На прошлой неделе один российский замминистра, говоря об опасности ЛГБТ*, употребил понятие «гей-национализм». Я грешным делом подумал, что высокопоставленный чиновник занялся нелепым словотворчеством, но нет, такое понятие вправду существует.
Оказывается, гей-национализм (или квир-национализм) – это концепция, рассматривающая людей нетрадиционной сексуальной ориентации не только как социальную, политическую или субкультурную общность, но и как общность национальную. Смешно? По-моему, весьма. Грустно другое: нам приходится иметь дело с аналогичным псевдонациональным проектом – концепцией украинства.
На чём основана идея украинской идентичности, возникшая в XIX веке?
На общности происхождения? Нет. Напротив, выдумана вопреки ей – с отказом от русского родства.
Основана на территориальном обособлении? Нет. Никогда не было исхода украинцев на Украину, подобного исходу европейцев в Новый Свет.
Основана на языке? Опять-таки нет. Не язык стал основанием для зачисления людей в украинскую общность, а наоборот: проживание людей на территории УССР обязывало их знать украинский язык. В Советском Союзе это называлось политикой украинизации и осуществлялось с помощью западенского интеллектуального десанта.
Словом, украинские националисты могут поделиться с гей-националистами богатым историческим опытом – опытом нациестроительства как социального конструктивизма. А ещё, чтобы Украину поскорее взяли в Евросоюз, – создать на её территории первую в мире гей-автономию.
Сергей Рязанов
*международное общественное движение, признанное экстремистским в РФ