> «Нина» и неожиданный конец - Аргументы Недели

//Кино 13+

«Нина» и неожиданный конец

№  () от 6 февраля 2024 [«Аргументы Недели », Денис Терентьев ]

Кадр из кинофильма

Новая картина Оксаны Бычковой «Нина» вроде бы для любителей мелодраматических историй. Но если сделавший Бычкову известной «Питер FM» – про зарождающееся чувство, то «Нина» – про чувства давно отзвеневшие. И мелодрамы здесь – с полмизинца. «Нина» скорее похожа на «Неоконченную пьесу для механического пианино» – она представляет нам слишком поздно проснувшегося человека. Или не проснувшегося вовсе.

Хотя поначалу создаётся впечатление, что режиссёр Бычкова и сценарист Любовь Мульменко решили рассказать о женщине, у которой всё хорошо. 40-летняя Нина (Юлия Пересильд) живёт в респектабельном подмосковном доме с мужем Борей (Кирилл Кяро) и сыном Ваней. К кухне она не прикована – развивает у детей моторику, собственный сын – лапочка, муж вовсе не выглядит деспотом. Как раз наоборот. Однажды Нине звонит бывший возлюбленный Руслан (Евгений Цыганов): он смертельно болен и приглашает Нину попрощаться в Тбилиси, где 15 лет назад была сыграна основная партия их романа. Нина колеблется, а муж даже подталкивает её к поездке: ей это нужно, и он ей доверяет.

Судя по отзывам к «Нине», этот момент больше всего удивил зрителей (прежде всего женщин): чего она понеслась-то? Пускаться во все тяжкие явно не собиралась, друзей в Тбилиси у неё нет, экскурсионной программы тоже. Она три дня подряд встречается с Русланом, хотя с самого начала понимает, что про скорую смерть он приврал: нелады со здоровьем есть, но косая за ним может идти ещё долго. Из всех философствующих брутальных мачо, сыгранных Цыгановым, Руслан из «Нины», вероятно, самый мерзкий – неопрятный, сильно пьющий, озлобленный. Однако героиня покорно ходит с ним по «местам славы», ездит в горы, хотя запрещает провожать себя до гостиницы, а мужу по скайпу докладывает, что Руслан «сильно сдал». Можно предположить, что Нина приехала задать «бывшему» какие-то волнующие её вопросы, – но тоже нет.

К середине фильма начинаешь понимать, что Бычкова и Мульменко подарили нам героиню без свойств. Она если когда-то и была, то давно потерялась, и даже способность хотеть что-либо утратила. Первые же кадры фильма, где Нину снимают «дрожащей» камерой сидящей на бревне в зимнем лесу, передают растрёпанное состояние героини. Поэтому она и не может определиться: ехать ей в Грузию или нет. А в Тбилиси она выглядит неспособной чувствовать себя хоть кем-то в ситуации, не обусловленной домом и семьёй. И мечется туда-сюда даже на горных просторах.

Историю Нины нам толком не рассказывают. Когда она категорично отказывает Руслану в близости, он выдаёт ей фонтан грязи: она, мол, уехала в Москву из Омска «устраиваться», а он Нину никогда не любил, потому что она пустая. И вероятно, попадает в нерв её собственных размышлений о себе. Ведь пустота – это распространённое место обитания, где есть много разных «надо», но почти нет настоящих «хочу».

Нужно отдать должное: в фильме много отменных сценарных решений. Например, героиня теряет на рынке кошелёк. По шаблону ей теперь пришлось бы крутиться без денег, и это как-то изменило бы её текущее состояние. Но кошелёк ей возвращают, и ничего не требуют взамен. Имея в касте сексапильнейшую Юлию Пересильд, трудно удержаться от соблазна пустить душок мелодрамы. Но авторы не дают увести историю в сторону от личности героини. Камера «преследует» её весь фильм, но красоты Тбилиси тоже не становятся самостоятельным персонажем картины. Хотя старые грузинские дома, в которых поют, танцуют и произносят тосты собратья из советских времён, текущее состояние героини всё-таки меняют.

Прежде чем прийти в отель лечь спать и не проснуться, Нина встречается со своим новым знакомым – молодым грузином Лери (Андро Чичинадзе). Он – антипод Руслана: не знал её раньше и по-рыцарски видит в ней Прекрасную Даму. Прежде чем оказаться в его постели, Нина признаётся, что в свои 40 лет она уже бабка. Ранняя бабка. И что ей остаётся, кроме как умереть?

Некоторые критики пишут, что «Нина» очаровывает недосказанностью и многочисленными загадками, которые не требуют однозначного ответа. С этим трудно согласиться. Такое впечатление, что авторы, виртуозно передавшие нам состояние 40-летней пташки из серебряной клетки, толком не знали, чем эту историю завершить. И оглушающий финал больше похож на опущенные руки в поисках более соответствующей уровню фильма (в целом довольно высокому) концовки.

Ведь миллионы подобных Нин находят выход из состояния «ранней бабки». Или не находят, но предпринимают попытки и так или иначе меняются. Возможно, уход от шекспировской трёхактовости, когда настрой и мотивация героини меняются по ходу пьесы минимум дважды, – это попытка сказать: да чёрт его знает, что там в голове у этой Нины. Шекспиру и не снились такие типажи, у которых вроде всё есть, а внутри такая пустота, что только могила её исправит. А возможно, у создательниц просто возникли проблемы с дедлайном: идея хорошей концовки всё не приходила и не приходила. Ну и сделали как сделали.



Читать весь номер «АН»

Обсудить наши публикации можно на страничках «АН» в Facebook и ВКонтакте