> «Архитектор» у разбитого корыта. Часть 2 - Аргументы Недели

//Мнение 13+

«Архитектор» у разбитого корыта. Часть 2

13 июля 2022, 11:06 [«Аргументы Недели», Владимир Корнилов, доцент, к.э.н., город Ярославль ]

Начиная с 1988 года, горбачевское правление сопровождалось перманентными (постоянными) кризисами: табачный, мыльный, бытовой техники и т.д.

Вот как лукаво объясняет А. Яковлев причину их возникновения. «Я уверен, что эти кризисы не были случайными. Они создавались теми, кто выступал против Перестройки (Выделено нами – В.К.). Особенно мне запомнилась история с мылом и стиральным порошком. Вдруг в стране не оказалось этих товаров. Шум, гам, статьи в газетах. Горбачев выносит вопрос на Политбюро. Идет обсуждение, принимается какое-то решение, Горбачева заверяют, что все будет в порядке. Однако положение остается прежним. Снова Политбюро. Повторяется все с самого начала. Горбачев в бешенстве. Опять Политбюро. Михаил Сергеевич ужесточает свои высказывания. Спрашивает, в чем же дело? Может кто-нибудь сказать, что же происходит? И тут А. Бирюкова, секретарь ЦК по легкой и пищевой промышленности, с наивным удивлением ответила: Так, Михаил Сергеевич, мы же десятки заводов, производящих эту продукцию, закрыли. Из экологических соображений. Протесты жителей. Михаил Сергеевич был буквально подавлен. Но вывода, что за этим стоит не простое разгильдяйство, а политические махинации, не сделал и на этот раз...». То, что данный кризис не результат разгильдяйства, а политических махинаций, в этом он прав. Но когда он утверждает, что это дело рук противников Перестройки – это чистейшей воды неправда. Тогда не коммунисты, а либерал-демократы организовывали масштабные митинги по всей стране якобы за сохранение экологии, требуя закрытия атомных электростанций, предприятий по производству минеральных удобрений, стирального порошка и т.д. Тогда в стране искусственно создавался продовольственный кризис, чтобы вызвать «праведный гнев  трудящихся масс» против существующей коммунистической власти. О тихом саботаже свидетельствуют следующие факты Документа ЦК КПСС «О повышении ответственности руководителей-коммунистов за обеспечение населения продовольствием». В нем отмечается, что на 1 декабря 1989 года в общесоюзный фонд Российская Федерация, Украина, Молдавия, Латвия, Казахстан, Литва не допоставили к заданию более 143 тыс. тонн мяса и мясопродуктов 50 тыс. тонн молокопродуктов.

Летом 1988 года А. Яковлев отправляется с визитами в Ригу и Вильнюс, но встречается там не столько с руководством республик, сколько с местной интеллигентской фрондой. Осенью того же года на политической сцене одновременно появляются Народный фронт Эстонии, Народный фронт Латвии и Литовский «Саюдис». Здесь уместно напомнить, что первый Народный фронт в СССР возник на родине А. Яковлева, на Ярославской земле, в июле 1988 года. В одной из статей Н. Марченко, в свое время активного участника этого движения, писала: «На встрече с секретарем Ярославского обкома КПСС по идеологии С. Мухо задала вопрос, почему обком так лояльно относится к радикальным высказываниям и действиям оргкомитета Народного фронта? Он искренне ответил: «Нет команды сверху. А так прихлопнули бы вас мигом». Как могла поступить команда сверху, если ЦК КПСС в лице А. Яковлева поощряла безбрежную митинговщину.

В 1989 году А. Яковлев был избран народным депутатом СССР. На II Съезде народных депутатов СССР в декабре 1989 года он сделал доклад о последствиях подписания в 1939 году Договора о ненападении между СССР и Германией («пакта Молотова — Риббентропа») и секретных протоколов к нему. Съезд принял Резолюцию, кстати, после повторного голосования на другой день, которая осудила действия советского руководства, заключившего Пакт о ненападении с гитлеровской Германией. Данный доклад дал националистическим и сепаратистским движениям в Прибалтике мощный козырь в борьбе за выход из состава Советского Союза и с чего начался окончательный развал страны. В знак благодарности за содействие А. Яковлева по освобождению якобы от «оккупации СССР прибалтийских республик новые руководители наградили его Орденами Великого князя Литовского Гядиминаса (Литва), Трёх звёзд (Латвия), Креста земли Марии 2 степени (Эстония). Именно А. Яковлев начал "переписывание" истории Второй мировой войны и советско-германских отношений накануне Великой Отечественной войны. Этот доклад А. Яковлева способствовал также навязыванию советскому народу комплекса "кающейся нации в своих грехах" перед всем миром страны.

7 мая 1991 года в газете «Советская Россия» было опубликовано открытое письмо Яковлеву под названием «Архитектор у развалин» за подписью члена ЦК КП РСФСР Г. Зюганова, в котором содержалась резкая критика политики Перестройки в духе политико-экономических новаций главного идеолога страны. «... Уже всем очевидно, что демократия подменена войной законов, суверенитетов и полномочий, разгулом страстей толпы и развалом государства. Как и в далеком прошлом, вновь нарождается союз охотнорядцев, люмпенизированной интеллигенции и уголовников. Порушена вся система гражданского воспитания, как будто учителя обновления решили из интердевочек и супермальчиков выращивать будущих перестройщиков. В моём представлении перестройка — это прежде всего созидание в опоре на науку, здравый смысл, народные традиции, наш собственный и международный опыт. Но созидания, к сожалению, не получается. В стране раздор, развал, распад, разложение. Основой бытия стали конфронтация и безответственность... Гласность давно сорвалась на истерический крик и стала оружием в психологической войне против народа. А ловкие ребята приспосабливают её и в качестве ходового товара в нарождающихся рыночных отношениях. Все, кто был рядом с Вами, видели, что в этот процесс Вы внесли, что называется, неоценимый вклад... Правомерно отказать Вам в доверии, как политическом, так и гражданском».  15 августа 1991 года бюро Президиума Центральной контрольной комиссии КПСС довольно запоздало потребовало исключить из рядов партии главного сподвижника М. Горбачёва А. Яковлева. А спустя четыре дня, 23 августа, после прихода к власти либерал-демократов в результате подавления деятельности руководителей ГКЧП деятельность самой КПСС была приостановлена. Исключение из партии А. Яковлева потеряло всякий смысл для него. С марта 1990 по январь 1991 года он — член Президентского совета СССР. После роспуска Президентского совета был назначен старшим советником Президента СССР. Подал в отставку с этого поста 29 июля 1991 года, разойдясь с Горбачёвым в видении перспектив Союза (он выступал за конфедерацию бывших союзных республик СССР). После распада СССР занимал должность вице-президента Горбачёв-Фонда  и Председателя Комиссии при Президенте Российской Федерации по реабилитации жертв политических репрессий. 22 февраля 2005 года подписал открытое письмо, в котором призывал международное правозащитное сообщество признать бывшего руководителя и совладельца компании «ЮКОС» М. Ходорковского политическим заключённым.

Характеризуя бурную политическую деятельность А. Яковлева, особенно на посту главного идеолога в ЦК КПСС, нельзя не остановиться еще на одной странице в его биографии: его якобы связях с иностранной разведкой. Вот что писал об этом Е. Жирнов в журнале «Коммерсант-Власть» (№ 42(645) от 24 октября 2005 г.): «Яковлев завербован иностранной разведкой, первым сообщил генерал-лейтенант КГБ Е. Питовранов, создавший в 1969 году спецрезидентуру КГБ «Фирма» на Западе, которая работала под эгидой Торгово-промышленной палаты СССР для получения соответствующей информации в интересах СССР с помощью западных бизнесменов, заинтересованных в торговле с Советским Союзом. По определенным каналам Е. Питовранов получил сведения о том, что посол в Канаде А. Яковлев сотрудничает с американской разведкой. Представители «Фирмы» проверили эту информацию и сообщили, что у посла налицо есть дорогие вещи. Правда, он называл их подарками знакомых. К тому же повседневные траты посла значительно превышали не только зарплату, но даже и средства, выделявшиеся посольству на представительские расходы. Председатель КГБ Ю. Андропов на основании полученных сведений подготовил записку Генеральному секретарю ЦК КПСС Л.И. Брежневу. Однако тот, прочитав её, сказал: «Член ЦРК предателем быть не может». Ю. Андропов рассказал об этом своему заместителю В. Чебрикову после встречи с Брежневым, и в его присутствии порвал эту записку».

В феврале 1993 года экс-председатель КГБ В. Крючков обвинил А. Яковлева в «несанкционированных контактах» с иностранной разведкой. Об этом он сообщил на допросе по делу ГКЧП. В интервью изданию «Газета» он рассказал о том, что во второй половине 80-х годов контакты Яковлева с представителями западных спецслужб участились: «Однако он был членом Политбюро, и мы не имели права перепроверять эту буквально ошеломляющую информацию. Тогда я пошел к Горбачеву. Объяснился с ним по этому поводу. «Да-а-а... — протянул Горбачев, — что же делать? Неужели это опять Колумбийский университет? Да-а-а... Нехорошо это. Нехорошо». И на этом все закончилось. Заметим, после специального расследования, проведённого Генпрокуратурой и Службой внешней разведки РФ по заявлению самого А. Яковлева, эти данные не подтвердились. В то же время ещё в ходе проведения расследования работники Генеральной прокуратуры РФ неофициально разъясняли, что для того, чтобы подтвердить или опровергнуть слова В. Крючкова, необходимо получить доступ к документам разведки, в том числе информации от зарубежной агентуры, чего разведка допустить не может. Какой вывод: утверждать был он или нет резидентом западной разведки, это умозаключение в ту или иную сторону может быть раскрыто только после открытия архивных данных Службы разведки РФ. Но в чем нельзя сомневаться, так это в том, что он был явным агентом влияния западных идей в политическую и экономическую систему советского общества. Агент влияния – это не иностранный разведчик, который сознательно передает секретную информацию. Агент влияния – это, как правило, высоко поставленное лицо, которое, попав под обаяние поведения и взглядов иностранных оппонентов, начинает мыслить, рассуждать и действовать в соответствии с их интересами. В конечном итоге у агента влияния возникает в силу комфортности взаимоотношений с иностранными оппонентами возникает желание стать представителем не только отечественной, но и мировой элиты. Бывший Председатель КГБ СССР В. Крючков в своей книге «Личное дело» (1994) отмечал: «Я ни разу не слышал от Яковлева тёплого слова о Родине, не замечал, чтобы он чем-то гордился, к примеру, нашей победой в Великой Отечественной войне. Меня это особенно поражало, ведь он сам был участником войны, получил тяжёлое ранение. Видимо, стремление разрушать, развенчивать всё и вся брало верх над справедливостью, самыми естественными человеческими чувствами, над элементарной порядочностью по отношению к Родине и собственному народу. И ещё — я никогда не слышал от него ни одного доброго слова о русском народе. Да и само понятие «народ» для него вообще никогда не существовало».

Также можно удивляться невысокому уровню компетентности А. Яковлева в области отечественной истории и политологии, несмотря на его академическое звание. И этот человек взялся стать «архитектором Перестройки». Всего несколько примеров. В интервью журналист «Независимой газеты» А. Костюков задал вопрос ему, уже как рядовому гражданину России. «Как Вам теперь кажется, была ли у СССР возможность реформироваться по «китайскому варианту» — путем постепенного, управляемого демонтажа социалистической системы?». Он, не моргнув глазом ответил: «А мы по этому варианту и шли — до августа 1991 года», т.е. до выступления руководителей ГКЧП». Его ответ не выдерживал ни какой критики. Китайцы ни на йоту не пошли по пути реформирования политической системы, сохранив авторитет коммунистической партии как руководящей политической силы. Они внесли табу на критику государственной и политической деятельности Мао Дзедуна, под руководством которого Китай приобрел независимость в жесточайшей борьбе с японским империализмом. Китайское руководство, начиная с Дэн Сяопина (в период культурной революции был репрессирован и, тем не менее, проявляя мудрость во имя сохранения политической стабильности в стране, не стал сводить счеты с покойным Мао) соблюдается почтительное уважение к вождю китайского народа. Что касается реформирования китайской экономики, то благодаря ей Китай за три десятилетия стал великой промышленной державой.  В нашей же стране, наоборот, с подачи А. Яковлева осуществили сначала полный демонтаж политической системы вплоть до запрета КПСС, подвергли массированной дискредитации в духе пещерного антикоммунизма деятельность Ленина, Сталина и других руководителей советского государства. Затем под видом рыночных реформ восстановили порядки дикого капитализма эпохи первоначального накопления капитала. В результате этих яковлевских новаций в области политики и экономики советские люди настолько оказались разобщенными в понимании истории своей страны, в оценке деятельности государственных деятелей в тот или иной исторический период, что под аккомпанемент споров на митингах до хрипоты потеряли советскую страну, затем  - экономическое могущество.

На вопрос корреспондента о его по-отечески доброжелательном отношении к  радикальным реформаторам, пришедшим к власти ответ, последовал довольно витиеватый ответ. «Это великое дело, но я убежден, что и то и другое необязательно было делать в такой спешке, с такими социальными издержками. Я всегда был противником безденежной приватизации. По мне, частная собственность должна быть нажитой, а не полученной в результате дележа госимущества. Вот когда человек начинает с мастерской или с ларька, потом, накопив денег, заводит фабрику, потом прикупает соседнюю компанию, — это нормальный путь формирования собственника. Одновременно с накоплением капитала нарастает социальная база новой экономики. Конечно, такой процесс идет медленно, нудно, зато в нем — гарантия надежного, стабильного развития. Конечно, такого сильного расслоения допускать было нельзя…. Почему-то уверовали, что должен возникнуть класс богатых людей, которые станут локомотивами. Но, видимо, избрали не тех машинистов». Странно, кто мешал ему, когда он был вторым человеком в руководстве страны, именно пойти таким путем преобразования советской экономической системы. Причем, не дезорганизуя сложившийся народнохозяйственный комплекс в промышленности и сельском хозяйстве, не создавая предпосылки под видом перехода к рыночной экономике для захвата в дальнейшем наиболее высоко доходных  предприятий теневым капиталом, директорским корпусом и коррумпированными представителями партийно-комсомольского и советского аппарата.

На вопрос корреспондента, есть ли вещи, с которыми ему трудно смириться, он ответил, что не собирался доживать свой век под звуки сталинского гимна. «Для меня это серьезная моральная травма». В этом ответе заключен настолько сгусток ненависти к советскому прошлому, что он отвергает принцип преемственности в переходе от одной эпохи к другой. Далее он продолжил: «Самое большое разочарование у него вызывает состояние российского парламентаризма. Я ведь очень верил в парламентскую власть. Просто как мальчишка верил. Думал: вот будут настоящие, альтернативные выборы — в законодательную власть придут умные, честные, ответственные люди. Парламент станет храмом морали, и, глядя на него, все общество будет учиться жить по правде. А когда я смотрю на нынешние выборы, на сегодняшнюю Думу, меня ужас берет. Вместо парламента — примитивная лоббистская организация. Одни пошли в депутаты, чтобы денег подзаработать, других хозяева послали интересы фирмы отстаивать, третьи от суда прячутся… Если бы я мог это предвидеть, не знаю, стал ли бы я проповедовать демократию. Может, я долго-долго бы думал, стоит ли все это затевать, не поискать ли какой-нибудь другой вариант (Выделено нами – В.К.). Я уверен, что все более или менее здравомыслящие люди были сосредоточены тогда на тех безобразиях, которые творились. Казалось: вот если эти безобразия убрать (прекратить политические репрессии, предоставить людям полноту информации, перестать бояться людей, ликвидировать номенклатурный класс как класс, стоящий над людьми, поэтапно ввести выборность), неизбежно к власти придут честные люди. Вот и у меня была такая иллюзия, которая разлетелась потом в пух и прах. К власти пришли как раз демагоги. Я ошибся. Каюсь». (Выделено нами – В.К.). Что можно добавить к данному ответу. Его же слова: «Я-то считаю: когда ты принимаешь любое решение на государственном уровне, сначала подумай, что это принесет конкретному человеку». Этого управленческого принципа он никогда не придерживался. И тогда, когда волею случая ему представилась возможность управлять всей страной, он бездушно ее развалил. И что интересно в конце жизни сам оказался «у разбитого корыта». Когда недели за две до смерти его посетили представители Ярославского губернского общественного собрания на его «малой родине» (Красные ткачи, Ярославская область), они увидели следующую картину: «Он сидел во дворе отчего дома, напротив открытых настежь сеней, на старой-престарой вручную сколоченной скамейке…   Предстал он перед нами в простецкой, видать, предавней его рубашке, и в таких же выношенных брюках, а также в литых деревенских калошах на босу ногу». Он им, кстати, пожаловался: «Почему в целом ряде престижнейших зарубежных университетов его избрали почетным профессором, а в своем родном пединституте или университете, к коим имеет «некоторое отношение», не возжелали этого сделать». Коллективный Запад во главе с США за его деяния по уничтожению советского государства могли бы дать и Нобелевскую степень, если бы с ликвидацией СССР он находился бы во властных структурах  России. А так Мавр сделал свое дело и теперь он ему был не особо нужен. Надеюсь, что никогда не сбудется его мечта об избрании его почетным профессором (теперь посмертно) двух моих «альма матеров» и, тем более, вознамериться поставить ему памятник.



Обсудить наши публикации можно на страничках «АН» в Facebook и ВКонтакте