Неужели Ирану удалось-таки рассорить Израиль и США

Север Израиля встретил начало недели тревожно: сирены воздушной тревоги, отмена занятий в школах, закрытый на ночь аэропорт. Ракетная дуэль между Ираном и Израилем вспыхнула с новой силой — и это несмотря на действовавший с апреля режим прекращения огня.

Вечером 7 июня Иран дважды выпустил ракеты по израильской территории. Это стало первой прямой атакой Тегерана с момента заключения перемирия в начале апреля. Поводом послужил удар ЦАХАЛ по южному пригороду Бейрута, где находился командный центр «Хезболлы». В ответ на это представитель иранского парламента Ибрахим Резаи пообещал, что Исламская Республика ответит решительно и «больно». Слово с делом у Тегерана не разошлось.

Вскоре Израиль нанес ответные удары по западному и центральному Ирану. В Тегеране, Исфахане, Тебризе и других городах прогремели взрывы. По данным Корпуса стражей исламской революции, ЦАХАЛ применил баллистические ракеты воздушного базирования. Иран закрыл воздушное пространство вокруг столичного аэропорта. Также поступили сообщения об ударе по нефтехимическому заводу Karun — часть объекта повреждена.

Эмоции в Израиле зашкаливают. Министр национальной безопасности Итамар Бен-Гвир разразился гневным постом: «Сегодня ночью Тегеран должен гореть!» — написал он сразу после иранского обстрела. Эта фраза мгновенно разлетелась по соцсетям, отражая настроения наиболее воинственной части израильского правительства.

Но главная неожиданность этого раунда — не ракетные удары, а то, что происходит между Вашингтоном и Иерусалимом. Израиль и США начинали эту войну против Ирана вместе. Теперь их отношения трещат по швам.

Президент Трамп позвонил Нетаньяху сразу после иранской атаки, пытаясь удержать премьера от немедленного ответа. По словам высокопоставленного американского чиновника, Трамп «заставил Биби пока воздержаться». Однако ЦАХАЛ всё равно нанес удары — то ли звонок не убедил, то ли Нетаньяху решил действовать по-своему.

Перед этим Трамп выразился предельно прямо: «Я принимаю решения. Он не принимает решения. Я здесь главный». Сложно представить, чтобы еще несколько месяцев назад американский президент позволял себе такие формулировки в адрес израильского премьера. Тегеран, кажется, добился того, что раньше выглядело немыслимым — вбил клин между ближайшими союзниками.