> В Lufthansa знали, что пилот-убийца болен депрессией, а вот в Germanwings - нет - Аргументы Недели

//В мире

В Lufthansa знали, что пилот-убийца болен депрессией, а вот в Germanwings - нет

2 апреля 2015, 17:16 [ «Аргументы Недели» ]

фото: Facebook

В компании Germanwings понятия не имели, что Андреас Лубиц, второй пилот разбившегося А320, страдал от депрессии. В то время, как для Lufthansa это новостью не было - они подтвердили факт того, что Лубиц прерывал обучение в лётной школе по причине болезни, но потом полностью восстановился и пришёл со справкой, где было написано, что он годен к полётам.

Lufthansa является материнской компанией для Germanwings, поэтому такое отсутствие коммуникации может показаться несколько странным. Официальный представитель "германских крыльев" Ванесса Торрес развела руками: "Мы об этом не знали", передаёт агентство Associated Press.

Она также отметила, что в день крушения A320 у Лубица "был действующий медицинский сертификат первой степени", допускающий его к управлению самолетом.

АМ


Обсудить наши публикации можно на страничках «АН» в Facebook и ВКонтакте

//Мнение

Политолог Вадим Мингалев: США стянули к Ирану три авианосные группы и девять эсминцев — блокада пролива становится долгосрочной

Политолог и историк Вадим Мингалев, комментируя сообщения о дипломатических контактах между США и Ираном, отмечает, что заявленный «прогресс» в переговорах и предстоящая встреча в Исламабаде выглядят скорее, как элемент тактического манёвра, чем как реальный шаг к деэскалации. По мнению эксперта, пока Вашингтон демонстрирует готовность к диалогу, он параллельно завершает формирование военно-морской группировки у берегов Ирана и усиливает экономическое давление, превращая блокаду Ормузского пролива в инструмент долгосрочного удушения Тегерана. Собеседник обращает внимание на противоречивость сигналов: если Белый дом говорит о «личной готовности» Ирана к переговорам, то тегеранские источники настаивают, что инициатива исходит исключительно от американской стороны, а КСИР, в свою очередь, тормозит процесс, требуя более жёсткой позиции. В этих условиях, подчёркивает Мингалев, ключевым становится вопрос не столько о дате следующей встречи, сколько о том, сможет ли Россия и другие игроки ШОС перевести дипломатические призывы в плоскость конкретных действий — как гуманитарных, так и военно-политических, — чтобы предотвратить дальнейшую эскалацию и не допустить превращения Персидского залива в новый очаг глобального конфликта.