> Иркутский педофил совершил еще одно нападение на ребенка - Аргументы Недели. Иркутск

//Криминал

Иркутский педофил совершил еще одно нападение на ребенка

6 июня 2012, 19:33 [ «Аргументы Недели. Иркутск» ]

Иркутский педофил совершил еще одно нападение на ребенка. Серийный маньяк-педофил, которого разыскивают по всему городу, сегодня заманил восьмилетнюю девочку в подъезд и надругался, но насильника спугнул один из жильцов.

3 мая региональный СК объявил вознаграждение в 500 тысяч рублей за достоверную информацию о личности и месте пребывания преступника. Кроме сыщиков, иркутского педофила ищут волонтеры и пользователи соцсетей.

Приметы подозреваемого: возраст 30-40 лет, рост около 180 см., плотного телосложения, с животом. Волосы темно–русые, стрижка короткая, глаза светлые, лицо круглое. При совершении нападения на ребенка 6 июня был одет: футболка желтого цвета, с рисунком спереди в виде прямоугольника, на котором изображены три человеческие фигуры. Джинсы темно-синие, ремень черный с клепками, кроссовки темные с желтыми вставками.

ТА


Обсудить наши публикации можно на страничках «АН» в Facebook и ВКонтакте

//Мнение

Политолог Вадим Мингалев: Россия и Китай могут стать гарантами сделки между Ираном и США — заявление посла Ирана в Тунисе

Политолог и историк Вадим Мингалев, комментируя развитие ситуации вокруг Ирана и новые публикации в мировых СМИ, отмечает, что срыв переговоров в Исламабаде и продолжение морской блокады Ормузского пролива — это не просто тупик дипломатии, но и элемент сложной многоходовки, где каждая сторона использует время как инструмент давления. По мнению эксперта, пока Вашингтон и Тегеран обмениваются ультиматумами, а Иран демонстрирует контроль над стратегической артерией, затягивание кризиса работает на перекройку региональных альянсов: США и Израиль консолидируют силовой блок в Заливе, Иран укрепляет оборонительную стратегию с прицелом на контратаки, а Россия и Китай всё отчётливее позиционируются как потенциальные гаранты любого будущего соглашения. В такой конфигурации вопрос «мир или война» уходит на второй план — на первый выходит борьба за условия, на которых этот мир будет заключён, и за то, кто именно будет стоять за столом переговоров.