//Интервью 13+

Ленком грустит, но смотрит в будущее

№ 40(684) от 15.10.19 [ «Аргументы Недели » ]

Ленком грустит, но смотрит в будущее
Фото АГН «МОСКВА» / А. Никеричев

В Театре Ленком не стало его отца-основателя Марка Захарова. О судьбе театра, его спектаклях и актёрах разговор главного редактора «АН» Андрея Угланова с директором театра, другом и соратником Марка Захарова – Марком Борисовичем ВАРШАВЕРОМ.

Полную версию  видеоинтервью  главного редактора   «Аргументов недели» Андрея УГЛАНОВА с директором театра, другом и соратником Марка Захарова – Марком Борисовичем ВАРШАВЕРОМ смотрите на  Youtube канале  За углом

 

– МАРК Борисович, несколько лет назад я брал интервью у Марка Захарова. И вот его не стало. Вы назначены директором театра с расширенными полномочиями. Скажите, перед тем как уйти, он говорил с вами о чём-то? К примеру, когда уходил Олег Ефремов, он говорил слова напутствия своему преемнику – Олегу Табакову. Было что-то подобное у вас?

 

– Всё наоборот. За несколько дней до ухода из жизни он думал, не о том, что передать, а о том, как скорее прийти репетировать. С дочкой – народной артисткой Александрой Захаровой мы уговаривали его остаться в больнице. А он: «Нет, я хочу скорее вернуться в театр, репетировать». И он заставил нас его забрать. Приехали домой, и через несколько дней состояние здоровья ухудшилось, и опять пришлось отправить его в больницу. Неделю он там побыл, и случилась трагедия. Произошло всё мгновенно. Он проснулся утром, сказал добрые слова медсестре, очень хорошо с аппетитом позавтракал, повернулся к стенке и ушёл из жизни.

– Говорят, что так уходят праведники. Без мук.

– То, что он был праведник, никто спорить не будет. Надо было видеть, как с ним пришли прощаться его зрители. Пришли проститься с гением, с великим режиссёром. К сожалению, такого уровня режиссёров сегодня не осталось. Я констатирую это с глубоким сожалением, потому что и я, и вы наверняка помните великих Г.А. Товстоногова, А.А. Гончарова, А.В. Эфроса, Ю.П. Любимова, В.Н. Плучека, ещё могу назвать многих. На сегодня в таком статусе – последним из могикан, конечно, был Марк Анатольевич. Мы его потеряли.

– Мы потеряли его, но не потеряли репертуар театра.

-Мы говорим о личности. Её потеряли… Что касается репертуара, меня и дочь Марка Анатольевича – великолепная актриса Театра Ленком Александра Захарова спросила: «Мы не будем ничего снимать из репертуара?» Я говорю: «Сашенька, как можно убрать из музея Веласкеса? Как можно Гогена, Модильяни взять и снять?» Он такой же художник, такого же уровня, а может, в своей области и больше тех. Поэтому, конечно нет, и мы будем гордиться тем, что у нас есть эти спектакли.

А как же ими не гордиться? «Юнона и Авось» идёт 36 лет. «Безумный день, или Женитьба Фигаро» – 26 лет. Целый ряд таких спектаклей. Все долгожители. Как можно это снимать? Это и Марка Анатольевича волновало. Мы с ним очень много обсуждали, но так и не нашли выхода. Как выйти из этой ситуации?! В месяце 26 рабочих дней, у нас в репертуаре 17 спектаклей. Как быть? Спектакль, который идёт раз в месяц, – он «амортизирует», требует к следующему спектаклю серьёзных репетиций. И иначе как? Раз в месяц, раз в 26 дней. В то же время надо же ставить новые спектакли. А как же ставить новые? Куда? Нельзя же раздвинуть месяц. Даже при своей гениальности Захаров не сумел.

- Может быть, у вас в связи с этим возникнет необходимость что-то снять. Всякие могут быть ситуации. Ленком всегда был в критическом диалоге с властью. Последнее тому доказательство – спектакль «День опричника» по повести Владимира Сорокина. Кто её читал, понимает, что книга будто бы о будущем, на самом деле – гротескное изложение сегодняшних дел. Вы этот спектакль снимете или нет?

– Мы пока даже не думаем о том, что можно снять. Наоборот – совсем скоро будем выпускать спектакль «Капкан». Вновь обращение к Владимиру Сорокину плюс фантазии самого Марка Захарова. Будут там и перемещение во времени, и любовь: и Сталин в исполнении Дмитрия Певцова. Премьера в декабре. Сценическую версию написал Марк Анатольевич, притом очень болезненно. Переписывал 17 раз. Он постоянно говорил: «Марк Борисович, вот новые версии».

– До ухода из жизни Марка Захарова театр потерял таких звёзд мировой величины, как Евгений Леонов, Александр Абдулов, Николай Караченцов, Леонид Броневой, Олег Янковский. Скажите, кто будет делать новых звёзд к тем, что сегодня работают в театре? Марк Захаров кропотливо работал с актёрами. Как говорит Татьяна Москвина – наш театральный критик, – он из просто красивых фактурных ребят сделал великих драматических актёров. Александр Абдулов, Певцов Дмитрий... Какое будущее у актёрского состава?

– Мы с вами пропустили Татьяну Ивановну Пельтцер, которая тоже ушла из жизни. Но вернусь к вопросу. Марк Анатольевич был не только великим режиссёром, но и талантливым педагогом. Он оставил нам в наследие замечательных артистов, которые сегодня работают в театре. Это 15 народных и 18 заслуженных артистов.

В данной ситуации скажу с полной уверенностью и компетентностью, так как у меня образование актёрское, музыкальное и третье – экономика организации театрального дела и я немножко понимаю в этом вопросе. Артисты, которых буквально коллекционировал Марк Анатольевич – и в этом его заслуга, – просто изумительные! Вся труппа! Я могу перечислить – это Инна Чурикова, Сергей Степанченко, Александр Збруев, Елена Шанина, это Дмитрий Певцов, Александр Лазарев, Игорь Миркурбанов, Виктор Раков, Александр Сирин, Владимир Юматов, Андрей Соколов, Татьяна Кравченко, Иван Агапов… Смотрите, Андрей Леонов каким стал замечательным артистом, какая мощь в нём появилась. Сегодня я в нём нахожу его знаменитого отца – Евгения Павловича Леонова.

А какие девушки! Миронова Маша, я не говорю о Захаровой Александре Марковне, которая, может быть, даже самая главная ученица Марка Анатольевича. Марк Анатольевич держал её в чёрном теле десять лет. Всё это время она с трудом попадала работать даже в массовке. Представляете, какая выдержка! Анна Большова – прелестная, изумительная актриса. Уникальная Олеся Железняк.

Два слова о выдержке Марка Анатольевича не только в отношении дочери. Не взял в театр свою жену – замечательную актрису Нину Лапшинову. Она работала в Театре «Эрмитаж». Понимаете, он её не взял, чтобы было легче работать, чтобы ему не говорили: набрал всех своих. И в этом его отличие от многих даже великих режиссёров, у которых жёны управляли театром. Наверное, вы понимаете, о ком идёт речь.

Поэтому у нас необыкновенная коллекция талантливейших актёров.

– А Антон Шагин, он же в труппе?

– Мы говорили о народных, а Антон пока без звания, но он уникальный артист. Я очень жалею о снятии спектакля «Пер Гюнт».

– Его сняли?

– Мы сняли с Марком Анатольевичем со слезами, потому что это был прекрасный спектакль.

– А почему тогда сняли?

– Я вам говорил: 26 рабочих дней в месяц. А когда проигрывать «Вишнёвый сад»? Это же классический спектакль, особенно когда там играл Леонид Броневой.

– То есть вы легко разбрасываетесь золотом. Может быть, вторая сцена могла появиться?

– Безусловно, буду просить об этом руководство города, так как мне доверили этим заниматься. А вот от должности «художественный руководитель» я категорически отказался. Должность под названием «художественный руководитель» после Захарова не может занимать никто. Директор с широкими полномочиями – я так определил своё участие в этом театре, в котором 40 лет занимался практически всеми вопросами.

А вот работа с актёрами – это тонкая, ювелирная работа. Надо уметь с каждым поговорить, с каждым поладить, надо уметь каждому помочь – это немаловажно. Что касается Марка Анатольевича, то работать у него было можно, только если актёр ему понравился и он влюбился в него как в актёра. Тогда он становился таким, что готов был всё отдать. Так он делал карьеру Абдулову и Янковскому. Так мы пригласили Броневого Леонида Сергеевича с его «тараканами в голове». Он же был человеком удивительно тяжёлым, в человеческом плане.

– Что вы говорите!

– Тяжелейший человек. Но какой актёр! Ему простишь всё.

– Я смотрел с ним «Женитьбу».

– А в «Вишнёвом саде» какой он был Фирс. Так что Марк Анатольевич оставил нам огромное наследие – больших артистов, любящих театр.

– В сегодняшнем репертуаре есть лично у вас какие-то любимые спектакли?

– Я уже говорил о «Вишнёвом саде» – это, конечно, захватывающее зрелище! Какая Захарова потрясающая, а какой Збруев! Я не беру «Юнону и Авось». Нужно было видеть, как орали французы, когда видели этот спектакль: «Браво, браво, браво!» Как принимали Николая Караченцова, как принимали Елену Шанину – тоже нашу артистку, которая до сих пор, слава богу, работает в театре.

– Я помню, когда над сценой поднимался Андреевский флаг, зал вставал: звон колоколов, крест православный.

– Сегодня время всё-таки другое, уже нет такого ажиотажа, как было тридцать лет назад. Во дворе с ночи стояли очереди. В нашем дворе жгли костры. Устраивали переклички, на руках писали номер очереди. Но мы не одни были – на Таганке, в «Современнике» была такая же история. То есть люди настолько любили театр. Это понятно – сегодня Интернет, кинематограф, телевидение. Время изменилось.

- Но в Ленком всё равно стоят очереди.

– Да. И сегодня проблемой является не как продать, а как не дать билет. 46 лет назад, когда Марк Анатольевич пришёл в театр, здесь шли спектакли, которые он со временем начал снимать, потому что зритель не ходил в театр. Мой товарищ, который здесь работал до меня, говорил: «Я вешал замок на дверь, чтобы единственный зритель, который был в зале, не ушёл». То есть зрителей было меньше, чем актёров на сцене. «Вешал замок» – разумеется, это в переносном смысле.

– Это невероятно и верится с трудом, зная, что на самом деле происходит сейчас.

– Так стало сразу после «Автограда». Как только Марк Анатольевич его поставил, начались бешеные аншлаги. В театр был приглашён Янковский Олег Иванович из Саратова, где он играл князя Мышкина. И Марк Анатольевич увидел его на сцене Саратовского драматического театра. Ему подсказал посмотреть Евгений Павлович Леонов, который уже был приглашён из Театра Маяковского в театр Захарова. Также была приглашена Татьяна Ивановна Пельтцер, с которой Марк Анатольевич работал в Театре сатиры, и она его полюбила уже до конца жизни, она обожала Захарова. Также была приглашена из Маяковки Вера Орлова – народная артистка. Сразу произошло такое мощное вливание. Александр Викторович Збруев уже работал здесь. На сегодняшний день 58 лет, как он работает в Ленкоме.

- Марк Борисович, есть такое понятие в жизни театральных коллективов, как присутствие в труппе родственников. В Ленкоме это касается Александры Марковны Захаровой. К сожалению, есть примеры в театрах, которые расположены недалеко, когда в похожих ситуациях они разрешались не совсем приятно для родственников. Скажите, Александра Марковна – она же фантастически прекрасная актриса, редчайшая. Какой вы видите её судьбу?

– Я вижу так, чтобы ни на йоту не было хуже, чем она себя чувствовала при Марке Анатольевиче. И не только потому, что она дочь Марка Анатольевича, вы правильно сказали, она замечательная актриса. Да и память о Марке Захарове даёт дополнительный повод, чтобы к ней относиться ещё нежнее. Потому что для неё эта потеря самая великая, у неё никого больше нет. Поэтому я ей сказал: «Сашенька, ни на йоту не будет вам хуже, и я всё сделаю, чтобы вам было комфортно здесь и дальше. Не снова, а дальше. Как было комфортно, так и должно остаться». По-другому не может быть.

Её участие в любом спектакле – это событие, причём раз от раза её игра всё лучше и лучше.

– И сейчас она будет играть уже 7-й спектакль. Она занята в 6 – в главных ролях, «Капкан» – это будет её 7-я работа.

– ВЫ УПОМЯНУЛИ, что она будет заниматься выпуском спектакля «Капкан».

– Безусловно, ничего лучше, чем то, чтобы Александра Марковна доделала спектакль, который Марк Анатольевич сделал уже на 85% и уже был прогон, мне в голову не пришло. Перед уходом в отпуск он прогнал спектакль, вот почему он рвался скорее. Он хотел, чтобы мы сыграли премьеру в срок. И ей сам бог велел завершить постановку нового спектакля. Она такая не только в театре.

Она всю свою жизнь положила, чтобы жить только для родителей. Сыграет роль и сразу бежит домой. Она ездила с родителями, когда им надо было лечиться, не хотела отставлять их ни на минуту. Я мало знаю детей, которые бы относились так к своим родителям.

- Есть такое расхожее мнение, что ради театра Захаров был готов пойти на всё. При советской власти стал членом партии, после того как не стало советской власти, он из КПСС вышел. Он дружил со всеми руководителями. На самом-то деле всё это было для того, чтобы сохранить театр и при «белых», и при «красных», и при ком угодно. Это ему удалось. Скажите, вы, как руководитель театра, согласны с тем, что так и нужно себя вести, чтобы сохранить своё детище?

– Конечно, всё во имя театра.

– Ваш театр находится в огромном старом здании более чем вековой постройки. Здесь были Купеческий клуб, штаб анархистов, коммунистическая академия и театр рабочей молодёжи ТРАМ. Говорят: что ночами такие старые московские дома наполняются бестелесными сущностями некогда бывавших здесь людей. Тёмные тона внутри театра позволяют думать и об этом. Вы уходите отсюда поздно вечером, ближе к ночи. У вас есть ощущение, что среди этих астральных тел появилось ещё одно, которое никогда отсюда не уйдёт, – задумчивая сущность Марка Анатольевича Захарова?

– Не просто появилось, это есть, а точнее, было и есть. Когда его довольно часто не было, потому что он последнее время болел, всё равно оставалось ощущение, что он где-то здесь, сейчас должен войти, – это было. Мало того, даже когда ко мне приходят люди, они часто говорят, что отсюда совершенно не хочется уходить, здесь ощущение тепла, какого-то блага. И это есть, конечно, во многом благодаря Марку Анатольевичу. Он был необыкновенно добрейший человек, хотя носил немного строгую маску, но это была маска. Но если он влюблялся в человека как в актёра, его нельзя было разочаровывать. Это была гибель для артиста, дальше он с ним не работал.

Или вдруг человек выпил, для него тоже это была большая трагедия. У нас в этом плане театр непьющий, и если бывал какой-то случай, то это целая трагедия. В 90-м году я сделал большой ремонт в буфете и разрешил продавать спиртное разных видов. Прошло 20 лет, и никаких пьянок нет, никто не напивается. Так же с сауной, которую я сделал, и с бассейном. Это у нас оздоровительный комплекс для всех, не только для актёров. Массажист прекрасный: кто-то ручку или ножку потянул – раз, и всё: актёр пошёл работать.

Поэтому Марк Анатольевич всегда этим гордился. У нас есть итальянская прачечная. А в буфете кормят весь персонал – от уборщицы до директора бесплатно. Два раза в день уже 20 лет. Есть фитнес, где 25 молодых артистов бесплатно ходят заниматься своей фигурой. Мы сделали такие домашние радости, которые позволяют актёрам себя чувствовать лучше, и не только актёрам – всем.

- Уже захотелось стать артистом и поступить к вам на службу в театр. Я, конечно же, шучу. А вам, Марк Борисович, спасибо за разговор. Будем считать, что история Москвы пополнилась Марком Анатольевичем Захаровым. И о нём будут вспоминать так же, как вспоминают о лучших москвичах, которые жили когда-то в этом городе и многое для него сделали.

//картина дня

Киевские военные нанесли массированный удар по району села Спартак, которое расположено на окраине Донецка. Об этом говорится в экстренном заявлении, распространенном Народной милицией непризнанной ДНР.

Киевские военные нанесли массированный удар по району села Спартак, которое расположено на окраине Донецка. Об этом…

//авторы ан

//новости ан

//Реклама

//новости ан

//Реклама

//Эксклюзивные интервью

//новости ан

//новости ан

//новости ан

//новости ан

//новости ан

//новости ан

//новости ан

//новости ан

Управление МВД по Вологодской области не нашло нарушений в установке памятной доски депутату Павлу Горчакову с почётным караулом полиции. Они уверяют, что не могли…

//новости ан

Муж Лолиты Милявской заявил в полицию о взломе своей почты и соцсетей. Дмитрий Иванов утверждает, что хакеры увели у него сначала почту, изменив привязанный к ней номер…