> С 15 апреля аэропорт Шереметьево меняет расписание - Аргументы Недели

//Общество

С 15 апреля аэропорт Шереметьево меняет расписание

24 февраля 2011, 07:44 [ «Аргументы Недели» ]

В связи с переводом из аэропорта Внуково в аэропорт Шереметьево правительственных рейсов, с 15 апреля Шереметьево пересмотрит расписание полетов на весенне-летний сезон.

Такое решение было принято из-за ремонта одной из взлетно-посадочных полос во Внуково. Шереметьево  в связи с этим сократит некоторое количество выполняемых авиакомпаниями рейсов, сообщает Коммерсант.

Авиакомпании, летающие из Шереметьево, начали корректировать прогнозы по своим финансовым результатам. Так, по предварительной оценке, компания Аэрофлот, которая является основной в Шереметьево, может потерять до $300-400 млн. Остальные авиаперевозчики пока сохраняют свои планы по числу полетов. Однако в Росавиации предупреждают, что пропускные мощности Шереметьево снизятся на 15%, что напрямую может сказаться на работе более 50 компаний.

Издание констатирует, что в связи с переносом в Шереметьево некоторых правительственных рейсов для Москвы может создаться новая крупная транспортная проблема, так как неизбежны перекрытия и без того перегруженного Ленинградского шоссе в связи с регулярными проездами по нему высоких чиновников и делегаций.

СБ


Обсудить наши публикации можно на страничках «АН» в Facebook и ВКонтакте

//Мнение

Барон Мюнхгаузен наших дней

Слушая очередные бравурные речи американского президента, каждый раз задаюсь вопросом: «Где это я уже слышал?» И неожиданно вспомнил. Так это же барон Мюнхгаузен наших дней! Вы только послушайте, что он городит с трибуны Генассамблеи ООН: рассказывает, как он летал на Луну, как жил среди трехногих людей, как его проглотила огромная рыба, как у него оторвалась голова, какое на голове у оленя выросло чудесное дерево. Стоп, стоп, я спутал, это не Трамп, это барон Мюнхгаузен, а Трампу принадлежат другие слова, но примерно то же самое: «Всего за семь месяцев я положил конец семи непрекращающимся войнам. Говорили, что они непрекращающиеся. Что никогда их не разрешить. Некоторые длились 31 год. Две из них — 31 год. Только подумайте, 31 год! Одна длилась 36 лет. Одна — 28 лет». Согласитесь, звучит высокомерная бравада, похлеще сказанного бароном Мюнхгаузеном.