«Честно говоря, я как-то не в курсе, кто такой Сноуден»
2 августа 2013, 01:00 [ «Аргументы Недели» ]
Глава Московской Хельсинкской группы Людмила Алексеева (являющаяся и гражданкой США) заявила, что сочувствует Эдварду Сноудену, получившему временное убежище в России, потому что он совершил свой поступок во имя свободы информации, но в России свобода информации ущемляется неизмеримо больше, чем в США. Специально для «АН» на вопрос «В каких случаях можно ограничивать свободу слова журналиста?» отвечают…
Александр Невзоров, публицист, бывший ведущий телепрограммы «600 секунд», основатель и «мастер и наставник» Школы «Nevzorov Haute Ecole»:
«Никто не имеет права брать на себя роль воспитателя»
- Честно говоря, я как-то не в курсе, кто такой Сноуден. Что касается Алексеевой, то комментировать какие-то ее высказывания – это много чести. Еще не хватало, чтобы я комментировал ее заявления! Тоже мне, примечание к Марксу!..
А вот свобода слова, на мой взгляд, всегда важнее, чем любые оперативно-тактические или же политические соображения. Потому что чаще всего за этими оперативно-тактическими и политическими соображениями стоят идиоты.
Не должны одни взрослые люди решать за других взрослых людей о том, что можно говорить, а что нельзя. Никто не имеет права брать на себя роль воспитателя. Когда кто-то берет на себя роль воспитателя – можно ли ругаться матом, можно ли курить, - то его сразу же хочется послать на х…!
Борис Резник, член комитета Госдумы по безопасности и противодействию коррупции, академик Академии проблем безопасности, обороны и правопорядка:
«Народ должен знать о его зверином оскале»
- Ограничивать свободу слова журналиста нельзя ни в каких случаях! Кстати, в законе о средствах массовой информации и в других законах абсолютно все оговорено.
Что касается, скажем, информации о терактах, так это тоже отрегулировано, в том же законе о преодолении экстремизма. Думаю, в определенных случаях можно показывать и террориста. Скажем, если он говорит, что убивает мирных жителей потому, что они своими налогами помогают власти, то почему бы его не показать?
Я думаю, что народ должен знать о его зверином оскале.
Виктор Алкснис, депутат Госдумы III-IV созывов, полковник запаса:
«…в случае каких-то чрезвычайных обстоятельств»
- Свободу слова журналиста можно ограничивать в случае каких-то чрезвычайных обстоятельств, когда эта информация действительно наносит вред интересам общества или угрожает жизни людей.
Например, во время памятного штурма театрального центра на Дубровке некоторые телеканалы вели в своем эфире прямую трансляцию, а террористы тогда наблюдали за тем, что происходит вокруг этого здания…
Думаю, что тогда это привело к лишним жертвам. Так что в подобной ситуации должно быть наложено ограничение на деятельность средств массовой информации.
Андрей Битов, писатель:
«Значит, что мы несвободны»
- Полную свободу можно иметь только в гробу или в одиночной камере! А если мы ни там, ни там, то значит, что мы несвободны. И границы тут нет.