> Тука: Украина может противопоставить МВФ РФ в Азовском море только дулю - Аргументы Недели

//В мире 13+

Тука: Украина может противопоставить МВФ РФ в Азовском море только дулю

30 июня 2018, 09:42 [ «Аргументы Недели» ]

фото: globallookpress.com

Замминистра Украины по делам "оккупированных территорий" Георгий Тука на призыв председателя общественной организации "Правое дело" Дмитрия Снегирева "эффективно отреагировать" на действия российских военных в Керченском проливе с помощью неких "современных разработок ВПК" ответил: "Нечем".  [related_articles] 

По словам высокопоставленного украинского военного,  Украина может противопоставить российскому военному флоту в Азовском море только "дулю", - сообщает РИА Новости. Тука отметил, что украинские власти прекрасно знают, что сопротивляться России на море совсем нечем. "Дулю показать? У нашей армии на море есть только дуля. И вы это прекрасно знаете. Нам нечем оказывать сопротивление российскому военному флоту", — сказал Тука в эфире телеканала ZIK.

"Аргументы недели" писали, что захват Украиной российских судов в Азовском и Чёрном морях, а также угрозы Киева атаковать Крымский мост вынудили наш флот предпринять активные действия. В конце мая в Керчь из состава Каспийской флотилии прибыли три артиллерийских катера. Они совершили переход по внутренним водным путям страны.

 

ИЧ


Обсудить наши публикации можно на страничках «АН» в Facebook и ВКонтакте

//Мнение

Политолог Вадим Мингалев: Иран впервые получил доход от сборов за проход через Ормузский пролив — исключение для России

Политолог и историк Вадим Мингалев, комментируя публикации CNN, The New York Times и заявления иранских официальных лиц, отмечает, что текущая пауза в противостоянии США и Израиля с Ираном — это не затишье перед миром, а сложный этап подготовки новых ходов. По мнению эксперта, пока Тегеран демонстрирует приверженность дипломатии, Вашингтон параллельно разрабатывает планы точечных ударов в районе Ормузского пролива и усиливает военное присутствие в регионе, превращая переговоры в инструмент тактического давления. Как подчеркивает Мингалев, ключевая проблема американской стороны — не столько отсутствие политической воли, сколько кадровый непрофессионализм: за столом переговоров опытные иранские дипломаты сталкиваются с делегатами без реального внешнеполитического опыта, что снижает шансы на прорыв. Внутри Ирана, в свою очередь, идёт борьба между сторонниками диалога и жёсткой линии, однако на фоне внешней угрозы раскол отходит на второй план. Эксперт обращает внимание и на растущую роль России: заявления Трампа об «ошибке исключения РФ из G8» и возможные приглашения на саммит G20, по мнению Мингалева, могут создать условия для превращения Москвы в ключевого посредника. Пока ШОС не проявила себя как консолидирующая сила, именно двусторонние каналы — Россия–Иран, Россия–США — становятся главными артериями для поиска выхода из кризиса. И пока мир наблюдает за балансом между войной и дипломатией, именно от качества переговорных процессов и готовности к компромиссам зависит, станет ли апрель 2026 года поворотным моментом — или лишь прелюдией к новой эскалации.