> Медики опасаются за жизнь принца Нидерландов, пострадавшего от лавины - Аргументы Недели

//В мире

Медики опасаются за жизнь принца Нидерландов, пострадавшего от лавины

18 февраля 2012, 19:47 [ «Аргументы Недели» ]

Жизнь попавшего под снежную лавину нидерландского принца Фризо Оранско-Нассауского остается в опасности. Член королевской семьи вчера попал под снежную лавину в горах на западе Австрии.


 43-летний  принц был найден спасателями спустя примерно 20 минут после схода снежной лавины. Его доставили в госпиталь в австрийском Инсбруке.
Врачи сообщили, что Фризо пострадал от серьезного недостатка кислорода. Других тяжелых травм у него нет.
Несмотря на то, что ночь он провел спокойно, медики опасаются за его жизнь.
Принц Фризо является вторым сыном королевы Беатрикс, правящей в Нидерландах с 1980 года. Он учился в Университете Калифорнии в Беркли и в Делфтском техническом университете. Получив степень магистра экономики, работал в Амстердамском отделении консалтинговой компании Мак-Кинси, вице-президентом банка Goldman Sachs в Лондоне, а также в компании Wolfenson & Co.
Принц Йохан Фризо Оранско-Нассауский родился в Утрехте в 1968 году. В последнее время он работает в британской компании Urenco и живет с семьей в Лондоне, у него две дочери.
 

НС


Обсудить наши публикации можно на страничках «АН» в Facebook и ВКонтакте

//Мнение

Барон Мюнхгаузен наших дней

Слушая очередные бравурные речи американского президента, каждый раз задаюсь вопросом: «Где это я уже слышал?» И неожиданно вспомнил. Так это же барон Мюнхгаузен наших дней! Вы только послушайте, что он городит с трибуны Генассамблеи ООН: рассказывает, как он летал на Луну, как жил среди трехногих людей, как его проглотила огромная рыба, как у него оторвалась голова, какое на голове у оленя выросло чудесное дерево. Стоп, стоп, я спутал, это не Трамп, это барон Мюнхгаузен, а Трампу принадлежат другие слова, но примерно то же самое: «Всего за семь месяцев я положил конец семи непрекращающимся войнам. Говорили, что они непрекращающиеся. Что никогда их не разрешить. Некоторые длились 31 год. Две из них — 31 год. Только подумайте, 31 год! Одна длилась 36 лет. Одна — 28 лет». Согласитесь, звучит высокомерная бравада, похлеще сказанного бароном Мюнхгаузеном.