Эксперт: переломная битва в 100 км от Харькова поменяет ход войны«Не гадко вам?» — как Гордон* прилюдно назвал Зеленского палачом собственного народаСтратегический тупик Киева: как точные военные удары России по украинской логистике методично обрушивают экономику УкраиныМашины буквально «подлетают» на огромном «лежачем полицейском» в МексикеКак спецпосланники выполнили спецзадание: поездка Уиткоффа и КушнераЭксперт: переломная битва в 100 км от Харькова поменяет ход войны«Не гадко вам?» — как Гордон* прилюдно назвал Зеленского палачом собственного народаСтратегический тупик Киева: как точные военные удары России по украинской логистике методично обрушивают экономику УкраиныМашины буквально «подлетают» на огромном «лежачем полицейском» в МексикеКак спецпосланники выполнили спецзадание: поездка Уиткоффа и КушнераЭксперт: переломная битва в 100 км от Харькова поменяет ход войны«Не гадко вам?» — как Гордон* прилюдно назвал Зеленского палачом собственного народаСтратегический тупик Киева: как точные военные удары России по украинской логистике методично обрушивают экономику УкраиныМашины буквально «подлетают» на огромном «лежачем полицейском» в МексикеКак спецпосланники выполнили спецзадание: поездка Уиткоффа и Кушнера
Федеральный

Мужчина поступил по-хорошему, а дело закончилось по-плохому

Странная кража

Житель Севастополя подобрал клетку для кошек, считая, что она бесхозная, и подарил знакомой бабуле-кошатнице.

Клетку он увидел в подъезде дома, куда наведался по делам. Предположив, что кошачью переноску выбросили за ненадобностью, он забрал ее и отвез знакомой, организовавшей дома импровизированный приют для бездомных животных. Позже в полиции он рассказал, что счел свой поступок благородным и не понимает суть предъявляемых ему претензий. Полицейские же показали ему заявление о краже клетки для животных от жительницы того подъезда, где он экспроприировал чужую собственность, и рассказали, что его «доброе дело» подпадает под статью Уголовного кодекса, предписывающую тюремное заключение на срок до шести лет.

В случае худшего развития ситуации севастополец свое пятидесятилетие рискует встретить за решеткой, ожидая выхода на свободу в круглую дату возраста.