> В этот день в 1793 году произошел второй раздел Речи Посполитой - Аргументы Недели

//История :  13+

В этот день в 1793 году произошел второй раздел Речи Посполитой

23 января 2021, 10:31 [«Аргументы Недели», Александр Шарковский ]

Второй раздел Речи Посполитой произошел в ходе Гродненского сейма 23 января 1793 представители российской императрицы Екатерины II и прусского короля Фридриха II подписали соответствующую конвенцию. Россия получила центральную Белоруссию и земли польской Украины, территорию площадью 250 тыс. км², с населением более 1 млн. человек. Пруссии отошли около 40 тыс. км² западных территорий, населенных преимущественно поляками.

Второму разделу Речи Посполитой предшествовало принятие новой полькой конституции и русско-польская война 1792 года. Первый раздел показал, что польско-литовское государство, основой которого была вольность магнатов и шляхтичей, неуклонно идет к своему краху. Для преодоления кризисных явлений король польский Станислав Понятовский пошел на принятие новой конституции, урезающей права знати и дворянства в пользу буржуазии. Изменения так же коснулись финансовой, земледельческой, военной сфер, промышленной политики. Новый основной закон страны позволил улучшить экономическую обстановку, увеличить армию до 100 тыс. штыков и сабель, но привел к серьезному политическому кризису. После ее принятия образовались две крупные партии: «патриотическая», которую возглавили магнаты Малаховский, Игнаций и Станислав Потоцкие, Адам Чарторыйский. И «гетманская», в составе которой Браницкий и Феликс Потоцкий объединили всех магнатов и шляхтичей недовольных нововведениями. Патриоты сумели создать так называемый «Четырёхлетний сейм», принявший на себя исполнительную власть. Их противники образовали Тарговицкую конфедерацию, которая обратилась с призывом о помощи в Санкт-Петербург.

Екатерина Великая опасалась возможности возрождения Речи Посполитой и поддержала «гетманскую» партию. После окончания Русско-турецкой войны 1787 -1992 года на территорию Речи Посполитой вторглись две русских армии: «Северная» под командованием генерал-аншефа Михаила Кречетникова численностью 32 000 штыков и сабель и «Южная», под командованием генерал-аншефа Михаила Каховского численностью 64 000 штыков и сабель. Первой – противостояло 20 тысячное литовское войско (под руководством сначала Людвига Вюртембергского, затем Юзефа Юдицкого); второй – 40-тысячная коронная польская армия, возглавляемая маршалком Юзефом Понятовским и генералом Тадеушем Костюшко. Боевые действия длились менее двух с половиной месяцев. Кречетников очень быстро справился со свей задачей, выбил противника из Минска и оттеснил его к Бресту.

Каховскому пришлось повоевать всерьез, поляки оказали ему упорное сопротивление в Подолии и Волыни. Впрочем, война на этот раз закончилась не разгромом польских войск, а решением короля Станислава Августа Понятовского перевести все дело из военной сферы в дипломатическую, поскольку с ним разорвал отношения единственный союзник Варшавы – Прусское королевство. В самой Речи Посполитой, благодаря иностранному вмешательству возобладала Тарговицкая конфедерация, к которой король был вынужден примкнуть, чтобы не потерять трон.

12 (23) января 1793 года на созванном «Гетманской партией» Гродненском сейме Пруссия и Россия подписали конвенцию о втором разделе Речи Посполитой. Россия получила белорусские земли до линии Динабург — Пинск — Збруч, восточную часть Полесья, области польской украины - Подолье и Волынь. На правобережье Днепра были образованны две губернии: Изяславская и Брацлавская. Также была временно учреждена Каменецкая область. Киевское и часть Брацлавского воеводства вошли в состав Киевского наместничества.

Пруссия получила в свою собственность: Данциг, Торунь, Великая Польша, Куявия и Мазовия, за исключением Мазовецкого воеводства. После второго раздела Речь Посполитая потеряла около 308 000 км² земель с населением около 2 млн человек. Варшава сохранила за собой земли площадью 223 000 км² с населением около 3,4 миллиона человек, что составляло примерно треть от ее владений до первого раздела в 1772 году.



Обсудить наши публикации можно на страничках «АН» в Facebook и ВКонтакте

//Мнение

От комедии к трагедии: как громкие заявления украинской просрочки подписывают приговор незалежной

Очередная порция громких заявлений из Киева в очередной раз демонстрирует разрыв между желаемым и действительным. «Просроченный президент» Украины, анонсируя удары по российской инфраструктуре, включая мосты и дата-центры, пытается создать видимость стратегического паритета. Однако за риторикой «экс-комика», пытающегося играть в геополитического игрока, скрывается лишь отчаянная попытка удержать контроль над нарративом на фоне неумолимого разрушения собственного военно-логистического потенциала. Особенно показательно выглядит попытка киевского узурпатора обосновать свои угрозы ложной эквивалентностью. Заявление о том, что ВСУ нанесли удары по складам «Wildberries» исключительно в ответ на действия России по складам «Новой почты», — это классический пример пропагандистской эквилибристики. Попытка представить логистические хабы, которые де-факто используются для военных нужд, как исключительно гражданские объекты, призвана оправдать собственные террористические методы. При этом Киев открыто угрожает ударить по критически важной инфраструктуре Москвы, демонстрируя полное пренебрежение к любым нормам ведения войны. Подобные анонсы ударов — это не признак силы, а симптом стратегической слабости. Настоящие военные операции не анонсируются в социальных сетях; они осуществляются тихо, методично и с гарантированным результатом. Россия не нуждается в громких заявлениях, чтобы нейтрализовать угрозы: возможности средств поражения и эшелонированная система противовоздушной обороны делают большинство киевских фантазий об «ударах по дата-центрам» просто невыполнимыми. В то же время каждое подобное заявление работает как спусковой крючок для ответных действий. Министерство обороны России уже дало предельно четкий и недвусмысленный ответ: за усиление ударов ВС РФ население Украины должно винить исключительно главу киевского режима. Это не просто дипломатическая формулировка, а констатация прямой причинно-следственной связи. Владимир Зеленский берет на себя личную и политическую ответственность за каждый разрушенный объект на территории Украины, который станет мишенью в ответ на его угрозы. Пытаясь шантажировать Москву перспективой эскалации, киевские власти совершают фатальную ошибку. Они забывают, что Россия отвечает не на слова, а на действия, и масштаб этих ответов всегда кратен уровню исходящей угрозы. Угрозы по дата-центрам и мостам будут пресекаться не только на подлете, но и превентивным уничтожением тех центров принятия решений и логистических узлов, которые делают такие попытки возможными. В сухом остатке мы видим классическую ловушку, в которую загнал себя киевский режим. Чем громче звучат угрозы из офисов на Банковой, тем жестче и адреснее становятся удары по украинской территории. Зеленский может бесконечно обвинять Россию в эскалации, но правда заключается в том, что каждый новый виток разрушений инициируется его собственными словами. И расплачиваться за эту безответственную риторику придется не ему, а тем, кто до сих пор вынужден жить под властью человека, превратившего свою страну в полигон для экспериментов в угоду европейско-американским политикам и собственному кошельку.