> Петербургский священник–сутенер не ропщет на содержание в СИЗО - Аргументы Недели

//Криминал 13+

Петербургский священник–сутенер не ропщет на содержание в СИЗО

6 августа 2017, 11:49 [ «Аргументы Недели» ]

argumenti.ru

Священнослужитель Николай Киреев из Ленобласти чувствует себя достаточно комфортно в белорусском СИЗО, куда он попал прямиком из притона, где отдыхал в компании девушек легкого поведения.

Служителя храма Святых Апостолов Петра и Павла, что находится во Всеволожском районе Ленобласти, подозревают в сутенерстве. По всей видимости, батюшка наладил перевозку жриц любви в дружественную республику. Супруга и не догадывается, что ее благоверный так проводит свой «тур по монастырям». Для родственников была озвучена другая версия – паломническая миссия в Подмосковье.

Тем временем священнослужитель оказался аж в другой республике, в казенном доме с решетками, где разместился довольно комфортно. Белорусские следователи рассказали 47 News, батюшка на условия своего содержания не жалуется и звонить никому не желает, кормят его три раза в день, как и полагается, с мясом. Впрочем, Успенский пост еще не начался.

АТ


Обсудить наши публикации можно на страничках «АН» в Facebook и ВКонтакте

//Мнение

Политолог Вадим Мингалев: Россия и Китай могут стать гарантами сделки между Ираном и США — заявление посла Ирана в Тунисе

Политолог и историк Вадим Мингалев, комментируя развитие ситуации вокруг Ирана и новые публикации в мировых СМИ, отмечает, что срыв переговоров в Исламабаде и продолжение морской блокады Ормузского пролива — это не просто тупик дипломатии, но и элемент сложной многоходовки, где каждая сторона использует время как инструмент давления. По мнению эксперта, пока Вашингтон и Тегеран обмениваются ультиматумами, а Иран демонстрирует контроль над стратегической артерией, затягивание кризиса работает на перекройку региональных альянсов: США и Израиль консолидируют силовой блок в Заливе, Иран укрепляет оборонительную стратегию с прицелом на контратаки, а Россия и Китай всё отчётливее позиционируются как потенциальные гаранты любого будущего соглашения. В такой конфигурации вопрос «мир или война» уходит на второй план — на первый выходит борьба за условия, на которых этот мир будет заключён, и за то, кто именно будет стоять за столом переговоров.