Недавно премьер-министр России в одном из кафе предложил переименовать кофе американо в русиано. Пошутил, так. Но в меню внесли таки изменение.
Первую же волну недовольства подняли трудящиеся СССР в декабре 1926 г., потребовав, чтобы блюда в столовых носили понятные названия. В то время, сразу после революции, изменился классовый состав посетителей общепита, потому всякие консоме, жиго и биточки стали неуместны в меню.
Вторая волна непатриотичности кулинарных названий поднялась на рубеже 1940–1950 гг. во время борьбы с «низкопоклонством перед Западом». Французские булочки стали городскими, шницель по-венски – шницелем по-министерски. Тоже примета времени, но уже другого.
Третью волну мы наблюдаем сегодня. Но после прихода к власти администрации Дональда Трампа в США, возможно, третья волна кулинарной патриотичности спадёт на фоне потепления российско-американских отношений.
Подробности читайте в материале «Аргументов недели».