Русским прибалтов по водке не догнать

Алкоголизм остаётся одной из острейших социальных ран Эстонии. Несмотря на колебания уровня потребления, смертность от спиртного держится на устойчиво высоких отметках, а регулярные скандалы с участием высокопоставленных политиков лишь подчёркивают глубину проблемы. Власти разработали национальную стратегию до 2035 года, однако эксперты относятся к ней сдержанно: корень зла они видят не в доступности бутылки, а в социально-экономической депрессии, толкающей людей к рюмке.

По данным Еврокомиссии за 2021 год, смертность от алкоголя среди эстонских мужчин составила 110,5 случая на 100 тысяч человек — это третий показатель в Евросоюзе, уступающий только Латвии и Литве.

За два десятилетия потребление чистого алкоголя на взрослого жителя выросло с 7,6 литра в 2000 году до 14,5 в 2011-м. Тогда власти закрутили гайки: запретили ночную продажу, подняли акциз на 20%, а с 2018 года ограничили рекламу и убрали спиртное с прилавков. Эффект был заметен — к 2019 году показатель снизился до 10,4 литра. Но затем последовал откат: снижение акциза на четверть сделало алкоголь доступнее, и в 2022 году потребление вновь подскочило до 11,2 литра. К началу 2025-го оно остановилось на отметке 10,7 литра на взрослого — это примерно пол-литра водки или две с половиной бутылки вина в неделю. При этом около 20% населения моложе 64 лет признаны злоупотребляющими.

Врачи неотложной помощи отмечают сезонный рост вызовов летом: пьяные люди засыпают на остановках и падают на дорогах, а прохожие часто исчезают до приезда медиков. Особую тревогу вызывает омоложение контингента: в реанимацию всё чаще попадают 16-летние подростки с острым отравлением. Бывший мэр Таллина Евгений Осиновский признавал, что в тёплую погоду горожане массово оккупируют скамейки, и связывал это со сверхлиберальной системой продажи — в Эстонии достаточно уведомить реестр о намерении торговать алкоголем, и лицензия фактически не требуется. В 2025 году правительство вновь пошло на повышение акцизов и налога с оборота.

Проблема не обходит стороной и элиту. В 2017 году делегация во главе с экс-премьером Таави Рыйвасом во время конференции в Куала-Лумпуре отметилась домогательствами к женщинам в баре: один из участников вылил напиток на собеседницу, другой столкнул девушку в бассейн, а сам Рыйвас приставал к посетительницам.

В ноябре 2024 года пятеро эстонских парламентариев отправились в Индию на встречу с Далай-ламой. Тибетские хозяева были вынуждены нарушить протокол и попросить гостей воздержаться от курения и алкоголя перед аудиенцией, поскольку запах перегара оказался невыносимым. В итоге трое из них не явились на официальную часть визита, а по возвращении им пришлось оправдываться в прессе.

В начале 2025 года глава евродипломатии Кая Каллас, бывший премьер Эстонии, в разгар переговоров о судьбе Гренландии мрачно пошутила, что настало время «начать пить». Шутка больно отозвалась в стране, где алкоголизм давно перестал быть поводом для смеха.

Опубликованный правительственным советом по профилактике рамочный документ делает ставку на повышение акцизов, сокращение часов продажи, запрет торговли возле школ и детсадов, а также на ограничение точек продаж — включая заправки и пляжи. Предлагается ужесточить рекламу, добавив предупреждения о вреде для здоровья и риске рака.

Однако в Эстонском институте экономических исследований указывают на парадокс: с 2018 по 2024 год чистая зарплата выросла на 44%, а цена пива — лишь на 15%, водка же и вовсе подешевела на 0,33%. В итоге на среднемесячный заработок сегодня можно купить на 27 литров водки и 88 литров пива больше, чем шесть лет назад. Алкоголь стал не просто привычным, а экономически доступным.