Самая длинная телеграмма мистера «ИКС»

Джордж Кеннан начал холодную войну раньше Черчилля

, 00:00

Самая длинная телеграмма мистера «ИКС»

 60 лет назад (1947 г.) в июльском номере американского журнала Foreign Affairs («Международные отношения») появилась статья «Истоки советского поведения», подписанная «Х».  Карты сдавались в два приема: автор еще не спешил раскрывать имя, но уже получил из Белого дома благословение на публичное изложение своих взглядов. Ибо те же самые вещи мистер «Икс» уже писал – однако в закрытом порядке, год назад, в служебном документе, вошедшем в историю дипломатии как «длинная телеграмма».

 Автором «длинной телеграммы» и статьи в Foreign Affairs был сотрудник американского посольства в Москве Джордж Кеннан.

До Черчилля

 НАЧАЛО холодной войне, считается, положила произнесенная в США «фултонская речь» Черчилля. Но Кеннан его опередил. Речь прозвучала 5 марта 1946 г., а «длинная телеграмма» ушла из Москвы в Вашингтон почти двумя неделями ранее – 22 февраля. В принципе – малосущественно, однако вот что характерно…

 Познакомившись с тезисами предстоящего выступления Черчилля, президент Трумэн воскликнул: «Превосходная речь!»
Кеннан в мемуарах замечает: «Президент, я полагаю, прочел мою телеграмму».

 Они совпали – точка зрения американского дипломата в Москве, мнение знаменитого британского политика, взгляды «белодомовских» ястребов во главе с президентом. Так ли существенно, кто первый сказал «мяу»? Но начинался новый этап истории, эпоха долгого противостояния СССР и Запада. Публично первый залп должен был сделать человек с именем. Черчилль – подходил. Кеннан… Но кто тогда был Кеннан?

Запрос с родины

 ОН БЫЛ советником американского посольства в Москве. В феврале 1946-го подменял уехавшего в отпуск посла, разбирал диппочту. Среди вороха бумаг попалась одна, которая… В общем, министерство финансов США просило объяснить, почему сталинская Москва отказывается следовать рекомендациям Всемирного банка и МВФ.

 Представьте глаза какого-нибудь замотанного местными проблемами главы районной администрации где-то на Ярославщине, вдруг получившего пакет из, скажем, ООН с просьбой растолковать… ну, к примеру, специфику отношения местного населения к проб­лемам феминизма. Наверное, такие же глаза были у Кеннана. Но дипломат есть дипломат. Господин советник сел за ответ – подробный, вежливый. Только объяснить наивным соотечественникам следовало столько, что уложиться в стандартные рамки все не получалось. А на душе у Кеннана накопилось много – слова «Россия» и «СССР» не были для него пустым звуком.

«Старший» и «младший»

 ДЖОРДЖ Кеннан-младший получил имя в честь дяди – знаменитого Джорджа Кеннана-старшего. В 1865 г. Кеннан-старший, молодой телеграфист, участвовал в русско-американской экспедиции, изучавшей возможность прокладки телеграфной линии из Европы в США. Экспедицию свернули через два года (нужные задачи решил трансатлантический кабель), но Кеннан за это время объездил всю Сибирь, познакомился со ссыльными революционерами, проникся сочувствием к их делу. Дома сменил профессию, стал журналистом, с годами – известным, при этом считался ведущим «экспертом по русским делам», главой «Общества друзей русской свободы». Впрочем, после революции с большевиками у него дружбы тоже не вышло: Кеннан считал, что в октябре 1917-го на смену тирании царской пришла красная.

 Носить имя такого человека и не интересоваться Россией? Семья у Кеннана-младшего была элитная, его приход на дипслужбу – не удивителен. Изучил русский. В 1933-м, поработав в Европе, попал в Москву.

 На его взгляды наложило отпечаток общение с белыми эмигрантами. Тогдашний Кеннан – это, с одной стороны, искренняя ненависть к советскому режиму, с другой – восторг перед Россией, ее культурой, литературой. В мемуарах пишет, что иногда ощущал себя русским; близким казался этаким чеховским интеллигентом американского происхождения. Но кто сказал, что чеховские интеллигенты, при всей их мягкости и душевности, – мямли? Иногда так взрываются! Кеннан любил эту породу русских людей, и с болью наблюдал ее гибель: в 1934-м, после убийства Кирова, грянул «большой террор». Похоже, Кеннан-младший почувствовал себя тогда Кеннаном-старшим.

 В 1937-м его отозвали в США, в 1938-м отправили в Чехословакию, потом в Германию. После Сталина даже Гитлер казался ему «мягким» вариантом. Впрочем, когда Америка объявила войну Германии и Кеннана на 5 месяцев интернировало гестапо, он избавился от иллюзий.

 Но и Сталина не полюбил! И снова прибыв в 1944-м в Москву, еще больше уверился в своих выводах: несмотря на союзническое сотрудничество с Англией и США, советский режим по сути своей не меняется.

Ответ №511


 ОТВЕТ на запрос Минфина – та самая «длинная телеграмма» – из Москвы ушел за №511. Ныне в США он выставлен в музее, занимает, говорят, многометровый стеллаж. Но это, видимо, на телеграфной ленте: самого текста страниц семь.

 О чем Кеннан писал? Обо всем. Разжевывал и растолковывал. Пояснял, как воспринимает советское руководст­во ситуацию на Западе. Как вообще устроено советское мировоззрение. Какой будет в ближайшие годы советская внеш­няя политика и как США должны ей противостоять.

 Нашим ответом на «длинную телеграмму» стала аналитическая записка посла СССР в США Новикова –  тоже немалая, 17 страниц. Кеннан обвинял Советский Союз в экспансионизме – Новиков приводил данные о расползании по планете американских военных баз. Холодная война развертывала боевые порядки.

Посол нон грата

 «ДЛИННАЯ телеграмма» вызвала в Вашингтоне восторг. Кеннана вызвали в США, предложили доработать тезисы. Так появилась «статья «Х», а в ней ключевое слово «сдерживание», которого нет среди 5542 слов телеграммы. Что имелось в виду? «Твердая политика сдерживания русских (…) в любой географической точке, где они проявят признаки вмешательства». Впрочем, Кеннан подчеркивал: сдерживание – экономическое, политическое, какое угодно, но не военное! «Русские войны не хотят ни в коем случае».

 В 1952 г. его назначили послом в Москву. Само назначение такого человека на такой пост выглядело вызовом. Двусмысленность понимали все, и Кеннан сыграл ва-банк: в Западном Берлине дал резкое интервью, где, в частности, сравнил отношение к американским дипломатам в СССР с отношением к ним в гитлеровской Германии. При всей тогдашней политической накаленности это все же было чересчур. Советский МИД объявил посла США персоной нон грата. Скандалов такого масштаба в истории нашей дипломатии больше не припоминается.

«Свой-чужой»

 ПОТОМ Кеннан сам назвал свой шаг «легкомысленным» (изысканный стилист, он умел находить формулировки). Но не спорил, когда журналисты называли его «архитектором холодной войны». Он эту войну начинал, ни о чем не жалел и, например, помощь Светлане Аллилуевой после ее перебега в США счел личным моральным долгом.

 Тем интереснее поворот, который Джордж Кеннан постепенно делал.

 После его смерти Р. Пайпс, известный американский советолог, заметил: «Когда впоследствии Кеннан читал свою телеграмму, он не мог поверить, что сам ее написал». И пояснил: с годами Кеннан «изменил свои взгляды в отношении СССР. Он хотел достичь соглашения с Советским Союзом. В 80-х годах был ярым противником политики президента Рейгана, считал, что если Рейган будет продолжать свою политику в отношении СССР, нам грозит третья мировая война».

 Если мыслить категориями ПВО-шной системы опознавания «свой-чужой», «своим» для СССР Кеннан, конечно, никогда не был, он любил и защищал собственную страну. Но надо помнить заключительную фразу «длинной телеграммы»: «Самая большая опасность, которая грозит нам в решении проблем советского коммунизма, –  уподобление тем, с кем мы имеем дело».

 Холодная война – это прежде всего истерия, антизападная в СССР, антисоветская на Западе. А истерии «аристо­крат духа» Кеннан не терпел. Вернувшись домой, он, например, категорически не поладил с братьями Даллесами. Возмущался «маккартизмом». Ненавидел большевиков, но, взявшись за анализ «документов Сиссона» – материалов, казалось, впрямую уличающих Ленина и ленинцев в связях с германской разведкой, – признал: здесь – фальшивка. Выступал против войны во Вьетнаме. Считал, что его доктрина была оптимальной для Америки в свое время, но времена-то меняются!

 Чтобы понять, как они меняются, надо жить долго, сохраняя ясный ум и трезвый взгляд. Человек, еще в 1940-х предсказавший распад Союза, автор 26 книг, дважды лауреат Пулитцеровской премии, бессменный глава Института современных российских исследований имени Джорджа Кеннана-старшего Джордж Кеннан-младший умер 17 марта 2005 г. на 102-м году жизни.

Добавьте АН в свои источники, чтобы не пропустить важные события - Яндекс Новости

Политика

Посол РФ в Берлине Нечаев заявил, что лучшей гарантией безопасности Киеву будет отказ Запада от поставок оружия

Аргументы НеделиАвторы АН

Аргументы НеделиИнтервью