Легендарный спектакль "Борис Годунов" Модеста Мусоргского в постановке 1948 года привлек необычайно много посетителей на свое триумфальное возвращение. Зрители до отказа заполнили историческое здание Большого театра.
Хотя современный зритель не привык к многочасовым представлениям, за четыре с половиной часа, что длится опера "Борис Годунов", никто не ушел, и каждую новую картину встречали и провожали аплодисментами, передает РИА Новости.
Нынешний спектакль особенный - он посвящен юбилею народной артистки России, солистки Большого театра Валентине Левко, на сцене которого она пела более 20 лет. Об этом было объявлено перед началом представления, и в зале раздались аплодисменты, зрители приветствовали знаменитую певицу, которая сидела в директорской ложе, где глава Большого театра Анатолий Иксанов вручил ей цветы.
Декорации и костюмы Федоровского впервые европейская публика увидела и восхитилась ими еще во время дягилевских "Русских сезонов". Ученик выдающихся наставников - Врубеля, Коровина, Серова, он посвятил много лет жизни и сил Большому театру, где создал ряд оперных и балетных спектаклей. Но все-таки самым главным для художника стал именно "Борис Годунов", где Федоровский выразил всю свою любовь и уважение к России, ее традициям, ее истории. На сцене оживают картины Соборной площади Кремля, храма Василия Блаженого, Новодевичьего монастыря. Одна картина сменяет другую: зритель попадает в келью Пимена в Чудовом монастыре, а затем в покои царя Бориса, видит роскошный польский дворец в знаменитой сцене встречи у фонтана Марины Мнишек и Самозванца.
В спектакле вместе с хором занято около 400 человек, и у каждого свой индивидуальный костюм. Как рассказала РИА Новости художник по восстановлению костюмов Елена Зайцева, подготавливать костюмы начали еще до начала реконструкции театра. И уже успели показать их в Лондоне, где в 2006 году Большой представил с огромным успехом "Бориса Годунова".
Вся эта красота предстала перед зрителями в нынешнем спектакле. Не подвела и техника Основной сцены, которая еще проходит непростой период апробации и настройки. И даже живая белая лошадь, на которой выезжал на сцену Самозванец, вела себя достойно, как бы сознавая ответственность и торжественность момента.
По завершении спектакля зрители аплодировали, кричали браво, и долго не отпускали артистов, благодаря за доставленное наслаждение высоким искусством.