Подписывайтесь на «АН»:

Telegram

Яндекс Дзен

Яндекс Новости

Также мы в соцсетях:

ВКонтакте

Одноклассники

Twitter

Аргументы Недели Экономика № 27(671) от 17.07.19 13+

Авианосцы у России будут. Когда – неизвестно

, 17:27 , Обозреватель отдела Промышленность

Авианосцы у России будут. Когда – неизвестно
Проект авианосца-полукатамарана. Фото В. Леонов

Международный военно-морской салон в Санкт-Петербурге – событие интересное и знаковое. Тут всё видно как на ладони – стоит у причальной стенки новый боевой корабль, значит, работа идёт. А если взахлёб рассказывают о перспективах 2050 года в настоящем времени, то дело труба: «Этот корабль способен взять на борт…» А корабля даже в чертежах нет. Этот МВМС-2019 выглядел деловым и конкретным.

Экспедиционные корабли

О флотских перспективах лучше всего узнавать у специалистов, которые «смотрят за горизонт». А это, без сомнений, учёные-кораблестроители из ФГУП «Крыловский государственный научный центр». Раньше без заключения Крыловского центра ни один корабль не мог состояться, зато удавалось избегать ошибок ещё на этапе проектирования.

Научный руководитель Крыловского центра Валерий Половинкин сразу приводит слова одного из соратников Петра I: «Нельзя между разными странами проехать по суше. Поэтому Бог пролил воду не для пития, а для того, чтобы можно было добраться с одного места до другого».

Сегодня держава, считающая себя морской, должна оказывать влияние не на прибрежные воды, а на весь Мировой океан. Отсюда появляются не просто боевые корабли, а корабли экспедиционного типа. Как правило, это десантные корабли, эсминцы, авианосцы. Только с таким «инструментарием» можно оказывать военно-политическое давление. Корабль не просто посол, а сила, которая диктует определённые условия.

Помните, сколько у нас было боевых катеров? По численности были на первом месте. Сейчас так вопрос не стоит – нужны корабли открытого моря, способные решать задачи вдали от родных берегов и баз. Сирия – тому свидетельство. «Сирийский экспресс» из больших десантных кораблей (БДК), организованный для обеспечения нашей группировки в арабской республике, – это наглядный пример, для чего нужны экспедиционные корабли.

Наиболее показателен пример Китая – они строят эскадренные миноносцы, корабли открытого моря. Проект 052D имеет полное водоизмещение 7500 тонн, а новая серия 055 – вообще 12 тыс. тонн, практически как у шести корветов. Корветы китайцы тоже делают, но крайне мало. Тенденция такова, что корабли флотов становятся всё крупнее. А корвет, корабль ближней зоны, решает только частные задачи, он не может быть инструментом политического влияния. Его функция – охрана ближних рубежей страны.

На стенде Крыловского центра представлена модель перспективного корвета водоизмещением порядка 2500 тонн. Это не корабль «открытого моря». Но он спроектирован так, чтобы его мореходность была достаточно приличной – форма корпуса (запатентована!), механизмы стабилизации, чтобы его как можно меньше качало. От этого зависит возможность применения вооружений корабля. А уникальная форма корпуса позволяет получить нужную скорость при меньшей на 20% мощности силовой установки. Отсюда возможность установить больше систем вооружений – чем мощнее силовая установка корабля, тем она больше съедает внутреннего пространства, тем больше требует запасов топлива.

Будущее ВМФ любой страны, претендующей на статус морской державы, серьёзного игрока мировой геополитики, – крупные надводные корабли. Малый корабль – это слабая ПВО, малая автономность плавания. Но, и это самое главное, малый корабль в условиях волнения свыше 3–4 баллов ограничен в возможностях применения любого оружия, которое у него есть на борту. Для корвета водоизмещением около 2 тыс. тонн, несмотря на систему стабилизации, ограничение 4 балла. Стрелять и запускать ракеты он, конечно, может, но вот куда попадёт? А среднестатистическое – в году – состояние наших северных морей – 4, 5 балла. Отсюда вывод – раз малые корабли не слишком эффективная платформа для открытого моря, то надо строить что-то покрупнее корветов, как минимум, фрегаты, они вдвое больше по водоизмещению. К слову, по старой классификации фрегат – всего лишь сторожевой корабль, сторожевик. Правда, фрегат «Адмирал флота Касатонов», самый крупный корабль представленный на МВМС-2019, конечно, сторожевиком назвать язык не повернётся – полное водоизмещение – 5400 тонн, а это уже два шага до эсминца. Да и внешне он производит впечатление, совсем не маленький, словом, настоящий фрегат дальней морской зоны с солидным набором ударного и оборонительного вооружения.

Крупный военный корабль всегда будет более сбалансирован по оружию, в том числе оружию самообороны от всех видов угроз – авиации, противокорабельных ракет, подводных лодок. Конечно, все конструкторы не скрывают мечту создать многофункциональный корабль, способный одинаково эффективно выполнять все задачи, бороться с надводными и подводными кораблями противника, наносить удары по берегу, отбиваться от авиации, высаживать десант, но пока это никому не удавалось. Так что помимо размерности специализация у кораблей ВМФ будет сохраняться ещё очень долго.

– Хочется, конечно, как можно лучше оснастить корабль средствами обороны и нападения. Я помню случай, когда Евгений Иванович Юхнин, конструктор-кораблестроитель, родоначальник целой конструкторской династии Юхниных, вызвал меня вместе с арабскими заказчиками и сказал: «Я согласен поставить на корабль всё, что вы хотите. Но есть один человек, который никогда не согласится, – Архимед». Арабы, надо сказать, юмора не поняли.

– Тяжёлые атомные ракетные крейсеры (ТАРК) проекта 1144 «Орлан» («Пётр Великий», «Адмирал Нахимов») – наиболее крупные военные неавианесущие корабли, построенные в мире после Второй мировой войны, разве не способны выполнять почти все задачи?

– В кораблестроении есть понятие избыточности. С точки зрения мощи флота – «Пётр Великий» хорош. С точки зрения государства наличие таких кораблей – очень дорогое удовольствие. Нужно идти на компромисс. Американцы в 1988 году сделали типовой корабль-платформу эсминец «Арли Бёрк», строят его с 1988 года, на сегодняшний день построено около 70 единиц. Оружие, естественно, меняется. Это корабль проекции силы, или, по-другому, экспедиционный. А его насыщение вооружениями зависит от задач, которые предстоит решать. Если корабль и оружие построены по модульному принципу, это достаточно легко. К этому и надо стремиться.

 

Авианосный конфуз

Головной фрегат проекта 22350 «Адмирал флота Советского Союза Горшков» прошёл уже 30 тыс. миль по морям и океанам. Показал себя хорошо. Его младший брат «Адмирал флота Касатонов» красуется на салоне и проходит ходовые испытания, скоро будет сдан флоту. Валерий Половинкин уверенно смотрит в будущее:

– Если выполним программу кораблестроения, которую приняли до 2050 года, то всё будет в порядке, Россия восстановит свой статус настоящей морской державы. Мы это у американцев подсмотрели. Они тоже планируют на 40 лет вперёд, но каждый год корректируют в зависимости от новых условий, угроз и задач.

Понятно, очень многое зависит от финансов. Но отсюда возникают особые требования к кораблестроительной науке. Производство сегодня уже не может что-то слепить из своего задела, освоить деньги, а потом, как было некоторое время назад, заявить, что проект неудачный, потому и не пошёл. Сейчас и производство, и флот обязаны опираться на науку, каждый корабль – на вес золота. Мы должны демонстрировать флаг в любой точке мира, и тогда с нами будут считаться. Название «сирийский экспресс» придумали не мы, а американцы. И добавили, что Россия вступила в элитный клуб государств, способных обеспечить присутствие своей группировки в любом районе мира.

– Я убеждён – авианосцы строить будем. Но один авианосец – это несерьёзно. Тогда флот будет только и заниматься тем, что обеспечивать его безопасность. Учитывая цикл использования этих кораблей, один авианосец, допустим Северного флота, всегда должен быть на боевой службе. То есть нужно уже два. А всего четыре: два – на Северном и два – на Тихоокеанском флоте.

Вопрос только – когда это произойдёт? Валерий Половинкин считает, что к строительству авианосцев страна приступит в ближайшем десятилетии. В мире неспокойно, районы добычи полезных ископаемых и сырья всё дальше от мест переработки и потребителей. Надо иметь возможность защититься – факт. Но при осмотре экспозиции Невского ПКБ на стенде Объединённой судостроительной корпорации (ОСК) вице-премьер Юрий Борисов, как только увидел перед собой силуэт модели авианосца «Ламантин», круто развернулся и скомандовал: «Идём дальше!» Значит, сначала фрегаты и корветы.

Безмоторный период пройден
 
Судя по последним событиям и стенду Объединённой двигателестроительной корпорации (ОДК), у российского флота опять появились газотурбинные силовые установки для оснащения новых корветов и фрегатов. ОДК демонстрирует макеты двигателей и производственной площадки в Рыбинске. Выходит, санкции Запада и запрет властей Украины на поставки в Россию двигателей для кораблей ВМФ успешно преодолены. Николаевское предприятие «Зоря-Машпроект» осталось у разбитого корыта. Их двигатели даже в Китай не продать – китайцы наладили у себя производство судовых двигателей по украинской лицензии.

Корабли проекции силы

После того как свита и пресса, сопровождавшая заместителя председателя правительства РФ Ю. Борисова и главкома ВМФ Н. Евменова, во время осмотра экспозиции шумно схлынула со стенда Крыловского центра,стал доступен Павел Филиппов, исполняющий обязанности генерального директора Крыловского центра.

– Я понимаю, спрашивать, что вы рассказывали вице-премьеру и главкому, не слишком корректно, всё равно не ответите?

– Поскольку я был в окружении непонятных мне по допуску к секретам людей, не рассказал им ничего, что не мог бы доложить и вам. Специалисты Крыловского центра, исходя из понимания состояния судостроительной промышленности, исходя из тех целей и задач, которые стоят перед Военно-морским флотом страны сейчас и в ближайшей перспективе, предлагают линейку разных проектов авианесущих кораблей, точнее, авианосцев. Мы привыкли, что авианесущий корабль – это симбиоз крейсера с возможностью выпускать с палубы летательные аппараты – ТАВКР «Адмирал Кузнецов» тому пример. Весь мир идёт по другому пути – авианосец не должен нести на себе избыточные системы вооружений, его главная цель – обеспечивать авиакрыло. Чтобы работа авиакрыла была максимально приближена к работе с сухопутного аэродрома. Правда, полностью этой цели не добился никто. У американцев самолёты тоже взлетают полупустыми – взлёт с палубы и взлёт с земли – разные вещи. При полётах с авианосца идёт борьба за каждый килограмм топлива и боевой нагрузки.

«Ламантин» – время не пришло

Сенсацией выставки пресса сделала проект авианосца с атомной силовой установкой проекта 11430 «Ламантин» Невского ПКБ. Водоизмещение – до 90 тыс. тонн (вдвое крупнее «Кузнецова»), длина – 360 метров, авиагруппа – из 60 летательных аппаратов различных типов. Главком ВМФ Николай Евменов смотрел на макет с удовольствием, но сказал слова прямо противоположные ожиданиям:

– Строить мы их (авианосцы. – Ред.) будем, но, наверное, сейчас время ещё не пришло. Время пришло восстановить техническую готовность того, что у нас есть, и дать задел на будущее. Атомный авианосец, конечно, будет, но не в ближайшей перспективе.

Не очень понятно, почему все СМИ так радостно затрубили, что могло показаться, авианосец «Ламантин» вот-вот будет спущен на воду. От начала строительства, закладки фрегата с водоизмещением меньшим в 20 раз, до сдачи флоту проходит 9 лет! А тут целый «Ламантин»…

– И что вы предлагаете?

– Несколько проектов, как говорится, на «разный кошелёк». Мне представляется, что наш концепт по авианосцу водоизмещением 44 тысячи тонн промышленности вполне по силам. Это концептуальная модель, но она просчитана. Корпус корабля испытан в бассейнах, мы получили замечательные характеристики по остойчивости, управляемости, мореходности. Лётная палуба увеличена на 20% за счёт корпуса-полукатамарана. Полукатамаран позволяет при сравнительно небольшом водоизмещении получить большую полётную палубу и значительное количество принимаемых и выпускаемых самолётов.

– Скажите, а насколько сегодня власть и командование ВМФ склонны доверять науке?

– Науке редко верят, особенно в начале пути. Когда возникают проблемы, а мы их решаем, – начинают верить. Или, например, нужен прорыв. Я считаю, что концепт авианосца-полукатамарана и есть тот самый прорыв. До нас ничего подобного для кораблей этого класса никто не рассматривал.

– Какая сейчас ситуация с универсальным десантным кораблём? Если бы он не был остро необходим, тогда и с французами контракт по «Мистралям» не стали бы заключать?

– Я не успел привлечь внимание Юрия Ивановича Борисова к этому проекту, а он очень интересный и важный. Сейчас коллеги из Невского ПКБ презентовали свой «десантник», развитие проекта 11711, они назвали его «Кайман». Они учли родовые болячки, которые лечили и с нашей помощью на головном корабле БДК «Иван Грен». У них получился более сбалансированный корабль. Классический БДК, высаживает десант через переднюю аппарель, направленную в сторону противника, который вас встречает на берегу. Это идеальный корабль для «сирийского экспресса», для переброски техники. Но это не корабль «проекции силы», это просто хороший десантный корабль. Корабль проекции силы должен быть способен решать задачи по высадке десанта, по его поддержке, в том числе воздушной.

– Ваш УДК – интересный проект. 16 вертолётов, из них 10 транспортно-десантных, два поисково-спасательных и 4 ударных. До 900 морских пехотинцев. Два яруса для разнообразной техники…

– У нас там и катера по 46 тонн водоизмещением, они могут обеспечивать разнонаправленную высадку десанта, в том числе загоризонтную. С «Мистралями» на самом деле мы хотели получить ряд технологий. Мы их и получили, это надо сейчас развивать, чтобы тот опыт и затраты не пропали даром. На каждом океанском флоте должно быть минимум два таких УДК.

 

Губит людей не пиво, губит людей вода

А точнее, её отсутствие. Мой старый товарищ Юрий Черваков предложил посмотреть кое-что любопытное: «Вы в «Аргументах недели» любите всё необычное». И подвёл к стенду машиностроительного предприятия «Винета» из Ленинградской области. В курс дела вводил Ульян Байзерт, региональный представитель и вице-адмирал:

– Мы начинали с изготовления садков для выращивания рыбы и кормов.

– Осетровых в ваших садках тоже выращивают?

– Конечно. Сейчас с красноярцами ведём переговоры, они заинтересовались выращиванием осетровых. Работаем с Вьетнамом, Китаем, Южной Кореей. Наши садки есть везде, даже в резиденции президента России.

Предприятие образовано в 1996 году. Основу коллектива составили специалисты-судостроители, в том числе специализирующиеся на проектировании подводных технических средств, и специалисты в области аквакультуры. Много бывших флотских. В 1998-м занялись выпуском судовой арматуры (фильтры различного назначения, теплообменные аппараты, закрытия воздушных труб). Строят моторные катера, сейчас оморячивают ярославский дизель для установки на свои изделия. Рассказ о предприятии заслуживает отдельной статьи.

Самый интересный экспонат на стенде был самым незаметным. Что-то очень похожее на ручной насос, килограммов 5. Называется «Опреснитель ручной обратноосмотический» ОРО-4, 5. Шланг в морскую воду – и качай! Через одно отверстие сливается рассол, через другое – обычная питьевая вода, соответствующая нормам СанПиН. Четыре с половиной литра в час. С электроприводом, а его скоро можно будет заказать как опцию, получится в разы больше. По мнению создателей, такое устройство просто обязано повсеместно входить в комплект спасательных плотов и шлюпок ВМФ, гражданских морских судов, катеров и яхт. Как известно, у потерпевших кораблекрушение на первое место для выживания выходит наличие или отсутствие пресной воды.

Рядом лежал увесистый, 45 кг, кейс. Это система ультрафильтрации воды в полевых условиях. Тяжесть в основном от аккумуляторных батарей. Но и производительность – 250 литров в час. Роту спецназа в полевых условиях напоить – не проблема. Источник воды любой – река, озеро, болото. Спрашиваю: а вы в сторону жителей частного сектора смотрели? Да, отвечают, думаем над этим. По себе знаю, на даче из водопровода идёт вода чудовищного качества, сплошное железо с известью.

Виртуальное погружение

Сквозь толпу павильона продвигалась странного вида девушка в закрытом шлеме с дыхательной трубкой, явно для подводного плавания. В голове возник известный стишок: «Стою на асфальте я, в лыжи обутый, то ль лыжи не едут, то ль я…» Перегородил ей дорогу. Сняла шлем-маску, а под ним оказалась очаровательная девушка Евгения Опанасова из екатеринбургского «НПО автоматики им. академика Н.А. Семихатова». Таким образом она демонстрировала систему виртуальной реальности (Virtual Reality, VR) «VR-дайвер» для гражданских дайверов, промышленных аквалангистов и боевых пловцов. Сделан в России, и уже начались экспортные поставки. Загрузили нужные изображения, надели шлем виртуальной реальности с гироскопом – и отрабатывайте предполагаемую задачу в обычном бассейне. В виртуальной реальности легко создать точные копии объектов, на которых планируется реальная работа. Как уверяет Евгения, вы впоследствии быстро и эффективно выполните своё задание в реальных условиях.

Подписывайтесь на Аргументы недели: Яндекс Новости | Яндекс Дзен | Telegram