//

Кто в рабочие пошёл?

Система начального и среднего профобразования в России переживает не лучшие времена

О том, что стране как воздух нужны квалифицированные рабочие кадры, сегодня говорят все: от «пролетарского» полпреда Холманских до готовящихся к выходу на пенсию работников промышленных производств, которые боятся не дождаться смены. Готовить эти кадры, по логике, должны учреждения начального и среднего профессионального образования: профессиональные лицеи, техникумы, колледжи. С их количеством и разнообразием в стране проблем нет. В наследство от советской системы России досталось около 4 тыс. средних специальных учебных заведений (ссузов), которые готовят всех кого только можно: от маляров-штукатуров до специалистов в сфере информационных технологий. Однако на отечественном рынке труда в разы больше никчёмных специалистов с «вышкой», чем квалифицированного персонала с дипломами колледжей и техникумов.

Чьё это дело?

Главный фактор, который, не даёт системе среднего профессионального образования нормально развиваться, – давние и безнадёжные попытки государства откреститься от этой сферы и переложить все заботы на работодателей. Власть кивает на то, что работники нужны в первую очередь самим предприятиям, – а значит, основной комплекс задач должны решать именно они: помогать колледжам и техникумам обновлять материальную базу, брать выпускников на стажировку и на работу, вместе с ними разрабатывать программы. И при этом «отцы государства», сетуя на «нехороших» владельцев предприятий, упорно не признают азбучную истину: кадры нужны работодателям только тогда, когда их отрасль развивается и не обижена вниманием государства.Если же она давно и прочно пребывает «на дне», просить работодателей вкладываться в колледжи и техникумы, попросту бессмысленно.

Этот тезис сполна подтверждается практикой. Когда отрасль жива, «милостей от природы» руководители предприятий и организаций не ждут и активно вкладываются в подготовку специалистов. Например, сейчас после многочисленных скандалов прилично себя чувствуют лесотехнические колледжи, которые опекает Рослесхоз. Они обеспечены и оборудованием, и спецтранспортом – и, как следствие, на нехватку абитуриентов не жалуются. И даже имеют дополнительные источники дохода: например, как рассказали «АН» в Сугодском лесном колледже (Кировская область),важным источником средств для учебного заведения стала помощь арендаторам леса, которые, как правило, не имеют ни малейшего представления о лесном хозяйстве и с удовольствием платят специалистам.

Аналогичная ситуация– в области производства стройматериалов. Так как без кирпича и цемента дом не построишь, профессионалы в этой сфере востребованы и могут претендовать на приличные зарплаты, а заводы делают всё возможное, чтобы этих профессионалов заполучить.

Яркий пример тому «АН» показали в городе Топки Кемеровской области.Это типичный промышленный моногород, где большинство населения трудится на местном цемзаводе. Он стабильно работает, зарплаты там по меркам региона вполне приличные. И поэтому местный ссуз, готовящий специалистов для цементного производства, на отсутствие внимания со стороны предприятия не жалуется.

«Можно сказать, что мы обеспечиваем смену поколений на заводе. Пенсионеры уходят– наши выпускники их заменяют, – рассказывает Людмила Киреева, директор Топкинского филиала Кемеровского колледжа строительства и эксплуатации зданий и инженерных сооружений. – С руководством завода мы тесно взаимодействуем: они берут наших учащихся на практику уже с первого года обучения, а потом предлагают рабочие места. Кроме того, по новым стандартам мы будем совместно с ними разрабатывать учебные программы. Так что мы без завода – никуда. И они без нас тоже».

«Предприятие полностью открыто для сотрудничества с колледжем – в первую очередь потому, что само в этом заинтересовано, – подтверждают в Корпоративном учебном центре завода.– Вкладываясь в подготовку студентов, завод получает, как минимум, два бонуса. Во-первых, гораздо разумнее заниматься целевой подготовкой кадров, чем поиском и переучиванием людей со стороны. Во-вторых, можно рассчитывать, что выпускники придут к нам работать, а значит, наши затраты не только окупятся, но и принесут прибыль».

К сожалению, красивую картину можно наблюдать далеко не везде. Например, ситуация с подготовкой кадров в текстильной отрасли – прямо противоположная. Да и вряд ли может быть иной, когда российский рынок завален китайским ширпотребом, а поддерживать своих производителей государство готово только на словах. Понятно, что в таком положении никто не пойдёт ни работать на заводы, ни учиться в колледжи. И призывы чинуш к работодателям вкладываться в подготовку кадров выглядят, мягко говоря, издевательскими.

«Мы сейчас с горем пополам набираем одну группу в год, – рассказывает Геннадий Поспелов, директор Кинешемского техникума текстильной промышленности. – Наши выпускники очень востребованы, но зарплата, которую предложат, например технологу, не превысит 6 тысяч рублей в месяц.Понятно, что за такие деньги никто работать не пойдёт. Чтобы дать нашим студентам больше возможностей, мы должны учить их работать на современном оборудовании. А у нас всем станкам, как минимум, по 30 лет. И, как ни печально, на предприятиях в окрестностях города стоит то же самое старьё. Так что даже практику нормальную не организуешь…»

Как горько шутит Поспелов, вариантов нормального трудоустройства у выпускников техникума два. Их с удовольствием берут на работу в расположенные по соседству исправительные колонии: мужскую и женскую – на выбор. В одной из них осуждённые как раз занимаются швейным производством, так что надзиратели из вчерашних выпускников получаются вполне квалифицированные.

Конкуренты поневоле

Тем не менее обеспечивать кадрами даже успешные отрасли колледжам и техникумам сегодня нелегко. От пресловутых реформ «лихих 90-х» ссузы пострадали не меньше, чем вузы или школы.

Немало проблем ссузам принесло внедрение Болонской системы в вузах. Напомним, что она подразумевает разделение учебного процесса на два этапа: 4‑летний бакалавриат, где студенту дают базовую подготовку, и 2‑летнюю магистратуру – для желающих овладеть профессией на более глубоком уровне. Реформаторы из Минобрнауки упустили из виду, что образование, аналогичное степени бакалавра (только с более сильным уклоном в практику – а значит, более востребованное), уже много лет давали российские колледжи и техникумы. Те, кто потом хотел учиться в вузе, шли туда на специальную сокращённую программу. А сейчас ситуация такая, что глупее не придумаешь. Все мало-мальски амбициозные абитуриенты пошли в вузы. Колледжи потеряли значительную часть контингента и, по сути, лишились своей ниши в образовательном процессе. А с вузами они сегодня не сотрудничают, как прежде, а конкурируют самым нелепым образом.

«Раньше, пока не было разделения на бакалавриат и магистратуру, работа шла очень слаженно. Дети после 9-го или 11-го класса поступали к нам, учились три года, а потом, если хотели, шли в вуз на ускоренное обучение, – рассказывает Нина Вовченко,заместитель директора Тверского педагогического колледжа – Теперь всё перевернулось с ног на голову. Программа подготовки бакалавров в институте во многом дублирует нашу. При этом сейчас приёмные комиссии сильно понизили планку для поступающих. В итоге к нам, как правило, идут не мотивированные на педагогическую работу, а те, кто едва набрал минимальный балл ЕГЭ и не попал в институт. Представляете уровень поступающих? А ведь это будущие педагоги! А не взять мы их не можем: в региональном министерстве утвердили цифры приёма и обязали набрать студентов, иначе не будет финансирования и нас вообще закроют».

Нелепостями Болонского процесса проблемы ссузов не исчерпываются. По огромному количеству учебных заведений «проехалась» пресловутая оптимизация. В Минобрнауки решили, что колледжи будут лучше работать, если станут не самостоятельными учреждениями, а филиалами вузов. Мол, и уровень подготовки повысится, и денег у учебного заведения станет больше. Но на практике всё получилось с точностью до наоборот.

«Став филиалом вуза, мы потеряли возможность планировать свою деятельность, – констатирует Г. Поспелов из Кинешемского текстильного техникума, ставшего филиалом Ивановской государственной текстильной академии. – Самая большая проблема в том, что я, как директор, теперь не распоряжаюсь деньгами: всё решает ректорат. Но ответственность за техникум всё равно на мне! Недавно, например, пожарная инспекция выписала техникуму штраф на 6 тысяч рублей. На то, чтобы исправить нарушения, нужны деньги, а то опять накажут. Я эти деньги прошу уже давно, но мне их не дают. Вот и работай как хочешь».

Добавляет ссузам головной боли и необходимость работать по новым федеральным образовательным стандартам для среднего профессионального образования, которые станут обязательными с 1 января 2013 года. По словам директоров колледжей, на них обрушилась масса инструкций, модулей, планов – при полном отсутствии внятных пояснений по поводу того, как, собственно, работать по новым правилам.

«Текст нашего стандарта полон умных слов, но не объясняет, как, к примеру, организовывать практику студентов, выстраивать преподавание тех или иных дисциплин, – рассказывает Н. Вовченко. – При этом разработчик стандартов – Федеральный институт развития образования при Мин­обрнауки – чётких ответов на вопросы педагогов тоже не даёт. Зато ФИРО регулярно предлагает нам записываться на многочисленные курсы, где, мол, всё объяснят. Но курсы эти платные, а цены начинаются от 15 тысяч рублей. Это больше, чем наша месячная зарплата».

Для полноты печальной картины остаётся добавить, что единственное, наверное, позитивное начинание в сфере образования – одноимённый национальный проект – средние специальные учреждения обошёл стороной. Там не увидели ни прибавок к зарплате, ни обновления материально-технической базы (как это произошло, к примеру, в тех же школах). Зато всех прочих новинок колледжи и техникумы, как видим, хлебнули сполна. Пока, слава богу, не захлебнулись, хотя силы явно на исходе. Всё случилось так, как было уже не раз: охнули, подтянулись и выжили. И ещё выживут – не привыкать.

Всем очевидно, что «спасательный круг» колледжам и техникумам должно кинуть государство – в виде внятной концепции развития этого типа учебных заведений, достойного финансирования, да и просто внимания.

Дождутся ли они этого?

Колледж и ВУЗ: В чём разница?

В общественном сознании прочно живёт стереотип, что в колледжи поступают тупицы, которых не хотят брать в 10-й класс, а в институт или университет – умники с хорошими результатами ЕГЭ и прицелом на головокружительную карьеру. Однако при этом большинство россиян не может внятно сформулировать, чем же образование в колледжах отличается от полученной в институте «вышки».

От институтов и университетов ссузы отличаются в первую очередь ориентацией на практическую подготовку.Вузы, как правило, делают упор на теорию, фундаментальные дисциплины, а также дают студентам массу предметов «для общего развития». К примеру, даже будущие инженеры в Бауманке зубрят философию и историю. Учащийся колледжа или техникума тратит на получение образования меньше времени (не 5–7 лет, а 2–3 года) и уже с первого года обучения трудится по специальности. В результате объём знаний, необходимых для практической работы, у выпускника колледжа такой же (а то и выше!), как и у выпускника вуза.

Слово социологам

Как показывают социологические опросы, «дорогие россияне» в большинстве своём ориентируются на вузовский диплом. Но при этом многие признают, что у выпускников колледжей и профессиональных лицеев больше шансов быстро найти хорошую работу.

Питомцы университетов и институтов обогнали своих сверстников из ссузов в первую очередь по амбициозности планов. Студенты вузов говорят, что главным для них стало стремление прилично зарабатывать (так говорят 75% опрошенных). На втором месте – возможность занять высокое положение в обществе (63%). Ученики колледжей и профессиональных лицеев рассуждают иначе. Для большинства главное – получение необходимых знаний (57%), атакже, как выразились 47% опрошенных, «общее развитие». Кроме того, среди потенциальных выпускников колледжей больше тех, кто уверен в быстром устройстве на работу. Уверенность демонстрируют более 60% выпускников колледжей – тогда как среди студентов таких «счастливчиков» всего 42%.

Резкая разница видна и в зарплатных ожиданиях. Например, почти 20% студентов вузов сразу после выпуска рассчитывают на зарплату, как минимум, в 40 тыс. рублей.Среди выпускников колледжей такие суммы считают достижимыми лишь 4% опрошенных. При этом 36% предполагают, что будут зарабатывать от 10 до 20 тыс. рублей в месяц.

Чего не хватает системе среднего профессионального образования?

Ирина Абанкина, директор Института развития образования:

- На мой взгляд, системе не хватает отлаженных механизмов партнёрства с бизнес-сообществом.Успешные примеры, безусловно, существуют, но их не так много. Необходимы совместно разработанные стандарты, площадки для стажировок, общие проекты. Словом, нужно сделать так, чтобы для выпускника колледжа или техникума смена места учёбы на место работы проходила максимально незаметно. Так выстроены системы среднего профессионального образования во многих странах, например в Германии. Но в нашей стране бизнес, к сожалению, пока не до конца понимает, что только такая схема, и никакая другая способна, обеспечить экономику эффективными профессионалами. Система профессионального образования должна готовить не «кадры вообще», а кадры для конкретных завода и цеха.

Кроме того, безусловно, нужны колоссальные инвестиции.Хорошее образование требует приличных затрат. Если в учебных заведениях будут стоять древние станки, оттуда никогда не выйдут грамотные специалисты. И нужно не пожалеть денег сейчас, чтобы получить отдачу в будущем. Кроме того, надо, на мой взгляд, дать определённую финансовую свободу самим ссузам – например, разрешить брать кредиты на обновление материально-технической базы. На мой взгляд, эта мера пойдёт только на пользу.

Олег Сергеев, эксперт Всероссийского фонда образования:

– Я считаю, что главное, без чего сегодня страдают ссузы, – это грамотный механизм подготовки мастеров производственного обучения.Те, кто работает сейчас, скоро уйдут на пенсию, а смена не придёт, потому что её попросту нет. Раньше в СССР существовала отлаженная система подготовки инженерно-педагогических кадров. Существовал даже специальный вуз – Свердловский инженерно-педагогический институт. Сейчас он переименован и уже не готовит таких специалистов.

Всеволод Луховицкий, руководитель профсоюза «Учитель»:

– Больше всего этой сфере сегодня не хватает элементарного внимания – как со стороны общества, так и со стороны государства. Обвальное снижение престижности рабочих специальностей (которое, к слову, началось ещё в советское время), отсутствие системы профессиональной ориентации в школах – всё это явно не на руку колледжам и техникумам. Чтоб изменить эту ситуацию, нужна политическая воля. Правда, мы её пока не наблюдаем…

Гуляй, студент

Главное новшество, которое несут с собой стандарты, – сокращение срока обучения по ряду специальностей с 3 лет до 2,5 года. Основное «урезание» пришлось на практические занятия – это значит, что выпускники будут уметь гораздо меньше, чем могли бы. А ещё из-за сокращённого срока обучения учащиеся получат дипломы не в июне, как раньше, а в феврале. В профлицеях теряются в догадках по поводу того, кому в голову пришла столь «гениальная» идея.

«Всё пойдёт насмарку, – констатирует Олег Овечкин, директор Мурманского индустриального колледжа, где получают начальное профессиональное образование сварщики и механики. – Во-первых, детей жалко. Многим из них на момент окончания лицея в феврале ещё нет восемнадцати лет, а значит, на работу по специальности их не возьмут. Раньше в это время, с февраля по май, они проходили практику, присматривались к рабочим местам – теперь будут болтаться на улицах. Во-вторых, не понятно, как теперь быть мастерам производственного обучения. Раньше они, как и полагается, выпускали группы в июне, шли в отпуск, с сентября брали новичков. А что им теперь делать до окончания учебного года? Выход один – отдыхать за свой счёт. А жить на что?»

К стыду российской власти Мурманский индустриальный колледж сегодня поддерживает и спонсирует норвежская компания, имеющая представительство в Мурманской области. Как объясняет Олег Овечкин, один из принципов работы этой компании – вкладываться в развитие региона, в котором работает. (К слову, поддержка именно колледжа, скорее всего, ведётся не только из добрых побуждений: норвежцы явно имеют дальний прицел на затихшее ныне Штокманское месторождение.) В этом смысле индустриальному колледжу повезло.

О том, скольким не повезло, думать не хочется. Как не хочется рассуждать и о том, почему российское профессиональное образование спонсируют зарубежные фирмы, а отечественных «благодетелей» хватает исключительно на красивые слова.