«Бизнес-омбудсмен Титов вообще не знает, чем ему заняться!»
22 июня 2013, 12:25 [ «Аргументы Недели» ]
Президент России Владимир Путин, выступая на Петербургском международном экономическом форуме, призвал Госдуму объявить экономическую амнистию до ухода на летние каникулы. Напомним, что месяц назад во время встречи с бизнесменами в Воронеже, глава государства заявил, что предложение об экономической амнистии «пока носит достаточно сырой, непроработанный характер». В свою очередь, председатель Госдумы Сергей Нарышкин сообщил, что с того момента, как бизнес-омбудсмен Борис Титов озвучил эту инициативу, в Думе шло уточнение критериев амнистии, и парламент готов к принятию этого решения уже в весеннюю сессию. Специально для «АН» на вопрос «В чьих интересах проводится экономическая амнистия?» отвечают…
Александр Гуров, генерал-лейтенант МВД, доктор юридических наук, профессор, депутат Госдумы III-V созывов, член Союза писателей РФ:
«Государство должно проявлять акт милосердия и гуманности ко всем заключенным»
- По данным Генерального прокурора Чайки и научно-исследовательских институтов прокуратуры и МВД, сегодня в местах лишения свободы (МЛС) находится до 400 тысяч человек, которым можно было бы дать другие меры наказания потому, что эти люди не являются общественно опасными. Проще говоря, можно амнистировать от 400 тысяч до 500 тысяч человек - так мы разгрузили бы наши МЛС и восстановили бы определенную справедливость.
По-моему, бизнес-омбудсмен Титов вообще не знает, чем ему заняться! Одно время он будировал вопрос о том, что, дескать, бизнесменам нужно присутствовать на месте происшествия. Мало того, что в этом нет никакой необходимости, так еще ведь и надо было бы менять все процессуальное законодательство. Тогда это дело, как говорится, спустили на тормозах. Теперь он выступает за экономическую амнистию, причем, абсолютно неправильно с социально-политической точки зрения!
А ведь Уполномоченный по правам предпринимателей в России Борис Титов должен вырабатывать позицию общества к бизнесу и бизнеса к обществу и защищать этот бизнес с помощью законов. Однако он этого почему-то не делает…
Освободить эти 110 тыс. человек было бы просто политически безграмотно! Представьте, если мы всех их освободим, снимем с них судимости да еще каждому дадим по ордену, а как будут рассуждать остальные 300-400 тыс. человек, оставшиеся в МЛС? Значит, грабь государство экономическими методами, а если тебя арестуют, то и освободят?
К экономической амнистии должен быть политико-правовой государственный подход. Такой подход должен заключаться в том, что государство проявляет акт милосердия и гуманности ко всем заключенным, особенно к тем, чьи преступления не характеризовались большой общественной опасностью. Естественно, амнистии не могут подлежать и никогда не подлежали убийцы, педофилы, террористы и т.п.
Нет никакой необходимости выделять в одну группу именно тех, кто совершил экономические преступления! Они подрывали экономическую мощь государства и паразитировали на здоровом теле наших людей, воруя деньги и у них, и, конечно, у всей страны.
Мой опыт подсказывает, что за таким предложением об экономической амнистии что-то кроется. Здесь есть чьи-то скрытые интересы, какое-то лоббирование. Я бы мог назвать конкретные фамилии, но, по-моему, можно догадаться и так… Это олигархи, крупные чиновники и т.п.
Помню, в Думе был случай, когда принимали акт об амнистии - и вдруг прокуратура резко ставит вопрос: как же так, под амнистию попали убийцы!? Мы проверили абсолютно все документы, и оказалось, что кто-то неофициально, ночью, когда документы были готовы к выходу, видимо, за большие деньги действительно внес фразу «в том числе и убийцы».
Конечно, мы потом все исправили и убийц не отпустили, но кого-то все-таки и освободили… Эта строка и была сделана под кого-то. А потом все скрыли, засекретили, и виновного мы так и не нашли.
Дмитрий Абзалов, ведущий специалист Центра политической конъюнктуры:
«Электорат может не понять…»
- С одной стороны, у нас идет борьба с коррупцией, и электорат может не понять, почему выпускают некоторых осужденных по резонансным делам. Это, в частности, касается громкого уголовного дела о хищениях в Минобороны.
И, тем не менее, выход осужденных предпринимателей позволит повысить доверие к власти со стороны малого и среднего бизнеса, а также позволит создать рабочие места в регионах.
Это здравое решение, тем более с учетом того, что предпринимателям будет проще возместить нанесенный вред, находясь на свободе. Кстати, это будет стимулировать развитие и самого бизнеса.
Александр Ципко, главный научный сотрудник института международных экономических и политических исследований РАН, доктор философских наук:
«Амнистия не должна быть оторвана от морально-психологической ситуации в России»
- На мой взгляд, здесь речь идет не только о повышении доверия, а о доказательстве дееспособности власти. Нужны достижения, которые можно было бы, что называется, потрогать и пощупать, то есть осязаемые достижения.
Что касается мер по компенсации ущерба, то, по-моему, это показывает, что власть понимает ситуацию и делает именно то, что нужно стране. Так мы сможем провести черту под «бурными девяностыми».
Путин абсолютно прав: без учета морально-психологической ситуации в стране, без учета наших чудовищных различий в уровне жизни и того, что подавляющая часть населения воспринимает приватизацию «девяностых» как воровство, мы не можем ничего делать.
Нужно продумать меру какой-то национальной компенсации, может быть, создание неких фондов с тем, чтобы бизнес показал, что он готов делиться и что он учитывает эти настроения. Эта амнистия имеет смысл в том случае, если будут какие-то выплаты из того, что было украдено.
Думаю, что амнистия произойдет с очень точечными решениями
Андрей Нечаев, президент банка «Российская финансовая корпорация», министр экономики России в 1992-1993гг.:
«…чтобы на свободу не вышли те же коррумпированные чиновники»
- Амнистия по экономическим преступлениям в России – это лишь разовая мера. Здесь нужна планомерная работа по улучшению предпринимательского климата в стране. В качестве некоего жеста доброй воли, она, безусловно, будет иметь позитивный оттенок, тем более мы прекрасно знаем, что у нас и чиновники, и правоохранительные органы очень активно участвуют в переделе собственности.
Не секрет, что правоохранительные органы часто используются как средство отъема бизнеса, возбуждения уголовных дел и осуждения людей. Поэтому далеко не все сидящие сейчас в тюрьмах и вообще осужденные люди действительно совершали какие-то преступления. Отчасти это просто было связано с попыткой отнять их бизнес.
Ситуацию в этой сфере просто вопиюща! Со времен ликвидации кулачества как класса у нас не было такого масштаба уголовных репрессий против одной социальной группы населения. Поэтому амнистия, тем более с учетом состояния нашей пенитенциарной системы, безусловно, правомерна.
В стране сейчас крайне неблагоприятная экономическая ситуация. Даже сами власти признают, что без экстраординарных мер экономика страны может осенью впасть в рецессию.
И еще. Момент обсуждения идеи о проведении амнистии по экономическим преступлениям в России определен политическими соображениями. Надо правильно определить статьи, которые будут попадать под амнистию, чтобы на свободу не вышли те же коррумпированные чиновники, которые тоже часто проходили по статьям, связанным с экономическими преступлениями, и действительно являющиеся реальными мошенниками и ворами.
Павел Святенков, политолог, эколог:
«Почему надо выпускать именно этих людей?»
- Я думаю, что амнистия вполне возможна, правда, в ограниченном формате. Ведь нынешний формат, конечно, является вызовом общественному мнению: предлагается выпустить людей, которые, насколько я понимаю, обвинялись в мошенничестве или в коррупции. То есть, это будет совершенно непонятное решение, почему надо выпускать именно этих людей…
Для Путина в определенной степени была бы выгодна эта амнистия, потому что она могла бы продемонстрировать небольшую либерализацию. Но поскольку президент все-таки зависим от общественного мнения, а общественное мнение считает подавляющее большинство предпринимателей просто жуликами, то, скорее всего, если амнистия и будет, то она будет носить ограниченный характер.