За последние годы Арбитражный суд Краснодарского края оказался едва ли не самым упоминаемым региональным судом в стране. Сенсационные новости рождаются в его глухих стенах быстрее судебных решений. И почти все они носят, к сожалению, характер нездоровый, если не сказать смертельный.
Одного судью задержали во время получения взятки, другой повесился, десятки их коллег уволились. Зато председатель суда Владимир Белов чувствует себя на все сто и не понимает, что же не так с его подчинёнными.
Спустя более чем год после задержания с поличным Следственный комитет всё же смог возбудить уголовное дело в отношении судьи Арбитражного суда Краснодарского края Сергея Русова, который подозревается в получении взятки в размере 20 млн. рублей.
Это произошло только после того, как глава Совета Федерации Валентина Матвиенко, узнавшая о деле, потребовала дать ему ход, а заодно предложила руководству Арбитражного суда заняться «самоочищением».
– Это что, покрывательство или желание защитить честь мундира? Мы возьмём это дело под жёсткий парламентский контроль и доведём эту историю до конца, чтобы у нас не было неприкасаемых людей, – заявила Валентина Ивановна.
На рассмотрении судьи Русова находился иск администрации Сочи о взыскании неустойки почти в 600 млн. рублей со строительной компании «Россбан». В декабре 2012 года судья потребовал от представителей строительной компании 20 млн. рублей за решение суда в их пользу.
Все переговоры фиксировались сотрудниками правоохранительных органов. Они-то и задержали господина Русова с поличным. Во время обыска из портмоне судьи также были изъяты несколько пятитысячных купюр из тех, что он получил ранее в качестве аванса.
– Так совпало, что я часто бываю в Следственном комитете в Ростове-на-Дону, – говорит, прославившийся борьбой с коррупцией на олимпийских стройках сочинский федеральный судья Дмитрий Новиков. – И ещё до выступления Матвиенко присутствовал при разговоре, когда начальник следственного отдела Хазиков общался со своим нетрадиционных взглядов на жизнь заместителем Дубовиком. Они как раз спорили – получится возбудить дело на Русова или нет. Говорили, будто бы из Арбитражного суда за него три миллиона долларов отступных куда-то повезли.
Видно, очень не хотели, чтобы он начал говорить о том, кто дал ему возможность подкормиться на этом деле. Это же нормальная в Краснодарском крае сложившаяся практика. Я тоже судья. Мои коллеги иногда жаловались – председатель суда дел денежных не даёт. На «подсосе» приходится сидеть. А жить-то хочется красиво. Поэтому все судьи смотрят на председателя как на кормчего, который за хорошее – правильное поведение может дать им дело, допускающее возможность коррупционного рассмотрения и заработка невероятных денежных сумм.
Больше всего Новикова удивляет, как в Арбитражном суде мог быть на хорошем счету и столько лет проработать человек, который не знает самых азов, с которых начинается судебная карьера.
– Любой судья пользуется личной неприкосновенностью. Судью нельзя задержать, досмотреть, а здесь прямо в здание суда, как будто это проходной двор, зашли люди и говорят: «Достаньте из карманов деньги». Русов и достал. То есть он – кандидат юридических наук! – даже статуса своего не знает. Не в курсе, что мог просто вызвать охрану и выгнать этих оперативников. Глупый, самоуверенный человек, – качает головой Дмитрий Новиков. – А если он не знает, как даже себя элементарно защитить, как он может защитить других? Он, наверное, и диплом купил. Сейчас в Следственном комитете говорят, что Русов, видимо, тронулся умом, потому что на следственные действия приходит в респираторе. Объясняет это тем, что старается помешать следствию взять образцы голоса.
Семейный подряд
Обычно за «косяки» своих подчинённых отвечает начальник. В данном случае – председатель Арбитражного суда Краснодарского края Владимир Белов – человек с редкой деловой хваткой, работавший до перехода в Краснодар заместителем председателя Арбитражного суда Нижегородской области. Но он недосмотрел за подчинённым по объективным обстоятельствам: был занят жилищными проблемами. Пока Русов сначала прятал по карманам, а потом выкладывал на стол деньги, Владимир Александрович стоял на балконе шикарной квартиры, которая была передана ему по договору коммерческого найма, и думал. Потому что не иначе как силой мысли квартира в настоящий момент оказалась передана ему уже как нуждающемуся по договору социального найма с правом выкупа по очень низкой цене.
Такая большая квартира нужна ему, наверное, чтобы принимать в ней земляков. Угощать их чаем, расспрашивать о настроении в коллективе.
С момента прихода Белова на должность председателя Арбитражного суда Краснодарского края из старого состава судей осталось 15%. Чистка, достойная 37 года. Новый состав состоит из приезжих, преимущественно из Нижегородской области.
На должность своего заместителя Белов выхлопотал судью Виктора Романова, девичья фамилия жены которого, по совпадению, – Белова.
Из Нижнего Новгорода в Краснодар председателем состава по рассмотрению экономических споров перебрался Сергей Грачёв. Для занятия этой важной должности ему даже не потребовался стаж работы судьёй.
Судья Максим Черножуков ради работы с Владимиром Беловым оставил в Нижнем Новгороде собственную адвокатскую практику.
Но самое поразительное – это семейный судебный подряд Дениса и Оксаны Суминых. Случай в российской судебной практике единичный, если не сказать – вопиющий.
Но, слава богу, все они живы и на председателя не жалуются. А вот один подчинённый Белова – судья Сергей Моргунов – повесился, причём практически сразу же после аудиенции у своего начальника. Судья оставил записку, трактовать которую можно как жалобу на невыносимые условия работы и как косвенное обвинение в своей смерти непосредственного руководства. А ведь это был самый честный судья края. Он не брал взяток. Тот факт, что он жил с матерью в халупе с саманной крышей, всю жизнь ездил на работу на общественном транспорте, говорит сам за себя.
– Моргунов преподавал мне на юрфаке Кубанского госуниверситета арбитражный процесс. Это был замечательный человек, мы, студенты, его очень любили, – вспоминает Дмитрий Новиков. – В то время как раз создавали арбитражные суды и очень многих преподавателей приглашали на должность судей, вот его и пригласили. Но когда он стал судьёй, он погрузился из глубокой теории в глубокую практику.
Как вы думаете, в экономически успешном Краснодарском крае каков объём этих экономических споров? Он очень значителен. Предмет этих споров составляет не разделение старого комбайна, а разделение невероятных капиталов, состояний. Поэтому судья каждый день сталкивается с трудным выбором между законностью и мешками денег, которые постоянно сулят перед глазами. И выбор не всегда зависит лично от него. Практика заключается в том, что над каждым судьёй довлеет председатель суда. Власть у него по отношению к судье безусловная. И я думаю, что Моргунов попал в такую ситуацию, когда просто не смог в силу личных моральных принципов взять на себя некие обязательства и выбрал вот такой неправильный способ избавления от давления. Поверьте, Моргунов был вменяемым человеком, способнымоценивать фактические обстоятельства и степени угроз.
Но дело, к сожалению, в другом. Моргунов думал, что самоубийство судьи, оставившего записку, обвиняющую руководство и заведённые им порядки, поднимет невероятный общественный резонанс. Он думал о том, что государственные механизмы сработают: начнутся проверки, поднимут все дела и увидят там «причину», но в силу своей наивной порядочности жестоко ошибся.
По факту самоубийства судьи Краснодарского краевого арбитражного суда следственные органы провели все требуемые законом формальные проверки. Однако уголовное дело по обвинениям в доведении до самоубийства возбуждать в итоге так и не стали.
На похоронах своего бывшего подчинённого Владимир Белов сказал: «Не понимаю, зачем он это сделал?»
– Сегодня это сигнал для всех судей Краснодарского края: миленькие мои, родненькие, не вздумайте стреляться и вешаться, потому что такие случаи у нас уже были и никакого толка из этого не вышло, – обращается к коллегам судья Новиков. – Что получается? Один поднимает тревогу на всю страну своим самоубийством. А другой надевает респиратор, чтобы его никто не слышал. И все эти люди из одного коллектива. О чём это говорит? О том, что среда в этом коллективе нездоровая.
Новиков считает, что на территории Краснодарского края нет ни одного следователя, который способен расследовать преступления такого уровня. Все они работают с оглядкой на ФСБ, сотрудники которой контролируют экономические потоки и споры в крае.
– Им выгодно, чтобы судьи совершали преступления, и выгодно иметь такого председателя, на которого лежит восемь томов материалов, – уверяет Дмитрий Новиков. – Такой председатель очень нужен. Поэтому если даже вы придёте в суд, а там все судьи повесились, они, уверяю вас, позовут нужного эксперта, который напишет: страшная трагедия в Краснодаре, энцефалитный клещ с психоэмоциональной загруженностью ДНК. Они вам напишут про мух цеце, но никогда не лишат себя гарантированной кормушки, правильно решающего финансовые споры председателя суда – великого кормчего.
Эксперты по судебной реформе как одну из форм борьбы с коррупцией в судах предложили заменить председателя суда простейшей компьютерной программой. Таким образом, исчезнет связующее звено вертикали прямого давления на простого судью. Ведь по закону полномочия председателя суда отличаются от полномочий обычного судьи только равномерным распределением среди судей дел. С такой задачей может справиться и машина.
– Любой компьютер полезнее, чем любой председатель суда со своим желанием купить жене новую шубу, – соглашается Дмитрий Новиков. – Ведь неравное распределение дел – это тоже способ давления на судью. Председатель может сделать так, что весь суд будет отдыхать, а какой-нибудь один бедолага, вроде Сергея Моргунова, – рассматривать по десятку дел за день. Что с таким неугодным человеком происходит, мы знаем. В лучшем случае – увольняется.