Вы уже проверили все темные углы на помойках? Никаких страшных шорохов не слышите? Осторожнее, пожалуйста, сегодня, согласно древним преданиям 15 января семилетний чёрный петух откладывает в навозе яйцо.
Яйцо это вот-вот сядет жаба высиживать, а 4 июня из него родиться царь змей Василиск. Прямой родственник того, который сначала запугал весь Хоггварт, а потом был убит бесстрашным Гарри Поттером.
Потому что василиска не Джоан Роулинг придумала. Даже представить нельзя, какой он древний, да всему миру известный.
Но с незапамятных времен с ним только египетские фараоны договариваться умели: помните змейку, украшающую головной убор этих древних царей – это василиск и есть. Фараонам и их мудрейшим жрецам как-то удалось заманить чудовище на свою сторону: он служил охранником в виде маленькой змейки, сидящей прямо на голове у верховного правителя. Каждому было понятно: близко не подходи, глаз не поднимай – убьет.
Змейка маленькая, но такая ядовитая, что, говорят, земля на том месте, где ее слюна упала, убивает не хуже коня Вещего Олега. Однако, видать, обидели как-то фараоны василиска – так и вымерли вместе со жрецами и всей культурой.
Не пугает?
А ведь даже древние славяне знали, что у василиска глаза жабы, голова петуха, крылья летучей мыши, и это все вокруг змеиного тела. Поэтому-то Олег черепа не испугался – не подумал, что василиск может маленькой змейкой прикидываться.
Волхвы да жрецы знали, что смертельны не только яд и слюна василиска, но даже взгляд его превращает в камень поймавшего его. Медузу-Горгону помните? Василиски и женского полу бывают.
Или вот, Вий, привидевшийся Гоголю и описанный им в одной из самых кошмарных его повестей, - он тоже петухом был снесен, да жабой высижен.
А помните, как спастись от василиска? Во-первых, нужен шантеклер – петух радужный, поющий на заре – его голоса василиск пуще огня боится.
А во-вторых, как водится в мудрых мифах, смерть таится в самом злодее. Взгляд у василиска какой? Смертельный. А значит что? Как он сам себя увидит, так окаменеет. А потому вооружайтесь хоть не настоящим щитом, как Персей, а самым обычным зеркалом – пусть чудовище на себя смотрит.
Слушайте, а ведь несчастное какое создание: выжить может только в глубочайшем одиночестве. Вот где кошмар-то.