> Хрупкая женщина с гладкой причёской - Аргументы Недели

//Шпионаж 13+

Хрупкая женщина с гладкой причёской

№  () от 23 января 2019 [«Аргументы Недели », Михаил ЛЮБИМОВ ]

Кэтрин Харрис

Советская разведка вышла из недр подпольной РСДРП (явки, пароли, конспирация, Ленин в парике под именем рабочего Иванова) и, опираясь на мировое антиимпериалистическое движение, быстро стала мощнейшей организацией в мире. Нигде и никогда в мировой истории разведка не имела такого числа потенциальных бескорыстных помощников.

КЭТРИН Харрис родилась в Лондоне в 1899 году, но вскоре вместе с родителями переехала в Чикаго, тогда бурлящий центр рабочего движения, стала активным деятелем профсоюзов. Вышла замуж за генсека компартии США Эрла Браудера. У нас ныне более известен его внук, известный аферист, объявленный прокуратурой в розыск. С 1927 года – член Коминтерна и с головой в революционной работе в Китае.

Коминтерн всегда был тесно связан с советской разведкой. И она давно положила глаз на Харрис, и в 1931 году в Берлине привлекла её к сотрудничеству. Радиоподготовку она проходила в Москве у Вильгельма Фишера, вошедшего в историю как полковник Рудольф Иванович Абель. И уже в 1936 году Китти (имён и кличек у неё бесчисленное множество) направляют в Париж.

Конец тридцатых годов – лихие времена для нашей разведки, репрессии против оппозиции отразились на ней самым кровавым образом. Её сотрудники начинали под лозунгами мировой революции, и вдруг оказалось, что всё это происки Троцкого, а не заветы Ленина. Разведывательная работа[end_short_text] тех лет отмечена небывалым героизмом, трагедиями и большим кавардаком.

Радистка Китти имела в Париже конспиративную квартиру, ставшую центром взаимодействия видных резидентов, нелегалов и агентов. После прихода в НКВД Ежова вследствие репрессий начались кадровая перетряска и кавардак, именно тогда на Китти возложили поддержание связи с одним из героев Кембриджской пятёрки. Его звали Дональд Маклин (или Маклейн), который поступил в британский Форин-офис и получил доступ к секретной документации. Вакуум связи в Лондоне вследствие кадрового погрома вынудил Москву передавать содержание документов через радиостанцию Китти в Париже. Она выезжала в Лондон и фотографировала материалы на его квартире в Челси, приносил он их ящиками. Вскоре дипломат получил назначение в английское посольство в Париже, и там его работа с Китти развернулась в полную силу.

Вклад Маклина в работу советской разведки не менее значителен, чем Кима Филби или Джона Кэрнкросса. Он поставлял не только документы английских кабинета министров и Форин-офиса, но и первые сведения о разработке атомной бомбы. В 1951 г. ему пришлось бежать в СССР, затем он работал в ИМЭМО как Марк Петрович Фрейзер. Потом стал Дональдом Дональдовичем Маклэйном и всегда заступался за диссидентов, хотя вступил в КПСС и писал в «Правду» под псевдонимом Модзаевский. Честнейший и совестливый человек. Неудивительно, что у Китти начался бурный роман с Дональдом, однако он влюбился в свою будущую жену Мелинду и вскоре вернулся в Лондон.

Кроме Маклина Китти держала на связи диверсионную группу Вольвебера в Дании – 60 диверсантов, подрывавших германские и итальянские суда. Кроме этого помогала легендарному нелегалу Д. Быстролётову добывать образцы оружия.

С оккупацией Франции переправилась в Москву. 22 июня 1941 года написала письмо руководителю советской внешней разведки: «Прошу дать мне работу немедленно. Я могу пойти на фронт в качестве радиста, я могу делать одежду для солдат, в конце концов, с моим опытом нелегальной работы я не боюсь работы в тылу врага». Однако её решили направить нелегально в США, где она вместе с резидентом Зарубиным и его женой разведчицей Елизаветой активно работала с «атомными шпионами», с помощью которых в СССР появилась атомная бомба.

Однако Китти уже была серьёзно засвечена предателями, и её перевели в Мексику, где она опекала ценных агентов-документальщиков. В 1946 году Китти была отозвана в Москву. Но тут, на второй родине, произошла, мягко говоря, странная история: хотя Китти получила советское гражданство ещё в 1937 году, оказалось, что все документы затерялись, и осенью 1951 года она была арестована МГБ как «социально опасный элемент».

Во время допросов, как утверждают документы, «проявились признаки психического расстройства», и Харрис отправили на принудительное лечение в психушку в город Горький (ныне Нижний Новгород). Оттуда её выпустили по настоянию МВД после смерти Сталина, дали приличную квартиру в Горьком и пенсию, обещали наказать виновников её ареста. Она рвалась к родственникам за границу, но в то время это исключалось. В 1966 году героиня советской разведки в одиночестве умерла в Горьком, до конца дней она хранила медальон, подаренный ей возлюбленным Дональдом Маклином.

На её могиле трижды прогремел траурный салют. Печальный финал. Один из руководителей советской разведки генерал В. Павлов цитирует в своих мемуарах О. Мандельштама: «Немногие для вечности живут, но если ты мгновенным озабочен – твой жребий страшен, и твой дом непрочен».

А по-простому говоря, история советской разведки – это не прямой Невский проспект, по которому она триумфально шагала под бравурный марш. Это тяжкий поход, где пот, кровь, подвиги и бескорыстие смешаны с фиаско, предательством и ударами в спину своих. Но это были великие люди!

Михаил ЛЮБИМОВ,

писатель, полковник разведки



Читать весь номер «АН»

Обсудить наши публикации можно на страничках «АН» в Facebook и ВКонтакте