Анатолий Иванович ШУГУРОВ, руководитель зерноводческого хозяйства ТнВ «Пугачёвское» из Мокшанского района Пензенской области, вот уже 35 лет как сдал в металлолом плуги, а использует безотвальную обработку почвы плоскорезами и не травит землю даже граммом химии. Пестициды, инсектициды и минудобрения у него под запретом. При безотвальной обработке почва аккумулирует необходимую влагу, а излишки её стекают с полей. Да и все жучки-червячки, микроорганизмы в ней себя прекрасно чувствуют, рыхлят и удобряют землю. Земле также оставляют и солому. Обычные серо-глинистые почвы региона при этом подходе стали больше похожи на чернозём. Экономика хозяйства на зависть всем: счета в банке, долгов не было и нет, новая техника, комбайны. «АН» у старого друга газеты каждый год интересуются – что с урожаем, куда ветер дует.
Засуха? Это нормально…
– Мы привыкли слушать стоны селян на отсутствие средств на посевную, жатву, семенное зерно (у Шугурова своё!), удобрения (а он на них не тратится).
– Год нормальный выдался, даже несмотря на сильную засуху. У природы нет плохой погоды. Научились работать при любых условиях. Мы взяли статистику погоды в наших краях за сто лет, и выяснилось, что из них 40 лет засушливые. Посмотрели последние десять лет, и получилось, что[end_short_text] засухи так критично, как раньше, уже на урожай не влияют.
Но очень много «химиков». Чудовищно много химии вваливают в землю-матушку, травят природу и нас с вами. Онкология шагает по планете. Федеральный закон об органическом (экологически чистом) земледелии наконец приняли, но почему-то он будет работать только с 1 января 2020 года. Что тянуть резину? И так закон мурыжили полтора десятилетия.
– Что вашему ТнВ «Пугачёвское» даст этот закон?
– Для нас практически ничего. Как работали, так и будем работать. Но многие хозяйства уже могли бы начать переход от химии к продукции чистой, не травить людей. Сейчас приехал ко мне за 700 километров покупатель, берёт муку и зерно. Немного – себя и близких кормить. И рассказывает: «У меня напротив дома громадный мельничный комбинат стоит. И регулярно с его территории грузовики вывозят дохлых голубей».
– Обжираются до смерти?
– Нет, клюют насквозь прохимиченное зерно, добавки к муке, травятся и дохнут. Вот он и ездит ко мне.
– Появились в этом году новообращённые в экологическое земледелие?
– Звонят со всех регионов, хотят работать. Но у большинства площади маленькие: 50–100 гектаров. Таким фермерам, когда закон работать начнёт, хоть субсидии за «чистую» продукцию будут. За границей, я был и в Англии, и в Германии, очень существенные дотации на органическую продукцию. Урожай по валу у производителя таких продуктов может быть и меньше, но с субсидиями выходит не хуже, чем у соседа-химика. Да и стоят органические продукты дороже.
– Сейчас вы вообще в невыгодном положении по сравнению с пользователями удобрений. Они же получают из бюджета дотации на закупку минудобрений и остальной химии.
– Мы кредиты не берём, дотации не получаем. На горючее для техники только дали сущие копейки. Рты заткнуть.
– Не в убыток этот год отработали?
– Что вы! У нас система налажена. Подвели итог за 9 месяцев, получилась рентабельность 185%. Нормально. Урожай 28, 3 центнера с гектара – засуха. В прошлом году было лучше – 38 центнеров с гектара. Экономический баланс хозяйства от этого не изменился, цены на зерно растут.
Экоземледелие не для южан
- Покупателей, которые ценят экопродукцию, стало больше?
-Совсем недавно издалека приехали за зерном, из Северной Осетии. Взяли у меня 410 тонн пшеницы для производства экологически чистого спирта. По цене 15 рублей за килограмм. Обычная пшеница, выращенная на химии, при этом стоит 10 рублей. У них свой интерес – сертифицировать своё производство как экологически чистое. Молодцы. Кубань же рядом, могли зерно купить, правда чистое от химии там не найти.
– А юг России теоретически мог бы очиститься от химии?
-К сожалению, нет. У них на зерновые нападают вредители – шведская муха, совка. Без обработки они одним разом весь урожай уничтожат. Хочешь не хочешь, надо применять химию. А в наших суровых условиях Пензенской области, где зимой хорошие морозы – минус 25–30, заниматься экологическим земледелием можно и нужно. Этой южной заразы у нас почти нет.
- Выходит, крестьяне юга страны до скончания веков обречены сидеть на химической игле?
– Приезжают, звонят, из Волгоградской области, Астраханской. И тут же спрашивают: «Как убрать совку и шведскую муху?» Никак, только химией. В Ростовской области те же проблемы. Помните жуткую засуху 2010 года? Тогда из южных регионов вся эта гадость прилетела к нам, и в 2011‑м я был в пролёте, урон от вредителей был серьёзный, собрали всего по 15 центнеров с гектара.
– Помню ваше мрачное настроение. Мне показалось, что начали колебаться, говорили, что ещё такой год – и придётся опрыскивать поля. А, скажем, соседняя Самарская область может перейти на экологически чистое земледелие?
– Может. И Ульяновская тоже. Мордовия… Там, где есть морозы, настоящая зима – везде можно.
– А если южанам перейти на производство овощей и фруктов?
– Зачем? Мир всё равно надо чем-то кормить, а оттуда большая часть зерна идёт на экспорт. В южных регионах перекупщики всё зерно уже подчистили, сейчас у нас появились, бродят по области, заключают договора, покупают зерно, чтобы продать за границу. Ну а нам тоже хорошо, есть сбыт.
Мир, который может себе позволить здоровый образ жизни, каждый год по 15–20% наращивает потребление биопродуктов. И наша страна в силу природных условий способна и себя накормить, и соседям продать. Главное, чтобы уважаемые коммерсанты не подорвали полезный тренд на корню, биокараваи и биопирожки пекли из реально чистых и полезных продуктов. Стоит помнить, что уже в 1964 году в организме антарктических пингвинов обнаружили один из первых широко распространённых пестицидов – ДДТ.
Владимир ЛЕОНОВ