Профессор Константин Сонин о восприятии ЛГБТ-сообществ в мире: это не вопрос о традициях и ценностях

Выступал на форуме Effie Russia в Москве, в сессии про инклюзию и разнообразие. Ниже привожу текст-набросок выступления. Конечно, этот текст был специально для форума, но примерно с теми же тезисами я выступал и на ежегодном собрании Совет по внешней и оборонной политике — СВОП в октябре. Там это было частью тезисов о том, что на Россию НЕ наступает мир с другими ценностями. Это технологический прогресс — см. метафору про увеличивающееся разрешение микроскопа — наступает. И это не надо политизировать, надо пользоваться преимуществами.

Социологические исследования показывают большой разброс в отношениях к гомосексуалам в странах Запада и России. Pew Research – о нормальности ЛГБТ. 72% в США, 86% в Германии, 86% в Англии, 92% в Голландии, 94% в Швеции – и только 14% в России. Скажем, в Турции 25%.

Российские опросы – то есть не сравнивающие страны – дают более высокие цифры. Скажем последние опросы Левады* дают 25% поддерживающих однополые браки. Это, заметим, куда более «острый» вопрос, чем вопрос о нормальности. По-прежнему высоки проценты тех, кто считает гомосексуализм болезнью и говорит о необходимости его как-то «лечить».

Для бизнеса это проблема. Не только, к слову, для коммерческого бизнеса – это и сложная проблема для тех, кто, как я, работает в некоммерческом секторе с массовым потребителем – в университете, в системе высшего образования.
Почему это проблема? Потому что вопрос об ЛГБТ, о трансгендерах – это не вопрос о традициях и ценностях. Проблема стоит потому, что мы живём в более современном мире. Сейчас мир, с точки зрения производителя, продавца, университета виден в гораздо более сильном разрешении чем раньше.

Раньше микроскоп увеличивал в 10 раз, потом стал увеличивать в 1000 раз, потом в миллион раз. И когда у тебя увеличение в миллион раз, видно гораздо больше деталей.

Сто пятьдесят лет назад, когда начиналось массовое производство все потребители были одинаковыми. Потом стало видно, что есть мужчины и женщины и у них разные вкусы – имеет смысл делать продукты для разных групп. Или рекламировать по разному для разных групп.

Потом стало понятно, что есть и другие категории. Дети! Потом оказалось, что и среди детей есть девочки и мальчики. Сейчас любой бизнесмен работающий с молодёжным сегментом скажем, что нужно смотреть на более узкие категории, на возраст/пол, там к слову, может быть хитро. Любой большой бренд работает с каждым сегментом!

И вот эффект – того, что мы сейчас видим мир пристальнее – он присутствует в России точно так же как везде. Как мобильные телефоны самые новые, так и способность смотреть на мир в более высоком разрешении – самая новая.

И вопросы, связанные с гомосексуальностью или трансгендерностью, это просто часть этого более высокого разрешения. Если смотреть на людей с высоты птичьего полёта, они одинаковые. Если более пристально – мужчины и женщины. Если ещё более пристально – становятся видны более тонкие градации, которые раньше не были видны.

И это необязательно трансгендерность. Очень грубо, например, люди делятся на блондинов и брюнетов. Или на голубоглазых и кареглазых. Но если присмотреться более пристально – то есть оттенки. Есть рыжеволосые, есть зеленоглазые. И рыжеволосые, к слову, встречаются куда реже, чем гомосексуалы и реже, чем трансгендеры. И что, считать что рыжеволосость – это ненормально? Нормой может быть и то, что встречается довольно редко.

Между прочим, это отвечает научному знанию. Почитайте решение лозанского Высшего арбитражного суда по спорту в отношении Каспера Семени, трансгендерной женщины. Там, если коротко, объясняется, что сложность классификации на мужчин и женщин состоит в том, что какие бы формальные признаки

Выступал на форуме Effie Russia в Москве, в сессии про инклюзию и разнообразие. Ниже привожу текст-набросок выступления. Конечно, этот текст был специально для форума, но примерно с теми же тезисами я выступал и на ежегодном собрании Совет по внешней и оборонной политике — СВОП в октябре. Там это было частью тезисов о том, что на Россию НЕ наступает мир с другими ценностями. Это технологический прогресс — см. метафору про увеличивающееся разрешение микроскопа — наступает. И это не надо политизировать, надо пользоваться преимуществами.

Социологические исследования показывают большой разброс в отношениях к гомосексуалам в странах Запада и России. Pew Research – о нормальности ЛГБТ. 72% в США, 86% в Германии, 86% в Англии, 92% в Голландии, 94% в Швеции – и только 14% в России. Скажем, в Турции 25%.

Российские опросы – то есть не сравнивающие страны – дают более высокие цифры. Скажем последние опросы Левады* дают 25% поддерживающих однополые браки. Это, заметим, куда более «острый» вопрос, чем вопрос о нормальности. По-прежнему высоки проценты тех, кто считает гомосексуализм болезнью и говорит о необходимости его как-то «лечить».

Для бизнеса это проблема. Не только, к слову, для коммерческого бизнеса – это и сложная проблема для тех, кто, как я, работает в некоммерческом секторе с массовым потребителем – в университете, в системе высшего образования.
Почему это проблема? Потому что вопрос об ЛГБТ, о трансгендерах – это не вопрос о традициях и ценностях. Проблема стоит потому, что мы живём в более современном мире. Сейчас мир, с точки зрения производителя, продавца, университета виден в гораздо более сильном разрешении чем раньше.

Раньше микроскоп увеличивал в 10 раз, потом стал увеличивать в 1000 раз, потом в миллион раз. И когда у тебя увеличение в миллион раз, видно гораздо больше деталей.

Сто пятьдесят лет назад, когда начиналось массовое производство все потребители были одинаковыми. Потом стало видно, что есть мужчины и женщины и у них разные вкусы – имеет смысл делать продукты для разных групп. Или рекламировать по-разному для разных групп.

Потом стало понятно, что есть и другие категории. Дети! Потом оказалось, что и среди детей есть девочки и мальчики. Сейчас любой бизнесмен работающий с молодёжным сегментом скажем, что нужно смотреть на более узкие категории, на возраст/пол, там к слову, может быть хитро. Любой большой бренд работает с каждым сегментом!

И вот эффект – того, что мы сейчас видим мир пристальнее – он присутствует в России точно так же как везде. Как мобильные телефоны самые новые, так и способность смотреть на мир в более высоком разрешении – самая новая.

И вопросы, связанные с гомосексуальностью или трансгендерностью, это просто часть этого более высокого разрешения. Если смотреть на людей с высоты птичьего полёта, они одинаковые. Если более пристально – мужчины и женщины. Если ещё более пристально – становятся видны более тонкие градации, которые раньше не были видны.

И это необязательно трансгендерность. Очень грубо, например, люди делятся на блондинов и брюнетов. Или на голубоглазых и кареглазых. Но если присмотреться более пристально – то есть оттенки. Есть рыжеволосые, есть зеленоглазые. И рыжеволосые, к слову, встречаются куда реже, чем гомосексуалы и реже, чем трансгендеры. И что, считать что рыжеволосость – это ненормально? Нормой может быть и то, что встречается довольно редко.

Между прочим, это отвечает научному знанию. Почитайте решение лозанского Высшего арбитражного суда по спорту в отношении Каспера Семени, трансгендерной женщины. Там, если коротко, объясняется, что сложность классификации на мужчин и женщин состоит в том, что какие бы формальные признаки мы не брали, все время находятся люди, которые попадают в серые зоны – например, как Семеня, которые по одним жёстким признакам попадает в одну категорию, а по другим – в другую. Это даже если всё сводить к каким-то биохимическим параметром – ещё не факт, что они важнее психологических, например – но даже если сводить к ним, на никакую «окончательную» классификацию надежды нет.

К слову, то, что люди боятся трансгендеров и разговоров о трансгендерности – это совершенно нормально. Рыжеволосых тоже боялись, считали признаком нечистой силы. Надо больше объяснять.

Вот что мне кажется важным, так это то, что плохо, когда вопрос политизируется. И вот тут у России есть преимущество. В США, например, любой вопрос мгновенно становится политическим – появляются организации, агитирующие «за» и агитирующие «против», какие-то политики, от местных до федеральных, подхватывают эти темы, нишевые политические СМИ их раскручивают и т.п.

Чем плоха политизация? Для бизнеса плохо – потому что политика это про большинство, 50%. Даже там где выборов реально нет, как у нас, большинство для политика – это Бог. Но для производителя, продавца – нет ничего заветного в 51%. То, что 20%, 30% — это не «меньшинство». Это часть рынка и это огромная часть.

Для университета политизация плохо – потому что каждая студентка (любого пола и гендера) дорога. Задача университета – выучить не «большинство» студенток, а всех. И когда я говорю «потерять» — это вовсе не обязательно, что кто-то не придёт к нам учиться, потому что у нас плохие условие для трансгендеров. Студент, испытывающие ментальные или психологические проблемы – даже не критические, не приводящие к потере семестра или года – это всё равно потери. Потери качества нашего выпуска, потери страны.

То, что не любая тема политизируется – это конкретное конкурентное преимущество России. В Америке уже мегатема – в какие туалеты должны ходить трансгендеры, как кому определять куда идти и т.п. Но эту проблему – трансгендерному ребёнку некомфортно в любом туалете с общей зоной – можно решать, не обсуждая все – пугающие и поляризующие – подробности. Достаточно строить гендерно-нейтральные туалеты. А если кого пугает слово «гендерно-нейтральные», их можно так не обозначать. Даже если на туалете есть «М» или «Ж», но внутри – индивидуальные кабинки, это уже, в сущности решение.
Тоже самое относится и к другим темам. Если бизнес или, в моём случае, университет, никого не дискриминирует – ни по половому, ни по гендерному признаку – то и права гомосексуалов будут защищены, даже если эта защита не поднимается как-то специально на щит. Если бороться с любой дискриминацией, то и дискриминация уязвимых меньшинств будет меньше.
В заключение – мой любимый пример прогресса, чемпионат мира по футболу 2018 года. Кто задумается – это было самое радостное массовое событие в России за последние пятьдесят лет. Был полёт Гагарина, но это было давнее, а с тех пор – вот чемпионат мира. И, помимо праздника для миллионов, это был ощутимый прогресс.

На всех стадионах, построенных к чемпионату мира, были места для инвалидов. И сотни тысяч людей, пришедших на стадионы, увидели, как это естественно и просто – что у колясочников тоже есть возможность смотреть футбол вживую. Если кто был на Западе в музее, на стадионе, в концертном зале – там гораздо больше колясочников чем у нас, при том, что их в России не меньше – просто они сидят дома, хотя что сложного в том, чтобы строить хорошие пандусы? Это проще, чем произносить лозунги…

мы не брали, все время находятся люди, которые попадают в серые зоны – например, как Семеня, которые по одним жёстким признакам попадает в одну категорию, а по другим – в другую. Это даже если всё сводить к каким-то биохимическим параметром – ещё не факт, что они важнее психологических, например – но даже если сводить к ним, на никакую «окончательную» классификацию надежды нет.

К слову, то, что люди боятся трансгендеров и разговоров о трансгендерности – это совершенно нормально. Рыжеволосых тоже боялись, считали признаком нечистой силы. Надо больше объяснять.

Вот что мне кажется важным, так это то, что плохо, когда вопрос политизируется. И вот тут у России есть преимущество. В США, например, любой вопрос мгновенно становится политическим – появляются организации, агитирующие «за» и агитирующие «против», какие-то политики, от местных до федеральных, подхватывают эти темы, нишевые политические СМИ их раскручивают и т.п.

Чем плоха политизация? Для бизнеса плохо – потому что политика это про большинство, 50%. Даже там где выборов реально нет, как у нас, большинство для политика – это Бог. Но для производителя, продавца – нет ничего заветного в 51%. То, что 20%, 30% — это не «меньшинство». Это часть рынка и это огромная часть.

Для университета политизация плохо – потому что каждая студентка (любого пола и гендера) дорога. Задача университета – выучить не «большинство» студенток, а всех. И когда я говорю «потерять» — это вовсе не обязательно, что кто-то не придёт к нам учиться, потому что у нас плохие условие для трансгендеров. Студент, испытывающие ментальные или психологические проблемы – даже не критические, не приводящие к потере семестра или года – это всё равно потери. Потери качества нашего выпуска, потери страны.

То, что не любая тема политизируется – это конкретное конкурентное преимущество России. В Америке уже мегатема – в какие туалеты должны ходить трансгендеры, как кому определять куда идти и т.п. Но эту проблему – трансгендерному ребёнку некомфортно в любом туалете с общей зоной – можно решать, не обсуждая все – пугающие и поляризующие – подробности. Достаточно строить гендерно-нейтральные туалеты. А если кого пугает слово «гендерно-нейтральные», их можно так не обозначать. Даже если на туалете есть «М» или «Ж», но внутри – индивидуальные кабинки, это уже, в сущности решение.
Тоже самое относится и к другим темам. Если бизнес или, в моём случае, университет, никого не дискриминирует – ни по половому, ни по гендерному признаку – то и права гомосексуалов будут защищены, даже если эта защита не поднимается как-то специально на щит. Если бороться с любой дискриминацией, то и дискриминация уязвимых меньшинств будет меньше.
В заключение – мой любимый пример прогресса, чемпионат мира по футболу 2018 года. Кто задумается – это было самое радостное массовое событие в России за последние пятьдесят лет. Был полёт Гагарина, но это было давнее, а с тех пор – вот чемпионат мира. И, помимо праздника для миллионов, это был ощутимый прогресс.

На всех стадионах, построенных к чемпионату мира, были места для инвалидов. И сотни тысяч людей, пришедших на стадионы, увидели, как это естественно и просто – что у колясочников тоже есть возможность смотреть футбол вживую. Если кто был на Западе в музее, на стадионе, в концертном зале – там гораздо больше колясочников чем у нас, при том, что их в России не меньше – просто они сидят дома, хотя что сложного в том, чтобы строить хорошие пандусы? Это проще, чем произносить лозунги…