История Анны Савченко уже освещалась в СМИ: врача, работавшего в красной зоне во время пандемии, мошенники развели на несколько миллионов рублей, вынудив продать единственный дом и отправить деньги на «безопасный счет».
Никто не услышит?
Как утверждает Анна, с момента подачи заявления о преступлении существенных подвижек нет: следствие стоит, суды неспешно идут, а в декабре 2024 года покупатели дома ворвались на территорию, сменили личинки замков на калитке и входной двери, вынудив тем самым Анну покинуть свое жилье и вместе со своим несовершеннолетним сыном искать пристанище у знакомых. Особенно в этой ситуации обращает на себя внимание, что есть решение суда, выдержку из которого приведем дословно, убрав только имена покупателей: «Отказать (покупателю) в удовлетворении заявления в принятии обеспечительных мер по гражданскому делу № ___ в виде запрета Савченко Анне Сергеевне совершать любые действия, направленные на воспрепятствование (покупателю) пользования принадлежащим ему на праве собственности домовладением по адресу...». Это решение вынесено Ейским городским судом восемнадцатого июня 2024 года.
Ситуация, в которой оказалась Анна Савченко, подробно освещена в статье «Жительницу Ейска уже более полугода атакуют мошенники» еженедельника «Аргументы недели». Этот материал заинтересовал журналистов — и несколько изданий опубликовали его на своих сайтах. А вот тех, кого он должен был побудить к активным действиям, а именно правоохранительные органы, публикация, похоже, совсем не задела. Об этом можно судить хотя бы по тому факту, что за два с лишним года расследования — заявление о мошенничестве Анна Савченко подала в начале января 2023-го — никаких осязаемых результатов достигнуто не было.
Корень проблемы
Ситуация Анны Савченко заинтересовала не только запредельным цинизмом преступников и стройностью схемы «развода», но и позицией правоохранительных органов.
Первый звонок от «следователя» Анна получила двадцать второго декабря 2022 года. Представившись сотрудником правоохранительных органов, мужчина поведал женщине историю о действующей в Ейске группе вымогателей и черных риелторов, которые вознамерились завладеть ее сбережениями. Во время пандемии коронавируса Анна Савченко трудилась в красной зоне, спасая жизни людей. Благодаря повышенным выплатам государства медработникам ей удалось отложить на воспитание сына-подростка полмиллиона рублей. Естественно, судьба кровно заработанных взволновала женщину.
«Следователь» был очень убедителен: прислал фотографию своего удостоверения, а также снимки уголовного дела, возбужденного в отношении преступника, который вознамерился обобрать женщину. Пошли в ход и запугивания: якобы за Анной следят, ее жизнь в опасности, поэтому надо поскорее перевести деньги на безопасный счет, чтобы преступники потеряли интерес к ускользнувшей жертве.
Сняв деньги в банке, женщина перевела частями на счета, указанные мошенниками, 485 тысяч рублей. Почуяв добычу, преступники удвоили усилия. Этим же вечером Анне позвонила «сотрудница Центробанка». Она рассказала, что преступники пытаются оформить большой кредит на Анну Савченко и имеют все ее данные. Чтобы закрыть «лазейку», надо было взять кредиты и перевести их на счета, где до них никто не доберется. «Сотрудница» не только прислала номера счетов, но и адреса отделений банков, куда следовало Анне идти за кредитами. В течение нескольких дней в разных банках Анна Савченко оформила четыре кредита на общую сумму более полутора миллионов рублей и перевела мошенникам.
Когда по кредитной линии мошенники получили всё, что могли, в дело вернулся «следователь»: двадцать девятого декабря он сообщил Анне Савченко, что ее дом продан. Якобы сделка оформлена через подставного нотариуса и черные риелторы уже идут срезать замки. В подтверждение своих слов «следователь» предложил Анне позвонить в известное риелторское агентство и узнать детали. По названному номеру ответила женщина, представившаяся сотрудницей агентства. Риелтор подтвердила, что слышала о продаже дома Анны, но знает, как помочь. Предложила продать недвижимость и пообещала сама заняться этим вопросом.
Утром тридцатого декабря 2022 года риелтор приехала с несколькими покупателями. Они осмотрели недвижимость, и один из покупателей согласился купить дом за четыре миллиона сто тысяч рублей — почти в два раза ниже рыночной стоимости. Риелтор сразу согласилась, и для оформления сделки они поехали в офис риелторского агентства.
— У меня не возникло и тени сомнений: мы приехали в офис, моего посредника знали сотрудники, оформляли документы в кабинете. Всё как положено. Я тогда и предположить не могла, что всё это талантливая инсценировка. Хотя сейчас я понимаю, что мое восприятие было изменено: недельный стресс и постоянный страх за ребенка, маму и себя вымотали меня полностью,— объясняет Анна Савченко.
Полученные наличными деньги женщина перевела на «безопасные счета».
Об уровне стресса говорит тот факт, что о своей проблеме женщина рассказала друзьям только через три дня. Всё это время она находилась в ступоре. Выслушав, близкие люди взяли Анну под руки и отвели в полицию.
Анна активно помогала следствию. Предоставила все имеющиеся у нее сведения и стала ждать, а параллельно готовится к судебному разбирательству: новый владелец ее дома подал иск с требованием передать ему недвижимость.
Полная недвижимость
Теперь к сути происходящего сейчас. В данный момент в Ейском городском суде Краснодарского края идет разбирательство о признании сделки купли-продажи дома Анны Савченко, которая прошла под давлением телефонных мошенников, недействительной. В принципе причин для положительного для Анны решения достаточно: стрессовое, на грани аффекта состояние, цена значительно ниже рыночной, перевод денег мошенникам. Всё это было бы доказать намного проще, будь у суда результаты расследования, но их нет.
Тем не менее новые владельцы домовладения настаивают на законности сделки и отказываются идти на мировую, даже с условием возврата им денег, которые они уплатили по договору: на одном из заседаний оппонент требовал у Савченко либо дом, либо его рыночную стоимость по сегодняшнему курсу.
Как бы там ни было, но еще в июне прошлого года судом было принято решение, которое мы процитировали выше. Мотив понятен: у Савченко есть несовершеннолетний сын, да и с законностью сделки еще только предстоит разобраться.
Но вечером шестого декабря 2024 года в дом Анны настойчиво постучали. Женщина не стала открывать, так как никого не ждала. Посмотрев на монитор видеонаблюдения, Савченко увидела своего оппонента по судебному спору с женой и еще нескольких человек. Не дождавшись ответа, «гости» выбили личинку замка на калитке, а потом аналогично поступили и с входной дверью. Здесь их встретила Анна и начала вести видеозапись (есть в распоряжении редакции). Мужчина в форме полицейского представился участковым и заявил, что у людей, ворвавшихся в дом Савченко, есть все документы, которые дают им право находиться в данном домовладении. Робкие попытки объяснить, что имеется решение суда, которое запрещает подобные действия, успехом не увенчались.
В результате Анна Савченко оказалась на улице, так как опасается за жизнь и здоровье себя и своего сына. Естественно, после этого Анна пошла в полицию и написала заявление, но, похоже, уже по традиции никакой реакции не последовало.
В Ейском городском суде восемнадцатого декабря прошло очередное заседание. На нем Анна Савченко в который уж раз просила наложить арест на спорное имущество — дом. Но получила отказ. Недавнее заседание суда, прошедшее третьего июня 2025 года, тоже никакой определенности не добавило.
В то же время теперь, когда оппоненты Анны Савченко фактически стали владельцами дома, на который у них есть документы, ничто им не мешает продать недвижимость. Возможен такой сценарий? А почему нет? Если полиция не реагирует на заявления Савченко, если следствие не продвигается, а спорный объект не находится под арестом, то ничего не мешает провернуть такую сделку. В этом случае и без того непростое дело может стать совершенно неподъемным для правосудия, а Анна Савченко потеряет жилье, которое у нее «отжали» мошенники.
Редакция готовит официальные письма в Следственный комитет России и Генеральную прокуратуру Российской Федерации по данной ситуации.