> Двухлетний ребенок два дня жил один в неотапливаемом доме под Волгоградом - Аргументы Недели

//Происшествия 13+

Двухлетний ребенок два дня жил один в неотапливаемом доме под Волгоградом

17 февраля 2020, 14:18 [ «Аргументы Недели» ]

скорая помощь, Konstantin Kokoshkin/Global Look Press
Двухлетний ребенок два дня жил один в неотапливаемом доме под Волгоградом. Соответствующую информацию днем в понедельник, 17 февраля, предоставили сотрудники пресс-службы регионального ГУМВД.
 
В ведомстве уточнили, что 14 февраля текущего года 37-летняя женщина оставила сына одного в холодном доме и ушла в гости. Через два дня гражданка вспомнила о ребенке и попросила одну из своих приятельниц проведать его. Женщина, которая пришла в дом, увидела состояние малыша и вызвала врачей.
 
Мать ребенка впоследствии нашли в нетрезвом состоянии сотрудники полиции. Выяснилось, что ранее она была судима и лишена прав в отношении еще одного ребенка.
 
Двухлетний мальчик был доставлен в районную больницу с обморожением конечностей. Более того, у него выявили некоторые запущенные заболевания.
ЕТ


Обсудить наши публикации можно на страничках «АН» в Facebook и ВКонтакте

//Мнение

Политолог Вадим Мингалев: Россия и Китай могут стать гарантами сделки между Ираном и США — заявление посла Ирана в Тунисе

Политолог и историк Вадим Мингалев, комментируя развитие ситуации вокруг Ирана и новые публикации в мировых СМИ, отмечает, что срыв переговоров в Исламабаде и продолжение морской блокады Ормузского пролива — это не просто тупик дипломатии, но и элемент сложной многоходовки, где каждая сторона использует время как инструмент давления. По мнению эксперта, пока Вашингтон и Тегеран обмениваются ультиматумами, а Иран демонстрирует контроль над стратегической артерией, затягивание кризиса работает на перекройку региональных альянсов: США и Израиль консолидируют силовой блок в Заливе, Иран укрепляет оборонительную стратегию с прицелом на контратаки, а Россия и Китай всё отчётливее позиционируются как потенциальные гаранты любого будущего соглашения. В такой конфигурации вопрос «мир или война» уходит на второй план — на первый выходит борьба за условия, на которых этот мир будет заключён, и за то, кто именно будет стоять за столом переговоров.