> В Чите полицейские ищут 12-летнюю школьницу - Аргументы Недели

//Происшествия

В Чите полицейские ищут 12-летнюю школьницу

4 сентября 2012, 07:28 [ «Аргументы Недели» ]

Школьницу Настю Бубуркевич, которая в понедельник ушла гулять и не вернулась, ищут в Чите, сообщило во вторник управление МВД по Забайкальскому краю, куда с заявлением о пропаже 12-летней дочери обратились родители.

В ходе розыска опрошены друзья и родственники пропавшей Насти,  полиция беседует с учителями и одноклассниками девочки, экипажи патрульно-постовой службы прочесывают Ингодинский район Читы.

На вид девочке 12-15 лет, рост 145-150 сантиметров, среднего телосложения, волосы светло-русые до плеч. Школьница была одета в черные лосины, черные туфли на платформе, черную водолазку и ветровку голубого цвета.

ЕП


Обсудить наши публикации можно на страничках «АН» в Facebook и ВКонтакте

//Мнение

Политолог Вадим Мингалев: США стянули к Ирану три авианосные группы и девять эсминцев — блокада пролива становится долгосрочной

Политолог и историк Вадим Мингалев, комментируя сообщения о дипломатических контактах между США и Ираном, отмечает, что заявленный «прогресс» в переговорах и предстоящая встреча в Исламабаде выглядят скорее, как элемент тактического манёвра, чем как реальный шаг к деэскалации. По мнению эксперта, пока Вашингтон демонстрирует готовность к диалогу, он параллельно завершает формирование военно-морской группировки у берегов Ирана и усиливает экономическое давление, превращая блокаду Ормузского пролива в инструмент долгосрочного удушения Тегерана. Собеседник обращает внимание на противоречивость сигналов: если Белый дом говорит о «личной готовности» Ирана к переговорам, то тегеранские источники настаивают, что инициатива исходит исключительно от американской стороны, а КСИР, в свою очередь, тормозит процесс, требуя более жёсткой позиции. В этих условиях, подчёркивает Мингалев, ключевым становится вопрос не столько о дате следующей встречи, сколько о том, сможет ли Россия и другие игроки ШОС перевести дипломатические призывы в плоскость конкретных действий — как гуманитарных, так и военно-политических, — чтобы предотвратить дальнейшую эскалацию и не допустить превращения Персидского залива в новый очаг глобального конфликта.