> Альбер Второй и Шарлин Уиттсток официально стали мужем и женой - Аргументы Недели

//В мире

Альбер Второй и Шарлин Уиттсток официально стали мужем и женой

1 июля 2011, 21:14 [ «Аргументы Недели» ]

Гражданская церемония заключения брака Альбера Второго и Шарлин Уиттсток завершилась в тронном зале княжеского дворца Монако, теперь они официально стали мужем и женой.

Завтра 2 июля Альбер Второй и Шарлин Уиттсток будут обвенчаны в церкви, в стране продолжатся торжества в честь молодоженов и правящего княжеского дома Гримальди.

А сегодня молодоженов узами брака скрепил Филипп Нармино, председатель Государственного совета. На церемонии присутствовали лишь самые ближайшие родственники и особо почетные гости, было приглашено  80 человек.

Альбер и Шарлен Гримальди вышли на балкон дворца и приветствовали собравшихся на площади дворцового комплекса. Затем здесь будет дан большой свадебный ужин, состоящий из блюд южноафриканской кухни. ЮАР - родина супруги Альбера Второго.

Мэр Монако произнесет речь и преподнесет молодоженам подарок от подданных. В городе состоится отдельный прием и для дипломатического корпуса. В завершение дня грандиозный концерт на площадке в районе порта даст популярный композитор электронной музыки Жан-Мишель Жарр. Молодожены также будут присутствовать на концерте, передает ИТАР-ТАСС.

СБ


Обсудить наши публикации можно на страничках «АН» в Facebook и ВКонтакте

//Мнение

Барон Мюнхгаузен наших дней

Слушая очередные бравурные речи американского президента, каждый раз задаюсь вопросом: «Где это я уже слышал?» И неожиданно вспомнил. Так это же барон Мюнхгаузен наших дней! Вы только послушайте, что он городит с трибуны Генассамблеи ООН: рассказывает, как он летал на Луну, как жил среди трехногих людей, как его проглотила огромная рыба, как у него оторвалась голова, какое на голове у оленя выросло чудесное дерево. Стоп, стоп, я спутал, это не Трамп, это барон Мюнхгаузен, а Трампу принадлежат другие слова, но примерно то же самое: «Всего за семь месяцев я положил конец семи непрекращающимся войнам. Говорили, что они непрекращающиеся. Что никогда их не разрешить. Некоторые длились 31 год. Две из них — 31 год. Только подумайте, 31 год! Одна длилась 36 лет. Одна — 28 лет». Согласитесь, звучит высокомерная бравада, похлеще сказанного бароном Мюнхгаузеном.