> Президент Боливии Эво Моралес грозится закрыть посольство США (ВИДЕО) - Аргументы Недели

//В мире

Президент Боливии Эво Моралес грозится закрыть посольство США (ВИДЕО)

5 июля 2013, 08:04 [ «Аргументы Недели» ]

фото с сайта 1tv.ru

Президент Боливии Эво Моралес заявил о возможности закрытия посольства США в Боливии, обвинив Вашингтон в давлении на Европу, после чего ряд стран закрыли воздушное пространство для лайнера боливийского лидера.

«Нам не нужно, чтобы они приходили сюда строить заговоры, у меня не дрогнет рука закрыть их посольство», — сказал Моралес на чрезвычайной встрече государств-членов UNASUR в боливийском городе Кочабамба.

Ранее сообщалось, что самолет президента Боливии, летевший из Москвы, вынужден был приземлиться в Вене после того, как Франция и Португалия неожиданно отозвали разрешение на полет воздушного судна над их территорией из-за возможного нахождения на борту бывшего сотрудника ЦРУ Эдварда Сноудена.

После этого лайнер президента был перенаправлен в Австрию, где Эво Моралес вынужден был провести более 13 часов.
Позже Моралес заявил, что после посадки его самолета в Австрии досмотр на борту не проводился, хотя «такая попытка предпринималась».

НС


Обсудить наши публикации можно на страничках «АН» в Facebook и ВКонтакте

//Мнение

Барон Мюнхгаузен наших дней

Слушая очередные бравурные речи американского президента, каждый раз задаюсь вопросом: «Где это я уже слышал?» И неожиданно вспомнил. Так это же барон Мюнхгаузен наших дней! Вы только послушайте, что он городит с трибуны Генассамблеи ООН: рассказывает, как он летал на Луну, как жил среди трехногих людей, как его проглотила огромная рыба, как у него оторвалась голова, какое на голове у оленя выросло чудесное дерево. Стоп, стоп, я спутал, это не Трамп, это барон Мюнхгаузен, а Трампу принадлежат другие слова, но примерно то же самое: «Всего за семь месяцев я положил конец семи непрекращающимся войнам. Говорили, что они непрекращающиеся. Что никогда их не разрешить. Некоторые длились 31 год. Две из них — 31 год. Только подумайте, 31 год! Одна длилась 36 лет. Одна — 28 лет». Согласитесь, звучит высокомерная бравада, похлеще сказанного бароном Мюнхгаузеном.