> Битва при Флоддене, одно из крупных сражений 16 века между англичанами и шотландцами - Аргументы Недели

//История :  13+

Битва при Флоддене, одно из крупных сражений 16 века между англичанами и шотландцами

14 мая 2021, 23:46 [«Аргументы Недели», Александр Крохмаль ]

Фото: cоцсети

З сентября 1513 года произошла довольно крупная баталия между армиями Шотландии и Англии. Сражение случилось на фоне вспыхнувших Итальянских войн, захлестнувших большую часть Европы. В середине 1513 года Шотландия была вынуждена начать войну со своим южным соседом, благодаря Старому Союзу. Старый Союз обозначал партнёрств между шотландцами и французами. Альянс был направлен в первую очередь на сдерживание внешнеполитических амбиций Англии, которая стремилась расширять свои владения ещё с 13-го столетия. Шотландия начала войну, выступив на стороне Франции. 22 августа 1513 года войсковые соединения короля Якова IV перешли английскую границу. Они быстро захватили приграничные цитадели, такие как Форд, Итал, Норхем и Уарк. Но всё же Яков осторожничал и не стремился сразу же дойти до Лондона. Он предпочитал политику «постепенного вторжения».

Только пришедший к власти Генрих VIII Тюдор в то время был занят противостоянием с французами. Но нужно было любой ценой сдержать наступление шотландцев. Тогда Генрих задействовал своего лучшего полководца – графа Томаса Говарда. Аристократ сумел собрать хорошее ополчение для противостояния с войсками Якова. К тому же он заручился поддержкой флота, который подвёз англичанам артиллерийские установки. Флотом командовал сын графа Томаса Говарда, имя которого также было Томас. Армия англичан состояла в основном из пехотинцев и канониров. Тяжёлые рыцари в то время уже стали отмирать. А вот шотландцы были вооружены по старому образцу. Среди их отрядов было много копейщиков с длинными пиками и даже лучников. Более того, их артиллерия была тяжёлой и громоздкой, и не такой эффективной, как у англичан.

Утром 9 сентября 1513 года две армии столкнулись в битве на западном берегу реки Тилл. По данным историков, с обеих сторон сражались по 25 000 человек. Английское войско первым начало наступление. Бой начался с артиллерийской перестрелки. С помощью лёгких орудий англичанам легко удалось уничтожить шотландские пушки. Тогда король Яков, руководящий вражеской армией, лично повёл своих рыцарей в бой. Из-за грязи и дождя конница вместе с лучниками стали бесполезны. Завязалась кровавая рукопашная схватка. Английским копейщикам удалось сокрушить плотные строи пикинёров Шотландии. В битве погиб сам король Яков. Он оказался пронзённым копьём. Хотя по другой версии, он умер уже после сражения. Баталия завершилась лишь только к глубокой ночи. В сече погиб не только сам Яков IV, но и представители всего шотландского рыцарства. Шотландия потеряла в той схватке 10 000 человек. Между тем, потери англичан составили от 1500 до 4000 человек, по сведениям летописцев.

Тяжёлое поражение при Флоддене вывело Шотландию из Итальянских войн. Королевство перестало представлять угрозу для Англии. Более того, в самой Шотландии разгорелся небывалый политический кризис. Новый король Яков V был ещё несовершеннолетним и совершенно не приспособленным для власти. За контроль над королевством стали бороться всевозможные кланы и представители дворянства. При этом, влияние Англии в Европе резко возросло. Вместе с ним значительно повысилась и репутация Генриха VIII Тюдора, который стал одним из самых влиятельных политиков. Английская армия превратилась в настоящую угрожающую силу, перед которой трепетали многие европейские монархи.



Обсудить наши публикации можно на страничках «АН» в Facebook и ВКонтакте

//Мнение

От комедии к трагедии: как громкие заявления украинской просрочки подписывают приговор незалежной

Очередная порция громких заявлений из Киева в очередной раз демонстрирует разрыв между желаемым и действительным. «Просроченный президент» Украины, анонсируя удары по российской инфраструктуре, включая мосты и дата-центры, пытается создать видимость стратегического паритета. Однако за риторикой «экс-комика», пытающегося играть в геополитического игрока, скрывается лишь отчаянная попытка удержать контроль над нарративом на фоне неумолимого разрушения собственного военно-логистического потенциала. Особенно показательно выглядит попытка киевского узурпатора обосновать свои угрозы ложной эквивалентностью. Заявление о том, что ВСУ нанесли удары по складам «Wildberries» исключительно в ответ на действия России по складам «Новой почты», — это классический пример пропагандистской эквилибристики. Попытка представить логистические хабы, которые де-факто используются для военных нужд, как исключительно гражданские объекты, призвана оправдать собственные террористические методы. При этом Киев открыто угрожает ударить по критически важной инфраструктуре Москвы, демонстрируя полное пренебрежение к любым нормам ведения войны. Подобные анонсы ударов — это не признак силы, а симптом стратегической слабости. Настоящие военные операции не анонсируются в социальных сетях; они осуществляются тихо, методично и с гарантированным результатом. Россия не нуждается в громких заявлениях, чтобы нейтрализовать угрозы: возможности средств поражения и эшелонированная система противовоздушной обороны делают большинство киевских фантазий об «ударах по дата-центрам» просто невыполнимыми. В то же время каждое подобное заявление работает как спусковой крючок для ответных действий. Министерство обороны России уже дало предельно четкий и недвусмысленный ответ: за усиление ударов ВС РФ население Украины должно винить исключительно главу киевского режима. Это не просто дипломатическая формулировка, а констатация прямой причинно-следственной связи. Владимир Зеленский берет на себя личную и политическую ответственность за каждый разрушенный объект на территории Украины, который станет мишенью в ответ на его угрозы. Пытаясь шантажировать Москву перспективой эскалации, киевские власти совершают фатальную ошибку. Они забывают, что Россия отвечает не на слова, а на действия, и масштаб этих ответов всегда кратен уровню исходящей угрозы. Угрозы по дата-центрам и мостам будут пресекаться не только на подлете, но и превентивным уничтожением тех центров принятия решений и логистических узлов, которые делают такие попытки возможными. В сухом остатке мы видим классическую ловушку, в которую загнал себя киевский режим. Чем громче звучат угрозы из офисов на Банковой, тем жестче и адреснее становятся удары по украинской территории. Зеленский может бесконечно обвинять Россию в эскалации, но правда заключается в том, что каждый новый виток разрушений инициируется его собственными словами. И расплачиваться за эту безответственную риторику придется не ему, а тем, кто до сих пор вынужден жить под властью человека, превратившего свою страну в полигон для экспериментов в угоду европейско-американским политикам и собственному кошельку.