано большое совещание по ситуации с научным флотом и исследованиями Мирового океана. Причин несколько: в ближайшие годы на модернизацию научного флота будет выделено почти 8 миллиардов рублей. Немалые деньги, особенно сейчас. Плюс необходимо скорректировать планы исследований с недавно принятой "Морской доктриной". А тут ещё и проблемы с Арктикой и СМП.

Говорят, что в Совбезе не особенно доверяют победоносным реляциям Миннауки о том, что с научным флотом все в порядке, экспедиции животворящие идут круглогодично и без перекуров на ремонт. И зря не доверят. Ремонта действительно нет. Суда прикованы к берегу. Экспедиционный план сорван. Миннауки демонстрирует показное спокойствие. Ученые в бешенстве. В любом случае скандал поднялся на высший уровень.

Кто прав, кто виноват - судить не нам. "АН" просто готовы предоставить слово всем заинтересованным сторонам. Ведущий океанолог страны, академик Михаил Флинт отвечает на наши вопросы.


- Михаил Владимирович, скандалы с ремонтом флота ежегодная ситуация. Перекройка экспедиционного плана - рутина. Что случилось в этом году?

- Герой Курта Воннегута Боконон говорил: "Случилось то, что должно было случиться". Ситуация дошла до крайней точки. Это прогнозировали все ученые, связанные с использованием научного флота, – суда встали на прикол. На Дальнем Востоке экспедиционный план сорван – два основных научных судна прикованы к причалу, в Арктике по той же причине план разрушен, и его остатки сейчас латаются, чтобы хоть как-то сохранить долгосрочные программы и работы по важнейшим госзаданиям. Причина – последовательное не выделение Министерством науки средств на ремонт научных судов, без которого они не работоспособны и Служба морского регистра не позволяет им покинуть порт. Деньги на ремонт судов  должны быть выделены в самом начале года, а основные организации, обеспечивающие этот ремонт, получили их в конце первой декады августа и в объеме многократно ниже необходимого. Ситуация типичная для нескольких последних лет.

И все это происходит на фоне подписания  Президентом РФ В. Путиным новой Морской доктрины России, согласно которой «Защита национальных интересов РФ в Мировом океане является одним из высших государственных приоритетов», который включает повышение конкурентоспособности российской науки в части, касающейся фундаментальных научных исследований Мирового океана. Об этом прямо говорится в Указе, подписанном в Кремле. На днях Премьер М. Мишустин  подписал поистине исторический документ о развитии Северного морского пути с финансированием почти 2 трлн. рублей (!). В реализации этого плана без морской науки точно не обойтись.  

Состояние российского научного флота обсуждалось в Президиуме РАН, о нем неоднократно писали "АН" и даже официальная "Российская газета", но ситуация продолжает ухудшаться. Загадочно и удивительно.


- Кстати, да! Почему-то кара небесная обрушилась именно на научный флот. ВМФ активно развивается. Росатом печет ледоколы, как пирожки...

 - Более того, Роскомгидромет спустил на воду сложнейшую ледостойкую платформу, и на ней в 2022 г. уже планируется экспедиция, идет строительство крупных гидрографических судов для обеспечения нужд Северного флота и для них сегодня формируется научная программа. В случае с Минобрнаукой мы говорим не о строительстве новых судов (об этом особый разговор), а о существенно менее сложной задаче – поддержании в рабочем состоянии судов вполне пригодных для современных научных исследований. И этого патологически не происходит.


- Вредительство?

- Да, первое, что при такой ситуации приходит в голову – это саботаж отечественных морских научных исследований. Но как это может быть в государственной структуре при множественном контроле ее деятельности?! Невероятно.

Второе – а может быть государством Министерству науки дано задание существенно сократить научные исследования в Океане? Возможно, это секретное задание, поскольку в официальных заявлениях в отношении исследований Океана звучит совсем другое. Тогда было бы целесообразно не строить целый год развернутые научные планы и формировать госзадания, согласовывать взаимодействия десятков научных организаций, а собрать заинтересованных исполнителей и разумно сократить научный флот и объем исследований в океане, исходя из сегодняшней государственной целесообразности.


- Помниться, такие решения принимал титан, человечище академик Николай Лавёров, который курировал в РАН исследования Мирового океана!

- Тогда научный флот принадлежал Академии и Николай Павлович (действительно титан, сейчас таких не делают!) возглавлял Совет по Мировому океану. Он своим решением мог наиболее эффективно распределить экспедиционные усилия или снять деньги с экспедиций и направить на ремонт судов, объяснив: «Поймите, это государственная собственность, и за нее мы с вами отвечаем». Многим было обидно, но приоритеты очевидны.

Пофантазируем. Например, министерство самостоятельно приняло решение о выводе из строя научного флота и сокращении морских исследований. В пользу этого, в частности, свидетельствует мертво стоящее у причала с 2017 г. (и потребляющее на эту бессмысленную стоянку государственные средства!) отличное судно неограниченного района плавания «Профессор Штокман», введение которого в строй могло бы принципиально дополнить научный флот, работающий и в Арктике, и на Дальнем Востоке, и в Черном море.

Но с другой стороны, общение на тему научного флота министра науки В. Фалькова с Президентом РАН А. Сергеевым, разговоры ведущих ученых с министром говорят о том, что он с самым серьезным вниманием относится к проблеме морских исследований, понимая всю сегодняшнюю разностороннюю важность присутствия российской науки в Мировом океане, в Арктике и принимает действительно важные решения в этой области. Большое внимание морским исследованиям уделял и бывший министр М. Котюков. Во многом благодаря их усилиям  финансирование  научного флота и морских экспедиций в последние годы было увеличено в разы. Но у министров огромное хозяйство и множество проблем. Они принимают стратегические решения. А далее, загадочным образом их решения, переходя на средний и, особенно, низший исполнительский уровень министерства, чудовищно деформируются, а то и вовсе растворяются.


-  За фундаментальные исследования Мирового океана в "великой морской державе" отвечает замруководителя рядового департамента министерства, мягко говоря, не профессионал. За космические дела чиновник примерно такого же уровня. Думаю, за микроэлектронику тоже не министр лично. Такое демонстративное государственное отношение разрушительно. И эти "ответственные" перенимают его? А если за этим лежат ещё какие-то субъективные причины: личные проблемы, какие-то тяжелые личные воспоминания, личные неприязни?

- Все мы люди. Эти факторы имеют право на существование, но только не у государственных чиновников. Иначе им нельзя поручать государственное дело, вызывающее идиосинкразию, это приведет к разрухе. Государственный чиновник не имеет права на необоснованный субъективизм и некомпетентность. Не имеет.

За омертвевшим флотом, за невыполненными исследованиями в море стоят не личные амбиции отдельного ученого, а  государственные задачи - научные, прикладные, геополитические. Ломка экспедиционного графика разрушает сформированные и согласованные многими институтами важнейшие экспедиционные планы. Например, экспедиция на НИС «Академик Мстислав Келдыш», которая по плану должна была исследовать важнейшие климатические процессы в период схода арктического льда в июне, будет работать (если будет) в сентябре. В других программах могут быть потеряны дорогие приборы с ценнейшей информацией, которые автономно работают в море строго определенное время и должны быть сняты судами. Срываются планы важнейших взаимодействий между научными организациями по всей стране, без которых немыслимы современные морские исследования, нарушаются другие исследовательские обязанности ученых, поставленные в общее расписание года. Разрушается сложная заранее спланированная логистика доставки экспедиционного состава, а это сотни человек, и десятков тонн экспедиционного оборудования в порты со всей страны.

О том, что ломается жизнь людей и их планы чиновники миннауки просто не думают - у них отпуска по графику, в хорошее время. А ведь у многих, кто подолгу работает в морских экспедициях, и дети, которые должны отдохнуть и подготовиться к школе, и престарелые родители, которым необходим уход. Все это требует семейного планирования, без которого путь в море для многих закрыт.


- И что, простите, в сухом остатке?

- Можете ли вы себе представить, начальника гардероба Большого театра, который указывает, что ставить Григоровичу или Васильеву и при этом угрожает лишением финансирования. Можно, конечно, посмеяться, но это, к сожалению, реальность в управлении научным флотом и экспедициями. У людей некомпетентных, недостаточно образованных, вдруг получивших не обоснованную и не заслуженную опытом и знаниями власть рождается ощущение вседозволенности.

Они с уверенностью и, я бы сказал, сладострастием берут на себя руководство и решение проблем, в которых мало что понимают. Это печальная закономерность и, одновременно, большая беда. В свое время такая беда пришла в огромное конструкторское бюро П.О. Сухого. Он ее резко присек, сказав чиновникам, попытавшимся управлять его работой следующее: «Вы, наверное, математики не проходили. Так вот, в математике есть такие фундаментальные понятия, как величина постоянная и величина переменная. Вы должны запомнить, что мы ученые – величина постоянная, а вы, чиновники – переменная. Из этого и исходите». Очень точное определение великого человека.

Должны ли чиновники от науки влиять на ее течение? Да, в определенных случаях должны и могут, когда доводят до науки приоритеты, сформулированные высшей государственной властью. Так бывало в практике общения ученых с чиновниками Министерства науки и технологий много лет назад. Тогда чиновники были иной квалификации, все необходимые к приоритетному развитию научные направления обсуждались с активным участием Академии наук, ученые не всегда были довольны, но на стороне министерства были обоснованные аргументы. Кстати, сейчас Академия, в которой сконцентрированы знания и опыт в разных областях изучения Мирового океана, которая многие десятилетия успешно руководила отечественной морской наукой, практически отстранена от стратегического планирования этого важнейшего направления. А в министерстве при этом отсутствует даже двухлетний план морских исследований. Как это может быть в такой важнейшей многопрофильной и финансово затратной области – я не могу понять. Объяснение, к сожалению, одно – чем меньше планов, тем меньше ответственности.  

О компетенции чиновников Минобрнауки и уровне доверия к их деятельности говорят следующие инициативы. Совсем недавно они активно продвигали идею формирования Единого федерального центра управления научным флотом. Реакцию представителей других ведомств, имеющих действующий научный флот (Росгидромета, Минприродных ресурсов, Росрыболовста и др.), на эту инициативу я не могу здесь воспроизвести, не позволяет воспитание. В очищенном виде это звучит следующим образом – в своем разрушающемся хозяйстве порядок наладьте. Не успокоились, и как прообраз этой структуры, несмотря на возражения тех, кто действительно понимает в эксплуатации научного флота, создали подведомственное Управление научным исследовательским флотом на Дальнем Востоке (УНИФ). Кстати, такая структура существовала ранее и была распущена министром М. Котюковым за абсолютной провальной недееспособностью. Результат – сегодня находящиеся в управлении УНИФ два главных научно-исследовательских судна мертво стоят у причала, а с этим заморожены и крупные экспедиции в важнейшем Дальневосточном регионе. А таких экспедиций "всего-навсего" восемь. Общей продолжительностью более 250 суток.

Это еще одна патологическая деталь неквалифицированного чиновничьего управления – не закончив начатого, не доведя его хоть до какого-то положительного результата предлагать новую инициативу. За ней меркнет и забывается не сделанное. И начинается торжественный путь к "новым зияющим высотам", как писал Александр Зиновьев.


- В те времена, когда был культ, но была и личность, их зияющие высоты за проваленное государственное дело имели четкую географическую привязку: вставал перед ним Магадан, столица Колымского края. Сейчас в худшем случае сошлют в полпредство на приличные харчи юбку просиживать...

- Если коллектив ученых в рамках госзадания опубликует на одну статью меньше плана – это формальный повод для организационных и финансовых санкций. А мы имеем дело с блокированием работы важнейшей государственной собственности и срывом большого числа крупных государственных программ! При этом государство выделяет на морские исследования существенные деньги, меньше, чем необходимо Великой морской державе, но выделяет. Вопрос в том, чтобы профессионально, рачительно этими средствами распорядиться.

Я не кровожадный человек, ни в коем случае не хочу призывать к административным и уголовным делам и репрессиям. Просто нужно, как можно скорее привести в соответствие дело, которым занимается чиновник минобрнауки, с его квалификацией. Пусть занимаются тем, что могут, тем, чем занимались до того, как вдруг стали чиновниками, но, главное, подальше от того места, где от них зависит решение государственных дел, и там, где их работу каждый день будут объективно оценивать по реально сделанному. Хотя, в любом деле тоже нужны квалификация и ответственность.

Я не готов судить обо всем огромном здании отечественной науки, но если в деле эксплуатации научных судов и морских экспедиций сохранится сегодняшнее руководство и положение вещей – беда. Доказательство тому последовательная деградация огромного научного флота и ожидаемый провал морской экспедиционной деятельности не только в этом, но и в последующие годы.   
От редакции. Мы направляем это интервью академика Михаила Флинта в ведомство Валерия Фалькова, и постараемся передать его лично министру. И будем ждать ответа по существу, а не отписки от чиновников среднего уровня «курирующих» проблему. Также лично в руки мы передадим его кандидатам на пост Президента РАН. Интересно: видят ли они реальные пути выхода из тупика, в котором оказалось одно из важнейших (смотри Морскую доктрину) направлений отечественной науки? Думается, что их ответы во многом определят судьбу голосов на выборах.

Подписывайтесь на Аргументы недели: Новости | Дзен | Telegram