Один против толпы: как этнические землячества диктуют свои правила на улицах российских городовНе просто конфликт: как группы детей-мигрантов меняют атмосферу в российских школах в худшую сторону«Аэрофлот» планирует – «Победа» ждётМашины буквально «подлетают» на огромном «лежачем полицейском» в МексикеОдесса. ТЦК не дремлет, а на море хочется...Один против толпы: как этнические землячества диктуют свои правила на улицах российских городовНе просто конфликт: как группы детей-мигрантов меняют атмосферу в российских школах в худшую сторону«Аэрофлот» планирует – «Победа» ждётМашины буквально «подлетают» на огромном «лежачем полицейском» в МексикеОдесса. ТЦК не дремлет, а на море хочется...Один против толпы: как этнические землячества диктуют свои правила на улицах российских городовНе просто конфликт: как группы детей-мигрантов меняют атмосферу в российских школах в худшую сторону«Аэрофлот» планирует – «Победа» ждётМашины буквально «подлетают» на огромном «лежачем полицейском» в МексикеОдесса. ТЦК не дремлет, а на море хочется...
Федеральный

В Финляндии у россиянки отобрали грудного ребенка

Власти Финляндии заявили, что Россия не соблюдает Гаагскую конвенцию о похищении детей и решением суда отобрали 11-месячную дочь у россиянки, потому что существует вероятность, что та увезет ребенка в РФ.

«Беспрецедентно, что финские власти объявили, что Россия якобы не соблюдает Гаагскую конвенцию о похищении детей, поэтому существует серьезная угроза похищения ребенка в Россию», — сообщил в субботу финский правозащитник Йохан Бекман РИА Новости.

Примечательно, что отец ребенка сам повел себя, как похититель: «После родов мама попала ненадолго в больницу, когда вернулась домой — дочки там уже не было. Муж увез дочку в Норвегию без ведома русской матери».

«После больницы он стал меня избивать, и было принято решение изолировать меня, а ребенка оставить с мужем, якобы по состоянию моего здоровья и из-за опасности того, что это я могу увезти ее в Россию», — рассказала сама Куликова, отметив, что уже четыре месяца не видела свою дочь. «Я не знаю, в каком она состоянии. Даже адреса, по которому она находится, не знаю», — сказала она.