//

Трудная стезя трудового права

Набирает обороты очередной этап дискуссий о трудовом законодательстве. Старт дал Комитет по труду и занятости Российского союза промышленников и предпринимателей. Там заявили о том, что разработали Концепцию нового Трудового кодекса (ТК), которую предложено обсудить властям, профсоюзам и сообществу работодателей. Реакция общества оказалась противоречивой. Официальные профсоюзы встали на дыбы с криками из серии: «Не бывать тому!» Власть хранит молчание. А экспертное сообщество сдержанно проронило, что менять трудовое законодательство в России пора уже давно – вопрос лишь в том, как именно. Чем же кончатся споры вокруг многострадального российского ТК?

Счастье уволенного

В какой именно раз РСПП поднимает вопрос о «плохом» Трудовом кодексе – посчитать, честно говоря, затруднительно. Уже более трёх лет крупный бизнес не устаёт повторять, что нынешнее трудовое законодательство – страшное зло для России. Мол, именно из-за него наша экономика никогда не станет прорывной и инновационной, грядущий кризис и вовсе уничтожит всё на корню – а значит, перемены нужны как можно скорее.

В предложенной концепции полностью меняется сама идеология трудовых отношений.Нынешний Трудовой кодекс, во многом скопированный с советского КЗоТа, представляет работника как уязвимое звено, которое надо опекать и защищать от всевозможных рисков – начиная от понижения зарплаты и заканчивая невозможностью уволить без очень веских причин. (Понятно, что бизнесменам это не нравится – особенно после недавнего кризиса, когда обязанность «опекать и защищать» влетела в копеечку. – Прим. авт.) В проекте РСПП человек превращается в продавца собственной рабочей силы.И он должен, во-первых, всё время улучшать свой «товар» (повышать квалификацию), а во-вторых – постоянно находиться в поисках «покупателя» (работодателя), который может как взять этот товар, так и в любой момент его вернуть. При этом работодатель избавляется от навязанных государством правил (его роль – установить самые общие рамки) и все трудовые вопросы решает сам, прописывая условия в трудовом договоре.

Главное, чего ждут господа из РСПП от данной новой идеологии, – возможности, как они выражаются, «эффективно управлять кадрами». Предложения по такому «эффективному управлению» и выдвинуты в разработанной концепции. В частности, предлагается упростить увольнение сотрудников по сокращению штата: предупреждать об увольнении не за два месяца, а за один, выплачивать сокращённое выходное пособие. Сюда же относится идея избавляться от работников по показателям эффективности труда или на основании неких «экономических причин» (например, снижения спроса на продукцию).

«Сегодня ситуация парадоксальна. Нынешний Трудовой кодекс так сильно защищает работников, что его нормы всё равно не соблюдаются, – размышляет в беседе с «АН» Анатолий Харламов, представитель Комитета РСПП по труду и кадровым стратегиям. – Тогда какой смысл в существовании этих норм? Нужно сделать Трудовой кодекс более гибким, чтобы он дал бизнесу возможность относительно легко реагировать на сложные ситуации».

Риторика бизнеса очень коварна. Например, возможность увольнять сотрудников вместо того, чтобы отправлять их в отпуск «за свой счёт», г-н Харламов преподнёс как… «развязывание рук» работникам! Мол, вместо того чтобы сидеть и ждать, пока откроется предприятие, человек мог бы искать новую работу. Где он найдёт её в кризис, выяснить так и не удалось. При этом представитель РСПП искренне уверен, что союз никому ничего не навязывает.

«Мы не утверждаем, что выдвинутые нами идеи нужно срочно принимать такими, какие они есть, – говорит А. Харламов. – Мы всего лишь выразили готовность к диалогу, предложили обратить внимание на существующие проблемы. Кстати, наличие проблемы в нынешнем трудовом законодательстве не отрицают ни эксперты, ни наши оппоненты. И за что нас осуждать?»

«Ничего себе «готовность к диалогу!» – возмущается Пётр Бизюков, сотрудник Центра социально-трудовых прав. – Стоит вспомнить, что первый раз свои идеи РСПП озвучил весной 2009 года. С тех пор, сколько бы они ни выступали, схема одна: они предлагают, народ возмущается, бизнесмены на некоторое время уходят «в тень», а потом появляются снова – и опять с теми же самыми идеями! Это не диалог, а чистой воды попытка продавить своё, несмотря ни на что!»

У противников идей РСПП – своя правда. По словам П. Бизюкова, подобные идеи неоднократно выдвигались во многих странах. Ни в одном государстве законодательство, «заточенное» под либералов, не принесло ожидаемого эффекта. Напротив, многие сегодня отказываются от максимальной гибкости в регулировании трудовой сферы. Но Россия, к сожалению, на чужих ошибках учиться не хочет…

Давайте договариваться!

Ситуация в сфере трудового законодательства сегодня крайне сложная. Прежде всего потому, что стороны трудовых отношений имеют диаметрально противоположные взгляды на то, какой она должна быть. Государству нужно во что бы то ни стало сохранять рабочие места для граждан и хотя бы формально делать вид, что о наёмных работниках оно заботится. Наличие в Трудовом кодексе статей об обязательной индексации зарплаты, защите от увольнения для ряда категорий работников, сложной процедуре увольнения и солидном выходном пособии как раз для этого и нужно. Насколько хорошо государство контролирует соблюдение этих прекрасных норм – вопрос другой. Все прекрасно знают и о массовых уходах сотрудников «по собственному желанию», и о заявлениях об увольнении с открытой датой, которые сотрудники подписывают при приёме на работу, и о дискриминации женщин с детьми, и о прочих «прелестях» нашей трудовой сферы. Главное, что формально всё хорошо. Тем не менее немудрено, что бизнес, которому приходится тащить на себе выполнение данных обязательств, особого восторга по этому поводу не испытывает. В итоге страдают в первую очередь рядовые граждане – в большинстве случаев лишённые эффективной защиты со стороны профсоюзной системы, беспомощные перед надвигающимся кризисом и самодурством работодателей.

То, что рынок труда и трудовое законодательство сегодня находятся в определённом кризисе, не отрицает никто. Но выходить из этого кризиса нужно только вместе: работодателям, профсоюзам, государству. Безусловно, каждый должен сформулировать чёткий перечень того, что нужно именно его стороне, и на его основе бороться за свои интересы. Но наряду с ним у каждого должен появиться перечень уступок,на которые он готов пойти – без компромисса решения проблем не будет никогда. По нашему мнению, профсоюзам стоило бы слегка отойти от полностью «советского» понимания трудовой действительности, когда бизнес только обязан, а работник – «слабое звено», чьи права порой доходят до безнаказанности. Работодателям не помешало бы умерить аппетиты и вспомнить, что такое настоящая социальная ответственность (к слову, есть версия, что столь жёсткий проект концепции был создан как раз для того, чтобы в ходе переговоров отыграть назад). Ну и государство вполне бы могло внести свою лепту – например, в виде налоговых льгот за создание эффективных рабочих мест.

Политика невмешательства

В дискуссии вокруг норм Трудового кодекса самую интересную и неоднозначную позицию заняли российские верхи. Пока РСПП и профсоюзы ломают копья, пытаясь доказать, кто из них «правее», президент и правительство хранят молчание и не выказывают свою благосклонность ни той, ни другой стороне. А между тем задавать новый вектор развития социально-трудовой сфере придётся именно Кремлю и Белому дому. И делать это нужно будет в самое ближайшее время: вряд ли наверху не видят массы назревших противоречий. Почему же власть предпочитает отмалчиваться? На вопрос отвечают эксперты «АН».

Павел Салин, ведущий эксперт Центра политической конъюнктуры:

– На мой взгляд, руководители страны сейчас играют роль «закулисных кукловодов». Они наверняка тщательно контролируют ситуацию, но считают, что отдавать предпочтение той или иной стороне преждевременно. Пока что высшие чиновники используют в своих интересах действия и тех и других. Почему они, например, дают главному «трудовику» РСПП Михаилу Прохорову спокойно высказаться? Да потому, что недовольство и волнение населения нужно куда-то спускать, отводя гнев от самой власти. Госдепа США здесь явно недостаточно – нужен «внутренний враг», роль которого прекрасно сыграют «злые капиталисты». И профсоюзы со своей антипрохоровской риторикой здесь как нельзя кстати. Но в то же время ссориться с бизнесом тоже никто не хочет. Во-первых, предприниматели имеют право требовать преференции от государства, потому что они по большому счёту его кормят. Во-вторых, их инициативы ещё пригодятся. Если грянет кризис, на предложения РСПП, как ни крути, придётся соглашаться (к слову, против усиления эксплуатации власть явно не возражает). В том, что процесс под контролем, можно не сомневаться.

Александр Шатилов, кандидат политических наук, доцент кафедры теоретической и прикладной политологии факультета истории, политологии и права Российского государственного гуманитарного университета:

– По моему мнению, власти очень выгодно молчать, создавая атмосферу некоторой неопределённости. Они наверняка видят правоту и одной и другой стороны – и не хотят идти на конфронтацию ни с теми, ни с другими. Явная поддержка той или иной позиции влечёт за собой серьёзные риски. Если одобрить действия РСПП, этот факт мгновенно возьмёт на вооружение оппозиция. Поругаешься с бизнесом – останешься без поддержки в кризис. Так что вот такое крайне осторожное поведение – самый разумный выход из данной ситуации.

Евгений Фёдоров, депутат Государственной думы, член Комитета по экономической политике и предпринимательству:

– Могу точно сказать: чёткая позиция у руководителей государства есть. И заключается она в неприятии любых инициатив, которые повлекут за собой ущемление прав граждан. Кстати, об этом ещё в 2009 году говорил Владимир Путин, резко выступивший против идеи удлинить рабочую неделю до 60 часов. К слову, Кремль и Белый дом уже давно твердят, что повышать производительность труда нужно не через усиление эксплуатации наёмного работника, а через смену типа экономики – с сырьевой на инновационную. Вот чем должен заниматься бизнес! Если взять курс на такие перемены, никакое редактирование Трудового кодекса попросту не понадобится.

Тем не менее я прекрасно понимаю, почему руководители страны не спешат громко озвучивать свою точку зрения. Дело в том, что РСПП явно действует с подсказки и в интересах Международного валютного фонда – организации, которая заинтересована как раз вот в такой «эксплуататорской» экономике в мировых масштабах. Посмотрите на Испанию и Грецию – там выстраивается система, которую пытается навязать нам РСПП. Понятно, что выступить «с открытым забралом» против такого гиганта, как МВФ, Россия пока не может. Именно поэтому власть сдержанна в своих оценках действий г-на Прохорова и его союзников. Но об их поддержке, на мой взгляд, нет и речи.

Психологический аргумент

Противоречие между ожиданиями работников и чаяниями работодателей было всегда. И это закономерно: одни хотят максимум прибыли при минимуме затрат, другие – работы поменьше, зарплату побольше плюс гарантии социальной защищённости. Отсюда разные подходы к тому, каким должно быть трудовое законодательство. Однако в нашей стране это противоречие превратилось в огромную проблему, считает известный психотерапевт Марк Сандомирский:

– На мой взгляд, сегодня наше общество попало в серьёзную психологическую ловушку. Очень долгое время, включая весь советский период, в российской действительности отсутствовало понятие «конкуренция». Люди не привыкли себя «продавать», чувствовать, что в случае снижения качества труда их место займёт кто-нибудь другой (отмечу, что на Западе подобный менталитет формировался веками буржуазного строя). У нас, как мы все помним, рассуждали по-другому: «где бы ни работать, лишь бы не работать». Обязательное рабочее место, которым граждан обеспечивала советская система, делала мотивацию к труду крайне низкой. Кроме того, гарантии, которые предоставляет государство в трудовой сфере, способствуют инфантилизации населения: мол, зачем напрягаться – и так всё дадут.

Все эти стереотипы россияне притащили за собой в двадцать первый век, в эпоху капитализма – да ещё и в момент, когда инфантильность молодых работников стремительно растёт. И когда бизнес начал предъявлять системе трудового законодательства вполне обоснованные со своей точки зрения требования, народ его попросту не понял. А понять надо: новая экономика требует новых правил игры. Безусловно, полностью отказываться от социальных гарантий бизнесу нельзя, да никто и не позволит. Но идти на уступки, на мой взгляд, придётся обеим сторонам.

Профсоюзный аргумент

Ровно столько же времени, сколько РСПП пытается «улучшить» трудовое законодательство, российские профсоюзы яростно обрушиваются на инициативы бизнесменов. Лидер Федерации независимых профсоюзов России Михаил Шмаков в выражениях не стесняется. За прошедшие три года противостояния он успел обозвать предложения РСПП и «экзотическими хотелками бизнеса», и «бредом сумасшедших», и даже… «весенним обострением». Словом, за сохранение ситуации такой, какая есть, ФНПР готова стоять насмерть. Руководители Федерации утверждают, что главное для них – не допустить ущемления прав работников (и этому хочется верить). Впрочем, у «свободных» профсоюзов есть своя версия по поводу причин такого рвения.

«Господин Шмаков явно не хочет терять нынешнюю монополию в профсоюзном пространстве, – выдвигает предположение Сергей Храмов, генеральный инспектор труда Союза профсоюзов России. – По нынешним правилам, профсоюзов на предприятии может быть несколько, но работодатель обязан учитывать только мнение того, который объединяет более 50% сотрудников. В большинстве случаев это профсоюз ФНПР, который по договоренности с работодателем распределяет различные блага. Пэтому большинство в нём и числятся. Однако на отстаивание прав работников он зачастую не настроен. В итоге активистов «затыкают», а официальный профсоюз выступает поборником «стабильности и справедливости». Понятно, что при принятии новой концепции ТК, кто бы ни был инициатором, эта норма там не уцелеет».

P.S. Нормы РСПП могли бы иметь право на жизнь даже в нынешнем виде, но при одном условии: наличии сильных, настоящих, боевитых профсоюзов, которые и обеспечили бы баланс интересов. Именно такова ситуация на Западе: законодательство жёсткое, но «народный контроль» – ещё жёстче. Как жаль, что России об этом остаётся лишь мечтать.

Долой беззаконие

По мнению экспертов, главное, что нужно изменить в основном «трудовом» документе, – легализовать ряд новых явлений в трудовой сфере. В последние 15 лет они стали нормой, но в законодательстве никак не отражены. В первую очередь речь идёт о дистанционной занятости, заёмном труде и так называемом фрилансе (типе трудовых отношений, когда работника привлекают для работы в разовых проектах без постоянной занятости, а работодатель не связывает себя ни долгосрочным договором, ни социальными обязательствами). Но заниматься этими вопросами пока не спешат ни Минтруда, ни Госдума.

Самый яркий пример отставания буквы закона от реальности – ситуация с формальным статусом удалённой занятости.И в советский период, и в момент, когда создавался нынешний Трудовой кодекс (в 2002 году), в обиходе было лишь понятие «надомный труд». Он подразумевал в основном занятость людей, которые по каким-то причинам (чаще по состоянию здоровья) не могут ходить на работу.

За последнее десятилетие удалённая занятость из специфического случая превратилась в типичную ситуацию. Работать «вне конторы» полюбили менеджеры по продажам, журналисты, пиарщики, специалисты по компьютерным технологиям – словом, люди, которым для работы нужны только ноутбук да доступ в Интернет. Свою выгоду увидели и работодатели – в частности, те, кто захотел сэкономить на аренде офисов. Но одновременно с осознанием преимуществ возникла и масса вопросов. Например, руководителям захотелось установить для удалённых сотрудников границы рабочего времени, а работники, в свою очередь, потребовали социальных гарантий наряду с офисными коллегами.

О необходимости «прописать» в ТК удалённую занятость власть имущие заговорили летом 2011 года. В январе нынешнего года прошла информация, что проект поправок в ТК внесён в Госдуму. Однако с тех пор об узаконивании удалённой занятости – ни слуху ни духу. Так же как, кстати, и о придании официального статуса работе фрилансеров.Соответствующие поправки Госдума тоже собиралась рассматривать в январе. Планировалось, что «вольные художники» получат право на ежегодный отпуск, фиксированное рабочее время и будут заключать с работодателем особые трудовые договора. Однако до обсуждения этих новшеств дело так и не дошло.

Чуть активнее в верхах шёл разговор о судьбе заёмного труда. Суть этого явления в том, что работодателем становится не организация, где трудится работник, а частное агентство занятости.Оно платит сотруднику зарплату, заботится о социальных гарантиях и, что самое главное, по своему усмотрению подбирает ему место работы.

Сейчас такие агентства занятости в России работают, но при этом находятся вне правового поля. Нынешний ТК не содержит ни запрета, ни разрешения на заёмный труд. И по поводу того, что именно вносить в кодекс, между РСПП и Госдумой разгорелась настоящая война. Депутаты настаивают на полном запрете заёмного труда. РСПП (кстати, вместе с Минздравом) выступают за его легализацию. На данный момент перевешивает «запретительная» точка зрения: в прошлом году Госдума приняла в первом чтении соответствующий законопроект. Что будет дальше – пока неизвестно.