Аргументы Недели Интервью 13+

Актриса Марина Маняхина: «Я не могу вызывать слёзы автоматически»

, 12:06 [ «Аргументы Недели», ]

Актриса Марина Маняхина: «Я не могу вызывать слёзы автоматически»
Марина Маняхина, фото: личный архив

Марина Маняхина окончила театральный институт имени Бориса Щукина. Работает в Московском Театре Сатиры. Зритель знает актрису по ролям в таких фильмах и сериалах, как «Кровинушка», «Мент в законе», «Угро. Простые парни», «Вторая жизнь», «Как я стал русским», «Анна-детективъ», «Ненастье», «Практика» и др.

- Марина, красота помогает в актёрской профессии, или порой мешает?

- Скорее, помогает. Мешать она не может нигде. В любом случае нам нравится смотреть на красоту, восхищаться ею – человеческая это красота или красота природы. Если говорить про профессию, знаете, есть такое выражение – «не всякая красота внушает любовь, иногда она радует взор, но не покоряет сердца». Так же и с красотой в актёрской профессии. Человек может быть очень красив в жизни, но, выходя на сцену, он теряет не то что красоту, он теряет обаяние. И становится безликим. И можно быть абсолютно не привлекательным в жизни, но, попадая в кадр или выходя на сцену, излучать какую-то безумную энергетику и притягивать к себе массы зрителей. Всё идёт изнутри, от того, как наполнена наша душа, от этого и светятся глаза. Вот это и есть красота.

- Многие называют вас примадонной Театра Сатиры. Трудная ноша?

- Спасибо за комплимент, но я не примадонна. Это раньше были примы в театре. Сейчас их, по-моему, нет. И я не стремлюсь к этому. Я достаточно много играю, у меня есть центральные роли, есть и маленькие. Но я не могу сказать, что сильно выделяюсь из общего среза актрис моего возраста. Понимаете, прима – это актриса, на которую каждый приходящий режиссёр ставит спектакль. Такой была в своё время Мария Николаевна Ермолова. На неё писались пьесы, на неё ставили спектакли. Со мной такого пока не происходит. Конечно, мне бы хотелось, чтобы приходил режиссёр и только на меня ставил спектакль…

- Какие у вас отношения с худруком Театра Сатиры, знаменитым актёром Александром Анатольевичем Ширвиндтом?

- Александр Анатольевич – учитель для нас всех. Это глыба, великий мастер, маэстро, большая книга. Не знаю, как ещё назвать Ширвиндта…Его хочется бесконечно слушать, смотреть на сцене, он потрясающий артист и педагог. Александр Анатольевич дал мне возможность служить в этом великом театре. Если бы не он, я не знаю, где бы была и чем занималась после института.

- Перед каким спектаклем вы особенно волнуетесь?

- У меня был такой спектакль «Дураки». Режиссёром был Александр Анатольевич, а у меня была главная роль. И во время спектакля, когда мне говорили, что Ширвиндт, скорее всего, в зале, я волновалась, потому что это была ещё и ответственность перед ним. Спектакль, к сожалению, сняли с репертуара.

- Чем вам была интересна главная роль в сериале «Кровинушка»?

- Мне с одной стороны, повезло, с другой – это было некое испытание. Потому что я получила эту роль сразу после института и, наверное, была несколько молода для неё. Вообще фильм про материнство…

- Суррогатное, насколько я помню!

- Ну да. Тогда эта тема только зарождалась в нашей стране. Начинали снимать программы о суррогатном материнстве. И мы пытались раскрыть эту тему. Но все-таки главная идея сериала «Кровинушка» - это материнство в широком смысле этого слова.

- А вы сами за или против суррогатного материнства?

- Пока у меня не было своих детей, я была однозначно за. Сейчас у меня появился ребёнок, и всплыл другой аспект. Зная, что такое беременность и вынашивание ребёнка, ты встаёшь на другую сторону, понимая, как тяжело суррогатной матери отдать чужим людям своё дитя. Так что однозначного ответа у меня нет. И сериал «Кровинушка» не даёт такого ответа.

- Вы знаете, какая у вас группа крови?

- Знаю. Вторая положительная.

- «Группа крови на рукаве», - поёт Виктор Цой. Вам нравится группа «Кино»? Любите отечественных рокеров?

- Да, мне нравится их музыка, хотя я и не фанатка. Никогда не была фанаткой каких-либо групп, моя комната никогда не была завешана плакатами. Но песни Цоя я с удовольствием слушала, мы их пели под гитару во дворе, около костра в студенческие годы. Даже на съёмках «Кровинушки», помню, пели и прекрасно проводили время.

- Марина, какие книги вы читаете – электронные или бумажные?

- Только бумажные, я не могу читать электронные. Нет, иногда приходится пьесы, сценарии читать в электронном виде, но книги я не могу.

- Насколько вы погружены в интернет? Есть ли у вас инстаграм, сколько подписчиков?

- У меня нет страницы в инстаграме. Я понимаю, что это необходимо, что мне это нужно сделать. Наверное, когда-то придётся.

- Вы не задумывались над тем, что отсутствие вас в инстаграме влияет на вашу карьеру в кино? Ведь у вас совсем немного фильмов…

- Я уверена, что это именно так. Потому что некоторые продюсеры и режиссёры, выбирая актрису на роль, действительно смотрят на число подписчиков в инстаграме.

- Вы вообще за живое общение, я так понимаю?

- Конечно, я за живое общение. Хотя с подругами, к сожалению, встречаюсь не часто. У меня в данный момент маленький ребёнок, мне просто некогда встречаться.

- Как легко вы можете расплакаться в кадре или на сцене?

- На сцене у тебя есть время, ты подготавливаешься к этим слезам. А вот когда надо войти в кадр и зарыдать – это дело другое. У меня был такой момент, когда я не смогла заплакать, в той же «Кровинушке». Мы снимали на обрыве, в Одессе, море, внизу купаются и загорают люди. А мы наверху, на небольшой скале, и вот я там одна должна вспоминать своего якобы утонувшего мужа и рыдать. Вовсю светило солнце, и мне было так сложно расплакаться!
Я не технарь и не могу вызывать слёзы автоматически. У меня есть знакомый, который может технически заплакать, и, наверное, это хорошее качество. Иногда это необходимо, просто для кадра – быстро и чётко.

- Разве в Щукинском институте этому не учат?

- Наш педагог Владимир Петрович Поглазов практиковал такое: отлавливал по коридорам студенток, считал до пяти и просил разрыдаться или искренне рассмеяться. Так нас учили.

- А «мятный карандаш» не использовали?

- Мне один раз помазали карандашом, но было гораздо хуже – мне просто щипало глаза, и я не могла их открыть, а слёзы не текли.

- Какие качества в мужчинах вы цените?

- Доброту, чувство юмора и щедрость.

- Щедрость в широком смысле или сугубо финансовом?

- Щедрость душевную, но, конечно, и материальную тоже. Потому что когда человек жадный – это не очень приятно.

- А если мужчина в таком положении, что он не может быть щедрым?

- Это другой вопрос. Щедрый человек – не тот, кто покупает тебе квартиры, машины, яхты. Щедрость в другом проявляется, в нежадности…

- Как вы относитесь к мужчинам-актёрам?

- Я прекрасно отношусь к ним. Не считаю, что актёрство – немужская профессия. Актёры – прекрасные мужчины. Просто всё зависит от человека. Человек может работать, скажем, поваром и не быть мужчиной.

- Какое у вас в жизни было самое экзотическое путешествие?

- В Китай. Экзотика была в том, что китайцы – совершенно другая нация, со своим менталитетом, культурой и обычаями. С едой мне там было сложно, я не могла найти, чем питаться. Либо это очень острое, либо жареное – тяжело. Муж отважился и съёл какое-то насекомое, кажется, это был скорпион. Я на это не решилась. Проблема была ещё и в языке. В Китае мало кто говорит по-английски. Был такой случай, когда таксист просто высаживал нас из машины, мы ему показывали картинку в путеводителе, куда ехать, а он не понимал, либо делал вид, что не понимает. Хорошо, что в гостинице нам стали писать на бумажке на китайском языке, куда нам нужно доехать, и вот так мы передвигались по городу. Сейчас я с иронией это вспоминаю, но тогда всё было сложно.

- Есть ли в этом мире для вас «райский уголок», куда вам хочется возвращаться снова и снова?

- Да, это Карибское море, мексиканский Канкун. Этот бирюзовый цвет воды меня пленил. Я там была всего лишь один раз. Я очень долго мечтала об этом. Всё-таки далеко лететь. Но я там побывала, и мне хочется туда вернуться.

- Какая роль была для вас физически самой сложной?

- Это был студенческий спектакль. Первая большая роль в «Чайке», я играла Машу. Владимир Петрович Поглазов сделал Машу очень драматичной героиней, даже трагичной. И мне приходилось тяжело работать над собой.

- Чему вы специально обучались для той или иной роли?

- В спектакле «Чествование», который поставил Сергей Николаевич Арцибашев, моя героиня должна была играть на гитаре. У нас там был такой мини-оркестр, четыре героини: одна играла на барабане, другая на аккордеоне, третья на бас-гитаре и я вот на обычной электрогитаре. Пришлось учиться.

- Какие жанры кино вам нравятся?

- Я очень люблю фильмы-катастрофы.

- За что? За ужас?

- Нет, тем более что в таких фильмах почти всегда хэппи-энд в конце. Люблю за какую-то масштабность действа. И ещё очень люблю психологические триллеры.

- А вы бы сами снялись, например, в ужастике?

- В ужастике нет, а вот в психологическом триллере да.

- Какие актрисы вас вдохновляют?

- Меня восхищает Одри Хепбёрн. Эта та бесконечная красота, которая переходит из фильма в фильм.

- А какая картина с ней вам больше всего нравится?

- «Римские каникулы».

- А «Завтрак у Тиффани» на каком месте?

- Он мне нравится меньше. Фильм «Римские каникулы» принёс Одри Хепберн настоящую популярность. Она получила за него «Оскар».

- Вы гоняетесь за брендами, или вам важно, чтобы вещь просто понравилась?

- Иногда да, могу купить брендовую обувь, сумку, очки. Одежду в меньшей степени.

- Женщина должна быть хорошей домохозяйкой, или сейчас все услуги можно купить?

- Женщина должна всё уметь. Услуги можно купить, безусловно, и я иногда этим пользуюсь. Вот в прошлом году поменяли окна, и да, мы заказывали клининговую службу, потому что в квартире был полный аврал, и справиться самим было сложно. Но так я убираю сама – не люблю, когда чужие люди трогают мои вещи.

В мире

Китай обрушил мировую экономику во имя жизни своих людей
Loading...

Аргументы НеделиАвторы АН

Аргументы НеделиИнтервью