> Как убивали Николая Глушкова - Аргументы Недели

//Криминал :  13+

Как убивали Николая Глушкова

15 марта 2018, 11:21 [ «Аргументы Недели» ]

Моровое поветрие, накрывшее столицу Великобритании, продолжает избирательно косить российских эмигрантов, беглых бизнесменов и шпионов-перебежчиков. В собственном доме обнаружено тело 68-летнего соратника и сподвижника Бориса Березовского – Николая Глушкова. По некоторым данным, на его теле имелись следы удушения, но британская полиция никак пока это не комментирует и называет смерть бизнесмена «необъяснимой».

В своё время он был заместителем гендиректора «Аэрофлота», обвинялся в мошенничестве, принёсшем авиакомпании многомиллиардные убытки, сидел под следствием, а потом сбежал в Англию. Березовский считал его настоящим другом, а арест Глушкова, по его мнению, был средством давления на БАБа с целью отобрать у него акции ОРТ.

В книге адвоката Михаила Барщевского «Счастливы неимущие» приводится протокол допроса Николая Глушкова в лондонском суде. Попытки физически ликвидировать партнёра Березовского предпринимались ещё в России. По словам самого Глушкова: "Вероятность того, что меня арестуют, была высока, но ещё выше была вероятность того, что меня убьют по пути в Генеральную прокуратуру. Я получил сведения от двух друзей, что если я седьмого декабря пойду в Генеральную прокуратуру, то моя жизнь будет в опасности. И мне даже рассказали, как меня убьют, грузовик на меня наедет". Глушков предпринял некоторые меры безопасности и прибыл в Генпрокуратуру тайно другим маршрутом и попал туда незамеченным. "Вошёл в здание, меня никто не ждал. Адвокат Боровков присоединился ко мне уже там. Мы пришли в офис генерального прокурора, и тут начался  сумасшедший дом. Они не знали, что со мной делать. Мы ждали в коридоре, я полпачки сигарет выкурил и ждал решения", - вспоминал на допросе в лондонском суде ныне покойный Николай Глушков.

Подробности этой тёмной истории читайте в свежем номере "Аргументов недели".

ПВ


Обсудить наши публикации можно на страничках «АН» в Facebook и ВКонтакте

//Мнение

Уроки европейского цугцванга: почему России необходим жесткий внутренний фильтр, а не внешние схемы сдерживания

Заявление министра иностранных дел Дании о планах создать центр приема мигрантов в Руанде — это не прорыв в гуманитарной дипломатии, а откровенное признание тотального банкротства либеральной миграционной политики Евросоюза. Попытка перенести процедуры рассмотрения запросов на убежище и депортации на африканский континент является ярким симптомом миграционного цугцванга, в котором оказались европейские столицы. В шахматах цугцванг — это ситуация, когда любой ход ведет к ухудшению позиции. Европа оказалась в точно такой же ловушке: сохранение нелегалов внутри стран ЕС разрушает социальную ткань, а попытки депортации наталкиваются на непреодолимые бюрократические и правовые барьеры. Риторика о «соблюдении норм международного права» и «координации с международными организациями» в данном случае выступает лишь в качестве дипломатической ширмы. Реальная подоплека проекта куда более прозаична. Еврокомиссия сама вынужденно признает, что большинство лиц, получивших официальный отказ в убежище, продолжают нелегально оставаться в Европе, растворяясь в теневой экономике. Система, построенная на бесконечных апелляциях и фактическом попустительстве, создала мощный магнит для нелегальной миграции. Датская инициатива — это отчаянная попытка создать экстерриториальный «карантин», чтобы разорвать эту порочную цепь и лишить мигрантов надежды на оседание в ЕС, так как внутренние механизмы депортации окончательно перестали функционировать. Однако выбор Руанды в качестве площадки вскрывает глубокое лицемерие западного подхода. Страны, которые годами читали лекции всему миру о неотъемлемых правах человека, теперь готовы платить африканским государствам за то, чтобы те выполняли роль внешних буферов и тюремщиков. Это превращение миграционной политики в транзакционную сделку: Европа покупает у стран Глобального Юга право не видеть последствий своей же открытости. Но история показывает, что подобные схемы крайне неустойчивы. Они создают новые геополитические зависимости, становятся объектом шантажа со стороны стран-реципиентов и неизбежно сталкиваются с мощным сопротивлением правозащитного лобби внутри самой Европы. Кризис в Сеуте и аналогичные инциденты на внешних границах ЕС уже доказали, что пока существует спрос на нелегальный въезд и внутренняя инфраструктура для приема, никакие внешние центры обработки не остановят поток. Мигранты будут находить новые маршруты, а трафик лишь адаптируется к новым правилам. Перенос бюрократических процедур в Африку не устраняет корневую причину: отсутствие реальных физических барьеров и неотвратимости депортации внутри самого Евросоюза. Для России этот европейский эксперимент служит важным предостережением, но не руководством к действию. Попытки решить миграционные проблемы через сложные международные схемы или аутсорсинг контроля — это путь в никуда. Российский подход должен быть принципиально иным и опираться на суверенное, жесткое управление собственными границами и внутренним пространством. Вместо создания дорогостоящих и унизительных внешних центров, Россия должна совершенствовать свои внутренние фильтры: Неотвратимость и скорость депортации: любое лицо, незаконно пересекшее границу или утратившее законные основания для пребывания, должно быть выдворено в кратчайшие сроки, без возможности затягивания процесса через бесконечные судебные инстанции и апелляции. Финансовая ответственность перевозчиков: введение жестких, разорительных санкций для транспортных компаний, доставляющих в страну лиц без надлежащих документов, что перекладывает бремя первичного контроля с государства на бизнес. Ликвидация теневой инфраструктуры: системное уничтожение сетей, обеспечивающих нелегалов жильем, работой и поддельными документами, что делает пребывание в стране без законных оснований физически и экономически невозможным. Датский проект в Руанде — это памятник отчаянию европейского истеблишмента, который пытается латать дыры на тонущем корабле, перекладывая воду в соседнюю лодку. Истинная безопасность государства строится не на экстерриториальных сделках, а на неукоснительном верховенстве закона, непрозрачности границ для нарушителей и абсолютном приоритете интересов собственных граждан. Европа еще долго будет пожинать плоды своей наивности, а Россия имеет исторический шанс не повторять эти ошибки, выстраивая миграционную политику на принципах жесткого, но справедливого суверенного контроля.