«Аргументы недели» публикуют очередной отрывок из авантюрного романа Андрея УГЛАНОВА «Пробуждение троянского мустанга». Предыдущий отрывок можно прочитать в «АН» №48. Если хотите узнать, как развивались события дальше, – приобретайте книгу и смотрите сериал на YouTube-канале #ЗАУГЛОМ. А пока напомним, что в предыдущих главах спецслужбы двух стран – КГБ СССР и ЦРУ США в начале 70-х годов прошлого века начинают тайную операцию по перестройке своих политических систем. Юрий Андропов выбирает своим орудием Михаила Горбачёва. В США – это молодой перспективный политик Трамп. В КГБ придумали, как сделать их родственниками через сироту Андрея Разина, чей дед и дед американца были родными братьями – немцами, один из которых погиб в 1943 году в Крыму, а другой – эмигрировал в Америку. Но сирота и миллиардер об этом ничего не знают. Чтобы родство Трампа и Горбачёва состоялось, сменщик Андропова в КГБ Виктор Чебриков принимает идею участника операции – Олега Калугина поженить Андрея и дочь Горбачёва Ирину. Калугин находит в архивах спецслужбы ГДР Штази документальное подтверждение того, что Андрей Разин – внук погибшего в Крыму гитлеровского офицера Трумпа, родственника американца Трампа. В предлагаемом отрывке действие происходит на борту самолёта премьер-министра Виктора Черномырдина в небе над Китаем. Напоминаем, что все события, имена и названия полностью вымышлены. Действие романа «Пробуждение троянского мустанга» происходит в других галактиках или в параллельной реальности.
Двери аэродромного автобуса закрылись. Тринога и Калугин поднялись по трапу обратно на борт.
– Когда взлетим, позову вас к Виктору Степановичу, – сказал начальник секретариата и ушёл в хозяйский отсек. Калугин присел на своё место.
Процедура с грохотом костыля из-под пола повторилась вновь. Через полчаса самолёт набрал высоту. В пустой салон для членов делегации, охраны и журналистов вышел Михаил Тринога. Он жестом указал Калугину на открытую дверь салона председателя. Дождался и пропустил первым.
Черномырдин сидел за письменным столом в сверкающей белизной сорочке с коротким рукавом. Накладные карманы с клапаном, погоны на плечах a la military и пуговки на окантовке коротких рукавов. Он что-то читал, но тут же отложил бумаги в сторону, когда Олег Данилович пересёк границу двух миров – обслуги и начальства. Диван, обеденный стол, телевизор с видеомагнитофоном на консоли у стены, отделка морёным дубом, пол выстлан богатым туркменским ковром.
Председатель правительства вышел из-за стола, они пожали друг другу руки. Олег отметил отлично выглаженные брюки премьера, до блеска начищенные чёрные ботинки. При всей своей любви изъясняться матом, загадочными фразами и принадлежностью к одной из самых грязных профессий в мире – нефтяника и газовика, Черномырдин был известен патологической любовью к дорогой и красивой одежде. Деловым костюмам, сорочкам и обуви. Этот «джентльменский» набор был его единственной и пламенной страстью.
– Ну здравствуй, Олег! Извини, без отчества. Мы тут люди простые, так что садись.
Они подошли к столу, сели на стулья, которые оказались привинченными к полу, и пристегнули ремни безопасности. Тринога уже нёс на подносе закуску – нарезанное ломтиками мороженое сало, солёные огурцы и квашеную капусту. На белой скатерти стола уже разложены тарелки с варёной колбасой и чёрным хлебом. Здесь же, в селёдочнице, густо обложенная колечками лука селёдка и горка красной икры в хрустальной икорнице.
– Ты, Олег, извини, терпеть не могу китайское. Не перевариваю. Вдруг правда, что китайцы собак едят и пауков. – Председатель правительства прицеливался – с чего бы начать. Взял кусок чёрного хлеба, положил на него руками несколько ломтиков сала и откусил. – Извини, Олег, водки не предлагаю. Сам понимаешь, выйдем из самолёта через два часа на жару, и хана! Да и вообще лучше водки хуже нет. Так что я стараюсь не употреблять.
А сейчас – зачем я тебя пригласил. Степашин чего-то знал, когда посоветовал взять генерала ФСБ в Китай. – Виктор Степанович с удовольствием жевал чёрный хлеб с салом, поддевая вилкой квашеную капусту. – Да ты ешь! Сейчас пельмени ещё сварят, Валентина Фёдоровна, супруга, накрутила, когда летели из Москвы в Шеньчжень. Она пока спит в спальне, может, придёт.
Калугин положил на тарелку пару ложек красной икры, намазал хлеб маслом и налил стакан холодного боржоми.
– Смотрю, мало ешь! Давай налегай! На плотине кормить не будут. У китайцев для таких церемоний времени сейчас нет. Работают как ужаленные.
Калугин послушался совета, подцепил вилкой кусок колбасы и кусок селёдки. Пока он не понимал, зачем премьер его позвал.
– Знаешь, генерал, умные люди говорят – аппетит приходит во время беды. – Он тоже налил в стакан боржоми и выпил залпом. – А беда вот какая. Когда приземлились в Пекине час назад, мне сообщили, что в посольстве, куда я должен был ехать на встречу с Игорем Рогачёвым, нашим послом, появился Борис Абрамович Березовский.
– Это беда, – подтвердил Калугин.
– Ты не подумай, я… как его… не антисемит. Если я еврей – чего я буду стесняться! Я, правда, не еврей.
Калугин пока не въехал и сидел, помалкивал. Черномырдин тем временем продолжал философствовать:
– В нашей жизни не очень просто определить, где найдёшь, а где потеряешь. На каком-то этапе потеряешь, зато завтра приобретёшь, и как следует.
– Вы про Березовского?
– Этот прохвост точно завтра приобретёт. И как следует! – Виктор Степанович умолк и уставился в стакан с боржоми. Из ступора его вывел Михаил Тринога. Он принёс кастрюлю с пельменями, вложил её в цилиндрическое гнездо на столе. Принёс тарелки, половник и положил пельмени сначала премьеру, за ним генералу.
– Миша, мне бульона побольше. – премьер заметно повеселел и принялся за пельмени. Говорить с полным ртом не стал. Ел аккуратно – берёг рубашку и брюки, хотя на них была накинута накрахмаленная белая салфетка. Калугин не стал чего-то ждать и с удовольствием тоже принял на грудь пельмени по-оренбургски. Аппетит и вправду пришёл к нему во время беды.
Боря по кличке Берёза давно сидел у всех в печёнках. Особенно у «конторы». Там, где он появлялся, пахло махинациями и мертвечиной. Если кто-то ему не нравился, мочил через ручное телевидение.
– Вы же знаете, – продолжил наконец премьер, – Россия со временем должна стать еврочленом?
– Членом ЕЭС.
– Я и говорю. А «Газпром» – гарант стабильности этого процесса. Мы ж снабжаем Европу газами почти сорок лет, и ничего у них от этого не чешется. А то давно бы почесали. Мы почти выполнили все пункты, которые в Европе нам навязывают, – от А до Б. И тут на тебе – приходит… жулик и требует назначить его председателем правления «Газпрома»! – Лицо Черномырдина налилось кровью. Он долго и смачно матерился. Лишь когда Тринога подлил ему бульона, положил ещё пару десятков пельменей, премьер успокоился. – Олег, чего нам с ним делать, с этим упырём? Его хоть на попа поставь, хоть в другую позицию – всё равно толку нет! – ЧВС c видимым удовольствием прихлёбывал бульон, но положил ложку и посмотрел на Калугина.
– Виктор Степанович, вы ждёте, что я предложу его ликвидировать?
– Ну чего ты так сразу! – Премьеру полегчало. Не он первым произнёс ужасное слово «ликвидировать».
– Пару лет назад измайловские «братки» уже взрывали его на «мерине». Результат – царапина на лбу. В охране бывшие спецназовцы из «Альфы». Тяжёлый случай. – Олег сам взял половник и выгреб остатки из кастрюли. – Кстати, Виктор Степанович, вы знаете, что пельмени изобрели в Китае? – Калугин попытался соскочить со скользкой темы.
Но ЧВС гнул свою линию.
– Не ввяжемся в драку – не станем еврочленом. Кому это нужно? У кого руки чешутся? У кого чешутся – чешите в другом месте. Ишь ты умник какой – Абрамыч! – Премьер вновь начал распаляться.
– Вы же знаете, он дружит с дочерью Бориса Николаевича, а через неё – с президентом. Крутит как хочет. – Генерал пытался разрядить накал.
Приняв предложение организовать устранение «объекта», Калугин сильно затруднил бы своё бегство из страны. Его могли арестовать. Откуда ему было знать, в какую «загогулину» может вписать его ЧВС? Поэтому решил тянуть резину. Да и премьер особо не напирал.
– Ты думаешь, мне далеко просто? Мне далеко не просто!
– Виктор Степанович, а что, если поступить так…
– Только запомни, Олег. Если делать, так по-большому.
– Вы будете встречаться с Березовским в Пекине?
– А куда от него денешься? Если пристал как банный лист к одному заднему месту, так надо отлепить. Придётся. Он же, гад, метит в кресло председателя правления «Газпрома». Годовое собрание через три дня. Вот и торопится. Я давно знал, что эта шкура будет меня преследовать в Москве. Даже в Китай отвалил. А он как чёрт из одного места! В Пекин припёрся – и сразу в посольство!
Виктор Степанович багровел. Тринога поспешил налить боржоми, тот залпом выпил стакан и с облегчением отрыгнул углекислым газом.
– Виктор Степанович, может, поспите часок? – Тринога заметил, что шеф распаляется, и решил притормозить.
– Кто это там говорит, что «Газпром» сидит на мешках с деньгами? Мы мужики и знаем, на чём сидим! – Премьер хлопнул рукой по столу и решительно встал. – Пойду к Валентине Фёдоровне. На обратном пути в Пекин договорим.
Он вышел из-за стола, покачиваясь от лёгкой болтанки, ушёл в спальный отсек. Калугин вернулся в салон.
Уважаемые читатели романа «Пробуждение троянского мустанга»! Вы можете посмотреть первые десять серий первого сезона сериала, снятого автором романа Андреем Углановым.
Для этого нужно:
1. Включить компьютер.
2. Вбить в поисковом окне YouTube: «Пробуждение троянского мустанга».
Исполнитель главной роли, музыкальный и литературный редактор – главред еженедельника «Аргументы недели». Счастливого просмотра!