> «Мне нравится, когда летом тепло…» - Аргументы Недели

//live

«Мне нравится, когда летом тепло…»

13 июля 2012, 18:53 [ «Аргументы Недели» ]

tvcenter.ru

Наконец-то температура воздуха в Московском регионе опустится до плюс 20-21 градуса! Правда, будет это, по сообщениям Гидрометцентра РФ, лишь в середине следующей недели. Специально для «АН» на вопрос «Как вы переживаете жару?» отвечают…

Елена Малышева, ведущая телепрограммы «Здоровье», доктор медицинских наук, профессор:

«Тут же все просто, как три копейки!»

- В такую жаркую погоду я пью не менее двух литров воды в день, и у меня дома, в машине и на работе постоянно работает кондиционер. Так что я могу с полной уверенностью сказать, что моя борьба с жарой происходит вполне успешно! Суть дела состоит именно в том, что при аномально жаркой погоде с потом и дыханием человек теряет очень много жидкости, и эту потерянную жидкость в обязательном порядке нужно восстанавливать. А вот если не делать этого и не восполнять жидкость, то кровь у человека становится очень густой и забивает сосуды. И, к сожалению, из-за этого могут возникнуть тромбы, инфаркты и инсульты. Тут же все просто, как три копейки!

Поэтому надо пить больше воды и, для того чтобы не потеть, по возможности, стараться находиться в прохладных помещениях. Что касается моего личного отношения к такой вот нынешней погоде, то мне, знаете ли, всегда нравится, когда летом тепло, как, впрочем, и то, когда зимою холодно. Ведь это полностью соответствует календарным изменениям погоды.

 Роман Вильфанд, директор Гидрометцентра России:

 «Точно предсказать это можно только за несколько часов»

- А у нас в Гидрометцентре всегда жарко – и когда лютый мороз, и во время аномально жаркой погоды, или когда вообще наступают неблагоприятные и опасные метеорологические явления. Потому что наша основная задача – своевременно спрогнозировать и предупредить. И еще когда нашему ведомству приходится бороться с финансовыми проблемами, тоже может наступить изнурение.

Вопрос о том, может ли жара смениться ураганом, совершенно закономерен. Ураганы и бывают в период атмосферной перестройки, когда меняется циркуляция, причем именно таким образом, что на смену очень жаркой погоде приходит умеренный режим.

А вот указать локализацию и точное время возникновения очень сильных ветров и осадков с градом можно всего лишь за несколько часов. Летом во всех странах проблема предсказания таких процессов очень актуальна. Но пока современная наука не позволяет спрогнозировать такие ураганные ветры (в США они называются «торнадо», у нас – смерчами).

Торнадо возникают в континентальных, пустынных районах США; это маломасштабные вихри (их диаметр всего несколько сот метров), но они возникают в большом количестве, очень опасны и угрожают жизни человека. Если, например, машина попадет в торнадо, то ее перевернет, поднимет на 30 метров и... В Москве смерчи бывают гораздо реже, потому что условия для их возникновения на два порядка меньше. Известны случаи возникновения смерчей в Псковской и Новгородской областях, и в Москве в 1998 году было несколько смерчей. Масштаб образования смерчей – до километра, но и это нужно спрогнозировать! Для такого прогноза существует другая система, а не та, которая используется за пять дней. Поэтому это точно предсказать можно только за несколько часов.

СА


Обсудить наши публикации можно на страничках «АН» в Facebook и ВКонтакте

//Мнение

Политолог Вадим Мингалев: США стянули к Ирану три авианосные группы и девять эсминцев — блокада пролива становится долгосрочной

Политолог и историк Вадим Мингалев, комментируя сообщения о дипломатических контактах между США и Ираном, отмечает, что заявленный «прогресс» в переговорах и предстоящая встреча в Исламабаде выглядят скорее, как элемент тактического манёвра, чем как реальный шаг к деэскалации. По мнению эксперта, пока Вашингтон демонстрирует готовность к диалогу, он параллельно завершает формирование военно-морской группировки у берегов Ирана и усиливает экономическое давление, превращая блокаду Ормузского пролива в инструмент долгосрочного удушения Тегерана. Собеседник обращает внимание на противоречивость сигналов: если Белый дом говорит о «личной готовности» Ирана к переговорам, то тегеранские источники настаивают, что инициатива исходит исключительно от американской стороны, а КСИР, в свою очередь, тормозит процесс, требуя более жёсткой позиции. В этих условиях, подчёркивает Мингалев, ключевым становится вопрос не столько о дате следующей встречи, сколько о том, сможет ли Россия и другие игроки ШОС перевести дипломатические призывы в плоскость конкретных действий — как гуманитарных, так и военно-политических, — чтобы предотвратить дальнейшую эскалацию и не допустить превращения Персидского залива в новый очаг глобального конфликта.