Аргументы Недели Интервью 13+

«Аллилуйя любви»: 40 лет рок-опере «Юнона и Авось»

, 15:15 , Журналист

«Аллилуйя любви»: 40 лет рок-опере «Юнона и Авось»
Фото: личный архив

В год 40-летия знаменитой рок-оперы «Юнона и Авось» еженедельник «Аргументы Недели» поговорил о легендарной постановке с Александрой Волковой, исполнительницей одной из главных ролей в спектакле.

- Вы известная актриса театра и кино. Зрителю запомнились Ваши роли в фильмах «Кураж», «Майский Дождь», «Валькины Несчастья», сериале «Группа Счастья», сейчас, насколько я знаю, Вы снялись в сериале под названием «В Одной Постели». Вы, также, заняты в спектаклях Ленкома «Поминальная Молитва», «Женитьба», «Вечный Обманщик», «Аквитанская Львица» – у Вас много интересных и разноплановых ролей. Какое место в Вашем творчестве занимает роль Кончиты в рок-опере «Юноне и Авось»?

«Аллилуйя любви»: 40 лет рок-опере «Юнона и Авось»

- Не могу сказать, что я известная актриса, совсем нет. Какое место занимает в моей карьере роль Кончиты в «Юноне и Авось»? Центральное, пожалуй. Я 12 лет имею честь играть эту роль, и она для меня очень ценная, родная, любимая. Я расту вместе с ней, она вместе со мной. Знаете, от опыта, конечно, очень многое зависит у актёра. И естественно, что моя Кончита, когда я начала её играть в 2009 году, совершенно другая сейчас. По крайней мере, внутренне точно.

- Спектакль идет с аншлагом уже 40 лет. За это время в нем были заняты удивительные актеры, начиная с Николая Караченцева, Елены Шаниной, Александра Абдулова, Анны Большовой и многих других. Сейчас роль Кончиты в этом спектакле исполняете Вы. Сложно ли исполнять подобную роль после работы в спектакле таких звездных актеров, которые были в нем до Вас?

- Я об этом никогда не думала. Сложно не сложно – это не совсем подходящий вопрос. Когда я вводилась на эту роль, мне очень помогли. И первая исполнительница роли Елена Юрьевна Шанина и моя предшественница Аллочка Юганова, взяли меня за ручку, всё мне рассказали, всё объяснили, были со мной с начала до конца. Поделились секретами и вообще очень поддержали. О сложности я не думала - я актриса, это моя работа. Я только удовольствие получала и невероятное счастье до сих пор играть в таком легендарном спектакле с такими артистами, с такими партнёрами, великолепными, родными, любимыми. Это большое счастье для меня. Что может быть сложного, только радость только наслаждение.

- Постановка 1981 года и сегодняшнее звучание — это два АБСОЛЮТНО разных спектакля или же различия несущественны даже сегодня? В чем эти различия, если они есть?

- Я думаю, что, конечно, различие есть. В первую очередь, наверное, ритм поменялся. Мне кажется, мы стали быстрее играть, стремительнее. Другая энергия. Спектакль так долго существует ещё и потому, что с постоянным обновлением актёрского состава в спектакль вдыхается и новая жизнь и он остаётся живой и, как мне кажется, не устаревает. Каждый привносит что-то свое, но костяк спектакля очень крепкий и благодаря этому спектакль живёт. Всякий артист будет себя чувствовать свободно и легко в таком блестяще выстроенном спектакле.

«Аллилуйя любви»: 40 лет рок-опере «Юнона и Авось»

Каждый артист привносит, конечно, самого себя. Поэтому наши персонажи и наши герои совершенно разные. Что у Елены Юрьевны Шаниной, что у всех других замечательных исполнительниц. Все они прекрасные, все они личности. Шанина, Большова, Пиварс, Хмельницкая, Юганова, Зайкова. Недавно в спектакль ввелась Алёна Митрошина. Столько невероятно прекрасных, великолепных актрис. Все разные абсолютно, но, при этом, все настоящие Кончиты. И как бы мы ни менялись, «Юнона и Авось» всё равно остается спектаклем Марка Анатольевича Захарова и это абсолютно невероятный, легендарный, великий спектакль.

- Александра, как Вы считаете, есть ли разница в восприятии спектакля зрителем 80–90–2000 годов по сравнению с восприятием спектакля сегодняшним зрителем?

- Да, думаю, что есть. Вообще, когда этот спектакль выходил, это была большая удача и счастье, что он вообще вышел, потому что в те советские времена религиозная тема была если не под запретом, то, по крайней мере, очень сложной. Было очень трудно выносить такое на сцену московского театра. Поэтому то, что это вообще произошло, является большим чудом. Я думаю, что для тех времен, для зрителей, это было что-то беспрецедентное. Что-то, что никто никогда не видел. В Москве, по крайней мере, да и в России, в принципе, это было потрясение. Это был настолько ошеломительный спектакль! Какое-то особое слово подобрать хочется. Эффект был сродни взрыву, настоящая большая сенсация. Люди ломились в Ленком, были очереди, чтобы купить билеты. Это продолжается и до сих пор. Билеты раскупают за 3 месяца вперёд. У нас, конечно, конная милиция не стоит, как это было когда спектакль вышел, но ажиотаж до сих пор присутствует. Сейчас зритель довольно искушённый, мало чем удивить можно, но интерес к нашему спектаклю не угасает и это какое-то чудо. Чудо этого спектакля. Не без Божьей помощи, конечно.

- Для создания такого масштабного проекта, как «Юнона и Авось», нужна была мощная команда - балетмейстеры, педагоги, мастера по сценическому свету, художники, музыканты, режиссеры. Чью работу из тех людей, которые не находятся на сцене, Вы могли бы выделить сегодня, когда спектакль подошел к своему сорокалетнему юбилею?

- Выделить никого не могу. Все очень важны. Театр — это такой механизм, который работает исключительно тогда, когда работают все его составляющие. С одними артистами ничего не получится. Театр не родится без художественной, постановочной и музыкальной части. Все эти люди проделывают огромную работу, чтобы спектакль состоялся. И все они невероятные профессионалы и мастера своего дела.

«Аллилуйя любви»: 40 лет рок-опере «Юнона и Авось»

Спектакль «Юнона и Авось» зародился тогда, когда несколько глыб, гениев собрались вместе. Так сошлись звезды, что они соединились и создали такое невероятное, чудесное произведение. Захаров, Шейнцис, Вознесенский, Рыбников, Васильев, Комолова. Они создали настоящий шедевр. И мы не должны уронить планку. Благодаря трепетному отношению к спектаклю людей, которые остаются за кулисами, их огромному труду и любви этот спектакль до сих пор существует и проживёт, я надеюсь, ещё много лет. И это, безусловно, не самый лёгкий спектакль в исполнении. Он требует очень большого внимания и осторожности. Чтобы спектакль получился нужна слаженная работа абсолютно всех работников, поэтому никого отдельно я выделить не могу. Все равно важны.
- Вы много ездите с постановкой «Юнона и Авось» по стране. Сочи, Екатеринбург, Санкт–Петербург. И везде - аншлаги. На Ваш юбилейный спектакль в Crocus City Hall 22 октября уже почти нет билетов. В чем секрет такого феноменального успеха этой рок-оперы, с Вашей точки зрения?

- Да, я уже говорила, что «Юнону и Авось» чудесным образом придумали великие люди. Как-то так все соединилось, сошлись их сумасшедшие энергии. Что ни возьми - что музыка, что сценография, что режиссура, что костюмы, что текст -все прекрасно - вместе и по отдельности. Мы все заслушивались пластинкой «Юнона и Авось». Текст вместе с этой великолепной музыкой не оставляет тебя равнодушным. Добавьте к этому сценографию, режиссуру и всё остальное. Безусловно, конечно, нельзя не оценить вклад Караченцева, Шаниной, и Абдулова. Это люди, которые тоже имеют непосредственное отношение к созданию спектакля. Я считаю, что они такие же равноценные создатели этого действа, как и все люди, которых я уже перечислила. Упомяну еще раз то, что такой интерес возможен благодаря тому, что спектакль всё время обновляется, всё время меняются составы, появляются новые лица. Главное, что для нас всех этот спектакль обожаемый. Все его очень любят. На сцене нет никого, кто находился бы на ней с холодным носом. Я уверена, что и не будет. Как только такое появляется, спектакль начинает умирать. Этого, слава богу, не происходит. Знаете, когда я только пришла в театр, меня сразу распределили, как и всех молодых артистов, танцевать в Юнону. Я играла испанскую даму, ещё выходила со свечой, иногда на обручении стояла. Я помню, что для меня это было невероятным счастьем: просто постоять со свечкой или станцевать на балу. Это было просто настоящим достижением. В мое время, да и сейчас, думаю, тоже, девочки спорили из-за того, чтобы лишний раз появится на сцене во время постановки. Просто выйти, постоять лишний раз. Это же о многом говорит! Все действительно очень любят этот спектакль, просто обожают его. Все с горящими глазами, с горящим сердцем. Эта энергия передается зрителю, а энергия зрителя, в свою очередь, передается нам. Всё это очень важно для спектакля, чтобы он жил. Он живой, он дышит. Вот и весь секрет.

- Почему, по Вашему мнению, постановка «Юнона и Авось» остается именно современной оперой?

- История любви всегда, во все времена, является современной. А потом мы такие закостенелые, современные люди, у нас много дел, много проблем. Мы все в телефонах, в делах, в работе. Мне кажется, что у нас немножечко огрубели все органы чувств. Когда приходишь на такой спектакль, как «Юнона и Авось», тебя каждый раз пробирает до мурашек. Я очень люблю смотреть эту постановку, когда сама в ней не играю, и такое случалось со мной каждый раз. Это спектакль, который трогает, он заставляет твою душу вибрировать, и это очень круто. Для современного зрителя это необходимо. Каждый раз я думаю: «Как же всё это красиво, как это всё придумано, сколько там символов заложено, сколько всего, сколько глубины?». Всякий раз я смотрю постановку и вижу там что-то, что я раньше не замечала, с возрастом и опытом нахожу в ней новые ассоциации. Это здорово. И какие же у нас прекрасные артисты! Какие талантливые и красивые. Все, как на подбор, глаз нельзя оторвать. Просто восхитительно! Люблю артистов Ленкома.

«Аллилуйя любви»: 40 лет рок-опере «Юнона и Авось»

- Алексей Рыбников сказал: «В музыкальном мире брэнд возглавляемого Сергеем Рудницким ленкомовского «Аракса», играющего в «Юноне и Авось», необыкновенно высок. «Аракс» побывал в разных странах мира, и в многочисленных зарубежных рецензиях также отмечался его высокий уровень. Музыкальная составляющая «Юноны и Авось» необыкновенно велика, и она была, есть, и будет равновеликой величиной, наряду с работой «звезд» Ленкома». Согласны ли Вы с его мнением?

- Безусловно. Я считаю, что если убрать эту невероятно важную составляющую, то и спектакля не будет. Это, в первую очередь, музыкальный спектакль, рок-опера. А наша группа «Аракс», на них весь спектакль держится. Сергей Рудницкий, Олег Зарипов, Николай Парфенюк, Анатолий Абрамов, Александ Садо, они настолько точные, настолько неповторимые, блестящие музыканты, что если кого-то из них заменить, то и спектакль зазвучит по-другому.

- Марку Анатольевичу Захарову также принадлежат следующие слова: «Кто такой Резанов? Это типично русский характер, одновременно и насмешливый, и альтруистический, несколько рациональный, отчасти индифферентный к вещам, несколько мистический, но за Резановым скрывается наша вечная история о невозможности счастливой любви, история нашего прошлого, история наших моральных богатств…». Как Вы можете прокомментировать эти слова? Вы также считаете, что счастливая любовь невозможна?

- Считаю, что возможна. Я сама счастлива в любви, поэтому как я могу сказать, что это невозможно? Возможна, очень даже возможна, я в это верю всем сердцем.

- Марк Анатольевич Захаров также говорил: «С этим спектаклем связано много положительных эмоций. Ведь он побывал во многих странах мира и вызывал радостные ощущения, а когда много радостных эмоций, то они, наверное, потом переходят в другое качество и помогают жить труппе. Вознесенскому удалось написать хорошую поэму, а Рыбникову – замечательную музыку: он создал синтез традиционных православных песнопений, русского романса и достижений современной рок-культуры». Александра, а что для Вас из этого синтеза ближе всего в спектакле?

- Я никогда, знаете, не отделяла ничего в этом спектакле для того, чтобы определить, что мне ближе. Мне сам по себе спектакль очень дорог и близок. Это действительно родное, что-то от меня уже не отделимое. У меня есть удивительная история: когда-то, очень давно, моя семья снимала каждый сезон летом дачу в Клязьме. Это была большая дача, которая разделялась на две половины. Мы снимали одну половину, а другую половину снимала семья Николая Петровича Караченцева. Когда они там жили, я была совсем маленькой. Мне, наверное, было лет 6–7. Кто бы мог подумать, что я, когда вырасту, буду играть Кончиту? Что вообще поступлю в Ленком. Наверное, если бы Николаю Петровичу тогда кто-нибудь сказал, что эта девчушка когда-нибудь будет играть Кончиту, то он никогда бы в жизни в это не поверил. А так случилось. И это судьба. Я в детстве много раз смотрела «Юнону и Авось» в записи, всегда это на меня производило ошеломляющее впечатление. В целом, не могу сказать, что мне ближе. Мне все близко. Мне все очень нравится. Мне всё очень понятно, и все темы в этом спектакле меня трогают.

- Как Вы считаете, символизирует ли «Юнона и Авось» неизбежность расставания? Или все-таки этот спектакль – «Аллилуйя, возлюбленной паре! Аллилуйя любви!»?

- В спектакле столько образов и столько всего заложено, что можно его на составляющие бесконечно разбирать. Но, в общем и целом, это, конечно, «аллилуйя любви». А еще он о русском «авось».

«Аллилуйя любви»: 40 лет рок-опере «Юнона и Авось»

- Александра, это правда, что, когда Вы начали репетировать роль Кончиты, Вам на помощь пришла первая исполнительница этой роли Елена Шанина и поделилась с Вами каким-то очень важным секретом?

- Да, Елена Юрьевна Шанина мне очень много времени уделила, и Аллочка Юганова, моя предшественница. Они меня здорово поддержали и очень помогли. Ну, а я, в свою очередь, следуя их примеру, помогала актрисам, которые ввелись на роль Кончиты уже после меня. У нас это как-то принято в театре. Этим наш театр тоже славится: хорошим отношением друг другу. Эта преемственность поколений очень важна. Елена Юрьевна мне очень много дала. Многими секретами поделилась, помогла разобрать роль. Она была рядом, а для меня это было невероятно важно! Я очень ей благодарна, это дорогого стоит. Понимаете, в актёрской среде, обычно, такое не принято. Актёры люди ревнивые, своими ролями делиться не любят и редко помогают друг другу. А в нашем театре всё не так, по крайней мере я лично с таким не сталкивалась. У нас принято передавать роли, быть рядом, помогать и поддерживать. Я бы, наверное, с ума сошла, если бы Елена Шанина и Аллочка Юганова мне не помогали. Это очень важно, потому что в спектакле есть очень много всяких технических вещей. Куда пойти, откуда выйти, как обращаться с костюмом и так далее. В особенности на сцене со сложными декорациями, как в спектакле «Юнона и Авось». Надо понимать сложности и тонкости спектакля. Мои предшественницы мне все рассказали подробно. Я была очень хорошо подготовлена прямо как спортсменка. А они были для меня как тренеры. Это очень здорово.

- «Я тебя никогда не забуду», «Я тебя никогда не увижу». Возможно ли силами актерского мастерства передать глубину осознания и накал этих слов?

- Возможно, но опять же я скажу, что для актера очень важен собственный опыт. Я думаю, что по первости, когда я ввелась в постановку, много чего у меня было поверхностного. Как организм подсказывал, так я и делала. Только через несколько лет я начала осознавать: «Ах, вот оно как! Вот оно, почему!». В моей жизни много чего происходило: и потери, и, наоборот, обретения. Я начинала что-то понимать и по-другому на это смотреть, я сама менялась. Потом, когда ты вводишься куда-то, в особенности в спектакль, который живёт уже много лет, у тебя огромное напряжение, и ты думаешь о том, как бы кого не убить вообще. Как бы не испортить, как бы все сделать правильно. Люди же привыкли к одному, а сейчас совершенно другая энергия появилась. Только через какое-то время начинаешь роль потихоньку присваивать. Успокаиваешься, начинаешь осознавать себя в пространстве, расслабляешься и начинаешь получать удовольствие. Вот тогда понемногу начинаются какие-то внутренние процессы. Опыт – невероятно важная вещь для артиста. Попытаться сыграть любовь или потерю близкого человека можно, конечно, но если ты не испытывал этого никогда, то по-настоящему это передать, без собственного опыта, я считаю, невозможно.

Я могу изобразить любовь, но если я не испытывала этого в действительности, то я буду недостаточно убедительной.

- Какая сцена в спектакле для Вас самая дорогая и волнующая?

- Сложно сказать. Я никогда спектакль на части не разделяю. Для меня вообще, в принципе, спектакль очень дорогой и волнующий. От начала до конца. Более того, у нас были моменты, когда нас просили выступить на каких-то концертах, поздравлениях. Мы брали, например, сцену обручения, романс. И я всегда испытывала от этого невероятное волнение. Меня прямо трясло. Я думала, почему я так волнуюсь, почему я так стесняюсь? Я же играю это уже много лет? Видимо я себя так ощущала, потому что раздробили целое и взяли один кусок. Когда же играешь спектакль непрерывно, целиком, то нет никакого глупого волнения, все идет из души, от сердца. Так что для меня нет никакой отдельной части, которую я любила бы больше всего. Я люблю спектакль целиком.

- Как говорит Дмитрий Певцов, «… постановка стала сама себе памятником, но при этом остается живой». Как Вы думаете, почему так происходит?

- Мы уже говорили об этом сегодня. Так получилось, что великаны соединились и сотворили такой невероятный спектакль как «Юнона и Авось». Мы все его бесконечно любим и с трепетом к нему относимся. То, что он живёт и радует уже 40 лет — это настоящее чудо, по-другому не скажешь.

«Аллилуйя любви»: 40 лет рок-опере «Юнона и Авось»

- Александра, что бы Вы пожелали Вашему зрителю в год 40-летия оперы «Юнона и Авось»?

- Я хочу пожелать, чтобы вы также продолжали ходить к нам на спектакль и делиться с нами своей энергией. Это так здорово, когда зрители себя отпускают! Когда в финале спектакля зрители начинают петь вместе с нами, вскакивают с мест, пританцовывают, когда я вижу горящие взгляды, слёзы и улыбки, то это такое счастье! Ради этого стоит вообще жить и работать. Ради этих глаз прекрасных. Я желаю, чтобы эмоции, которые зрители испытывают, я надеюсь, на нашем спектакле, жили и приумножались. В общем, приходите к нам, и мы будем вас радовать. А вы нас.  А ещё желаю всем здоровья и сил! И, конечно, аллилуйя любви!

- Последний вопрос. Какие ваши дальнейшие творческие планы как актрисы, как артиста?

- Пока ничего определённого сказать не могу. Нам объявили, что в этом сезоне будет ставить Александр Морфов. Вот его я очень жду. Он у нас в Ленкоме поставил 2 спектакля: «Пролетая Над Гнездом Кукушки» и «Визит Дамы». Прекраснейшие спектакли. Я его очень люблю и как режиссёра, и как человека. Дай Бог всё получится. А пока я продолжаю играть свои любимые спектакли.

- Александра, благодарю Вас за интервью!

Хорошо, что спектакль продолжает идти столько лет! 40 лет – это дата. И это - беспрецедентный случай в истории мирового театра – спектакль продолжает собирать аншлаги. Я думаю, множество людей благодарны Вам и всем тем актерам, тем, кто сейчас играет на сцене Ленкома в этой постановке и продолжает представлять эту легендарную работу на суд зрителя. Спасибо Вам, Александра, и, в Вашем лице, всем артистам, задействованным в этом спектакле, за Вашу работу и уделенное еженедельнику «Аргументы Недели» внимание! Дальнейших творческих успехов Вам!

- Вам спасибо!

Добавьте АН в свои источники, чтобы не пропустить важные события - Яндекс Новости

Общество

Депутат Госдумы Петров: массовый психоз в отношении ограничительных мероприятий может быть связан с постковидным синдромом

Аргументы НеделиАвторы АН

Аргументы НеделиИнтервью

Общество

Общество