Аргументы Недели Мнение 13+

Современное искусство: курс молодого бойца - художника, куратора, коллекционера

, 17:35 , Российский и американский журналист.

Современное искусство: курс молодого бойца - художника, куратора, коллекционера
Фото: Вальдемар Коттлер 2005 год

Некоторое время назад мы опубликовали материал об американском художнике Вальдемаре Коттлере (Waldemar Kottler), с которым можно ознакомиться здесь. Памятуя, какой интерес стало вызывать современное искусство, каким успехом пользовались выставки Сальвадора Дали в московском Манеже и работ из собрания Фонда Louis Vuitton в ГМИИ им. Пушкина, мы попросили Вальдемара подготовить материал по введению в систему современного искусства, задействуя возможности сетевой версии "Аргументов недели" - давать гиперссылки на ресурсы, где читатель сможет более подробно ознакомиться с упоминаемыми персонажами. Нашей задачей было предоставить некий системный взгляд на ситуацию, чтобы заинтересовавшемуся читателю было бы от чего оттолкнуться при начале самостоятельного плавания по океану contemporary and emergency art, что можно было бы перевести как текущее и только вот появляющееся искусство.

Мне пока неведомо, насколько хорошо россияне знакомы с системой современного искусства и слышали ли они об основных схемах его устройства, правилах и об основных игроках на этом поприще. Поэтому хотелось бы кратко провести курс молодого бойца, если читатели совсем не в теме, и/или немного освежить и проапгрейдить в их памяти сведения, если они уже давно в теме.

То, что в России традиционно называется искусством, и то, что в это слово вкладывают профессионалы этого рынка - это вообще разные вещи. Несомненно, что рынок искусства в прошлом году составил в денежном выражении 70 миллиардов долларов, это один из крупнейших рынков по объёму продаж. Некоторые галереи имеют достаточно внушительные объёмы продаж - так, Ларри Гагосян продаёт примерно на 1 миллиард долларов в год, Арне и Марк Глимчеры примерно на полмиллиарда, столько же у Дэвида Цвирнера и Мариан Гудман.

С точки зрения русского человека с обычным советско-российским воспитанием, наполнение этих галерей с объёмами продаж как у автомобильного завода или нефтеперерабатывающего комбината вообще не являются искусством, потому что никак не напоминают Шишкина и Айвазовского, Серова, Перова и даже Петрова-Водкина. С точки зрения акторов мирового арт-рынка, всё искусство в России кончилось с ликвидацией русского авангарда, когда половина художников сбежала за границу, а другую тихо удавили и заставили следовать канонам социалистического реализма. Хрущёвская оттепель не помогла российскому искусству нагнать упущенное - Никита Хрущёв назвал публично идущих в ногу с мировым временем творцов "абстракистами и педерастами проклятыми", и потребовал выкорчевать это отовсюду, после чего Россия выпала из трендов ещё на полвека.

Самое распространённое мнение у русских и у дилетантов - а я тоже так могу, а мои дети ещё лучше могут. Ответ простой - попробуйте. Это всё иллюзия. Те, кого пытались подделывать, думая. что это просто - Джексона Поллока, Сая Твомбли, Марка Ротко, Баскию - ничего не выходило, профессионалы сразу отличали фальшак от оригинала. А вот Шишкина и Айвазовского от подделок отличить гораздо сложнее.

Кристофер Вул за 24 миллиона долларов
Кристофер Вул за 24 миллиона долларов

Мне как искусствоведу и художнику, которому уже за 50 лет и за плечами которого имеется значительный жизненный и творческий опыт, хотелось бы поделиться своими личными соображениями, размышлениями и наблюдениями о тот, что за личности эти художники. Я сам вёл отчаянный образ жизни, я искал смыслы во всём, я боролся за выживание самыми лютыми методами, я переживал кризисы и трагедии, я терял близких, топил свои горести в известно чём, вёл крайне нездоровый образ жизни, к тому же эта моя жизнь при этом была наполнена опасностями и приключениями похлеще, чем у Буратино. Я знаю, что такое смертельная опасность, что такое смертельный риск, я знаю, что такое армия и оружие, и даже знаю, что такое аминазин. И вот эта жизнь, этот неистовый поиск себя, смысла своей жизни, смысла искусства, бушующие в душе и в жизни художника страсти неизбежно отражаются в картинах. Они создают наполнение картины, неважно, что и как там нарисовано. У Караваджо, у Ван Гога, у Модильяни, у Пикассо, у Ротко, у Поллока, у Баскии и у Бэкона видна эта спрессованная, сжатая, архивированная страсть, я бы сказал даже буйство, упакованное в холст. Все эти коллеги вели достаточно предосудительный образ жизни, они совсем не были паиньками, с них не порекомедуешь брать пример. Но когда видишь их работы, дыхание в зобу спирает, на глазах наворачивается скупая мужская слеза - вот оно, настоящее, вот она, сила, мать его, искусства! А когда смотришь на работы зануды Магритта - ну, сюрчик, ну, есть, наверное, мыслишка какая-то, но не будоражит, не вставляет и не штырит, говоря современным языком. Если проводить аналогию с миром музыки - есть Бах, Шопен, Рахманинов, а есть ещё десятки и сотни композиторов, которых можно разок послушать, но их музыка не бередит, не будоражит, не останавливает биение сердце и не сносит мозг. 

Вальдемар Коттлер в хьюстонской мастерской на фоне "Последней Евхаристии" 2016 год
Вальдемар Коттлер в хьюстонской мастерской на фоне "Последней Евхаристии" 2016 год

Есть художники и художники. Юноши и барышни с острым глазом и твёрдой рукой оканчивают художественную школу, потом художественную институцию типа Суриковского или Репинки, в Америке это факультеты fine arts (изящных искусств) в обычных университетах, и после этого они считаются профессиональными дипломированными художниками. Они могут нарисовать гипсовый нос, портрет, натюрморт и пейзаж, и это будет похоже, очень похоже. Как правило, больше ничего они нарисовать не могут, и всю жизнь носятся со своими портретами, натюрмортами и пейзажами, и никак не могут понять, почему они никому не нужны, ведь они большие мастера своего дела. Есть люди из ниоткуда, например, Джефф Кунс, который к своим произведениям вообще не прикасается, чьё первое произведение - это выставленные в стеклянных коробах обычные пылесосы, сделавшее ему репутацию гениального художника, но которые стоят астрономических денег и считаются первыми художниками планеты. Дэмиен Хёрст, имеющий как бы художественное образование, рисовать тоже не умеет и не видит в этом никакой необходимости, потому что у него десятки помощников - профессиональных выпускников художественных институций, знающих, что такое сфумато, пуантилизм, ташизм и дриппинг. Самим великим маэстро этими сведениями перегружаться было ни к чему, что неминуемо привело к падению цен на них в последние годы - всё-таки многим традиционно хочется, приобретая арт-объект за сумасшедшие деньги, иметь в них отпечаток личности художника, словно замурованный в произведение искусства фрагмент его души.

В современном искусстве, на мой взгляд, сфокусирован такой взгляд на ценность произведения искусства: чем меньше похоже на реальность, тем интереснее и дороже. Вот самые дорогие художники рынка, чьи работы стоят десятки и сотни миллионов долларов.  Я предлагаю читателю пройтись по ссылкам, потому что даже наикратчайший рассказ о каждом персонаже требует отдельной статьи; многих ресурсов нет по-русски, но можно использовать гугл-переводчик или скопировать английский текст и перевести в Яндексе.

Жан Дюбюффе - один из самых интересных представителей арт-брюта, так называемого грубого искусства.

Дюбюффе за 25 млн долларов
Дюбюффе за 25 млн долларов

Жан-Мишель Баския, которого относят к американскому неоэспрессионизму, хотя это чистый арт-брют.

Джексон Поллок, один из столпов американского абстрактного искусства.

Поллок за 200 млн долларов
Поллок за 200 млн долларов

Марк Ротко, другое "наше всё" американского абстрактного искусства. 

Сай Твомбли, невероятного ума человек, служивший криптографом во время Второй мировой войны.

Сай Твомбли за 70 млн долларов
Сай Твомбли за 70 млн долларов

Георг Базелиц, немец, известен своими первёрнутыми картинами.

Георг Базилиц за 7.5 млн долларов
Георг Базилиц за 7.5 млн долларов

Герхард Рихтер, немец, давно уже гонит картины, размазывая краску по холсту плоской плашкой.

Вот молодёжь, чьи работы стоят сотни тысяч долларов:

Оскар Мурилло, британец колумбийского происхождения, пишет красками и грязью;

Оскар Мурилло за 400 тыс на Кристи
Оскар Мурилло за 400 тыс на Кристи

Роберт Нава, американец;

Жоан Роа, бразилец.

Так выглядят музеи современного искусства, галереи и представленные там художники:

МОМА в Нью-Йорке и вот здесь представленные там художники

Гуггенхайм в Нью-Йорке и их коллекция онлайн;

Музей современного искусства в Лос-Анджелесе, построенного миллиардером Эли Бродом;

Музей и арт-резиденции Дона Мюррела в Майями;

Список художников, представленных галереями Ларри Гагосяна;

Список художников, представленных галереями Арне Глимчера;

Список художников, представленных галереями Дэвида Цвирнера;

Список художников, представленных галереями Мариан Гудман;

Список художников, представленных галереей Роберт Мнучина.

При изобилии талантов в России нет никого, ктобы стоил серьёзных денег на мировых арт-рынках. Попытки выводить наше доморощенное, посконное, аутентичное на мировые арт-рынки закончились ничем. Русским искусством, в том виде, в котором мы его себе представляем - от икон до Шемякина и Неизвестного - никто на Западе всерьёз не интересовался, да и в России их основные заказчики - государство. Ни Рустам Хамдамов, ни Олег Целков, ни Гриша Брускин не удержались на Западе, хотя некоторые серьёзнейшие из серьёзных коллекционеров, такие как Франческо Пеллицци, отдавали должное незаурядности Хамдамова. Тем не менее, только Илья Кабаков стоит каких-то серьёзных денег, и Юрий Купер кое-как держится в средней ценовой категории, и это всё. Но даже Кабаков не относится к живым художникам высшей категории, таким как Герхард Рихтер, Георг Базелиц, Джордж Кондо и тем более живые классики Фрэнк Стелла и Джаспер Джонс, питомцы гнезда Лео Кастелли.

Если вы не встречали это имя - Лео Кастелли - то оно относится к категории must know, то есть такое, которое обязаны знать.

Собственно, из Кастелли выросла вся система современного искусства, наряду с усилиями таких же знаковых персон: Пегги ГугенхаймИван КарпАнина НосейМэри Бун.

Надо понимать одну очень важную вещь. Русских миллиардеров никто на Западе всерьёз не воспринимает, кроме нескольких персон: это Роман Абрамович, Леонард Блаватник, Дмитрий Рыболовлев и Игорь Кесаев. И секрет не в том, что у двоих есть известные футбольные клубы, это достаточно вульгарно, а в том, что они большие собиратели и покровители искусств. Только это является пропуском в мир больших денег, когда пускают дальше прихожей. Абрамович содержит "Гараж", Блаватник дал 250 млн долларов на Tate Modern, жена Кесаева Стелла была неоднократным куратором на Венецианских биеннале и крупный коллекционер, Рыболовлев владеет произведениями искусства на 2 миллиарда долларов, недавно продал своего Да Винчи за 450 миллионов.

Принадлежность к миру искусства показывают реальное положение в социальной иерархии - джеты и яхты есть у всех, кому они нужны, а вот повесить на стену Баскию или Фрэнсиса Бэкона могут лишь избранные. А уж оказывать покровительство искусствам, содержать арт-пространства, давать стипендии художникам - это сливки сливок, creme de la creme. Если Вы видели последний сезон сериала "Миллиарды", то там сверхбогачи соревнуются друг с другом, кто у кого перехватит картину современного художника буквально со станка, вопрос цены даже не поднимается - какая разница, сколько это стоит?

Бэкон за 142 миллиона долларов
Бэкон за 142 миллиона долларов

Если вы попадёте в дом по-настоящему богатого человека на Западе, и к тому же принадлежащего к светскому обществу, то первым делом увидите знаковые произведения искусства на стенах - либо знакомые по хрестоматиям, либо по Сотби и Кристи, либо по стилю. Если Вы их опознаёте, и доставляете тем самым удовольствие хозяину, то он сразу признаёт в вас человека своего круга, неважно, сколько у вас денег. Вы живёте в одной системе и вы люди одной социальной страты. Это как выпускники Итона - одни дети там принцы-миллиардеры, другие дети из небогатых семей маркизов и баронетов, но в системе Итона-Оксбриджа это не имеет никакого значения, потому что все свои, а чужому в это общество путь заказан.

Но при изобилии дорогих и баснословно дорогих галерей стОящих художников не так уж и много, причём заслуживающих реального интереса, не только больших денег. Такие самородки как Бэкон или Баския встречаются раз в столетие, приходится раскручивать тех, что есть; найти отличного художника намного сложнее, чем открыть галерею, для которой нужно лишь пространство и деньги на аренду. Кого выставлять, кто будет пользоваться спросом?

Ведь мало найти талантливого художника. Надо решать двуединую задачу: держать его в галерее, терпеть его пьянство, выходки, творческие и душевные кризисы, сносить его дурной нрав и алчность его семьи, пресекать попытки конкурентов сманить его в свои галереи. Другая часть задачи: заставить критиков писать о нём, заставить коллекционеров приходить  на его показы, издать каталог, уговорить музеи взять его работы и так далее. Так у художника появляется имя, его работы начинают стоить серьёзных денег, а он норовит уйти в алкогольно-наркотический штопор, не написать к сроку нужное количество работ, которое уже ждут коллекционеры, и за которые уже проплачено, подраться с арт-критиками прямо на открытии выставки, потому что эти бездарные хамы не понимают его тонкий душевный надлом, перейти на личности со всеми, включая коллекционеров и кураторов, устроить скандал в СМИ, что все обижают тонкую ранимую натуру и что он подумывает о самоубийстве.

Баския за 100 миллионов
Баския за 100 миллионов

Где найти художника? Надо рыскать. Пегги Гугенхайм нашла Поллока в период, когда он и его жена Ли Краснер не могли сменять свои работы на мешок картошки у зеленщика в лавке, над которой они жили. Сейчас эта работы стоят от 80 до 136 миллионов долларов. У Баскии не было денег на холсты и краски, он рисовал на картоне, фанере, дверях и прочих подручных поверхностях. Что уж говорить о Ван Гоге, которому нечем было набить свою трубку, он, умирая, сосал пустую, потому что не было денег на щепотку табаку, а потом его работ было продано больше чем на миллиард долларов. Та же история была и с Модильяни - человеку не на что было опохмелиться, а теперь его "Обнажённая" уходит с молотка за 157 миллионов долларов.

Вот некоторые из самых дорогих работ, проданных в 2020 году.

Но и у художников есть большие проблемы. Им негде выставиться. Они ходят по галереям, но их отовсюду гонят, никто даже не хочет взглянуть на их работы. В лучшем случае говорят: оставьте нам компакт-диск или флэшку с вашими работами, мы посмотрим, когда будет время, и перезвоним. Никто никогда никому не перезванивает, потому что никто потом ничего не смотрит и не читает, никому ни до кого нет дела. Отчего так? От того, что очень много людей, глядя на современное искусство, решило, что они тоже так могут, тяп-ляп, накидать краски, размазать, и вот вам уже Роберт Мазервелл или Брайс Марден готов. Многие галеристы сами не в состоянии отличить хорошее искусство от плохого, особенно стажёры и интерны, которые у себя в университетах насмотрелись на однокашников-халтурщиков, и теперь им всё мазано одним миром.

Как реально талантливый человек, с сильно развитой рефлексией, сомневающийся во всём, неуверенный в себе и своём творчестве, делающий что-то действительно новое и своё, будет ходить и унижаться по галереям, где с ним будут обращаться как с мусором, и упрашивать взять его работы на любых условиях, потому что он голоден и не на что выпить пива? Вот Иван Дубяга, который, на мой взгляд, настоящий гений современного искусства.

Иван Дубяга
Иван Дубяга

Если его послушать и посмотреть его работы, то сразу понятно, что имеем дело с уникумом, которого надо холить и лелеять. А таких людей даже среди этих типажей немного. Тут ситуация как со сценаристами - пишущих людей много, и вроде пишут они хорошо, а вот снимать кино не из чего, нет сценариев, и все продакшены и продюсеры рыщут в поисках сценаристов, но читать и перебирать макулатуру, которой они завалены, нет сил. Поэтому они бегают по коллегам-конкурентам, и пытаются оттуда сманить тех, кто хоть как-то себя уже зарекомендовал. В мире искусств то же самое. Серьёзные галеристы и их скауты ходят по менее значительным галереям и ищут новые имена. Найдя, сманивают их к себе. И так всё идёт по цепочке, пока наиболее интересные художники наконец-то попадают в первую двадцатку.

Некоторые галеристы в продвинутом Лондоне дают возможность выставиться многим и посмотреть, что из этого получится. Так поступал Джей Джоплин, владелец White Cube, на этом сделал себе огромную коллекцию Чарльз Саатчи, так работает Стив Лазаридис, сделавший себе имя на outsider art.

В России есть только одна продвинутая галерея, отвечающая западным стандартам, это галерея Гари Татинцяна. Но он, как и все западные арт-дилеры, работает с уже состоявшимися именами.

Вальдемар Коттлер в свой хьюстонской мастерской на фоне работы "Оммаж Инзенгеймскому алтарю"
Вальдемар Коттлер в свой хьюстонской мастерской на фоне работы "Оммаж Инзенгеймскому алтарю"

Россия стремительно догоняет Запад. В России есть люди, которые разбираются в современном искусстве, регулярно читают лекции и сами зачастую встроены в международные структуры. Это кураторы и теоретики Виктор Мизиано и Борис Гройс, это искусствоведы Ирина Кулик и Екатерина Кочеткова, этот галеристы Владимир Овчаренко, Марат Гельман и художница Айдан Салахова. Если наш читатель увлечётся этой проблематикой, то без труда найдёт их лекции в интернете. Равно как и видеорепортажи в крупнейших мировых арт-событий и ярмарок, таких как Арт Базель, Документа, Манифеста, Венецианская биеннале и тому подобные. Сняты увлекательные художественные фильмы про Ван Гога (Тим Рот), про Модильяни (Энди Гарсиа), про Пикассо (есть с Антонио Бандерасом), про Поллока (Эд Харрис), про Баскию (Джеффри Райт) и про Бэкона (Дерек Джейкоби). Художников там играют выдающиеся актёры, полностью погружающиеся в эпоху и в личность творцов.

Если вас современное искусство зацепит, то уже не отпустит. Главное - начать, и там уже никогда не закончишь, потому что это путешествие длиною в жизнь, и одно из немногих занятий, придающее этой жизни динамику, вкус и смысл.

В мире

Глава Минздрава Украины Степанов заявил, что в стране никогда не зарегистрируют «Спутник V»

Аргументы НеделиАвторы АН

Аргументы НеделиИнтервью