Пошёл второй месяц специальной военной операции (СВО) ВС РФ на Украине. Точнее, на территории, которая ещё недавно таковой являлась. А вот чем она станет вскоре – пока вопрос, ответ на который знают разве что в Кремле. Но что же ждёт нас в течение второго месяца? И каковы итоги первого?
Очаговая армия
Итак, что достигнуто за месяц? Первое – ВСУ как организованная сила и единый военный организм, по сути, перестали существовать. Причём это случилось уже в первые дни. Быстрое передвижение российских передовых отрядов, понёсших основные потери, вкупе с массированным комплексным авиационным, ракетным и артиллерийским поражением сил противника вызвало распад украинской армии на ряд разрозненных группировок. Сейчас они сражаются в пределах городской черты и ближней агломерации либо в сильно урбанизированных районах.
Эти группировки не могут оказать помощь друг другу. Попытки украинских войск сунуться за пределы заселённой местности быстро превращаются в соревнование между российскими разведывательно-ударными комплексами авиации и разведывательно-огневыми комплексами ракетных войск и артиллерии – кто больше уничтожит. Потому что ВСУ уже не способны противодействовать нашей авиации. Относительно адекватные представители противника это признают.
Господство в воздухе
Истребительная авиация ВВС Украины за месяц добилась ровно ноль побед – украинцам не дали подловить даже вертолёт и неизменно сбивали. У некоторых наших лётчиков-истребителей число сбитых украинских самолётов уже вполне даёт им право именоваться асами. Причём не в репортажах и статьях, где «наши асы» – расхожий штамп, а в реальности. «Ас» – лётчик, сбивший не менее 3 или 5 (в разные периоды считали по-разному) самолётов противника.
Су-35С или Су-30СМ имеют над немодернизированными украинскими Су‑27П практически абсолютное преимущество. Не оставила шансов ВВС Украины и наша ПВО. Причём сбивали и пилотируемую авиацию, и беспилотную, включая и разрекламированные турецкие «Байрактары», весь парк которых уже практически уничтожен.
А ПВО Украины, по сути, перестала существовать как система почти сразу. Но надо заметить, что опасность встречи со средствами ПВО сохраняется и сейчас. Да, «большие» украинские ЗРС С-300ПС практически выбиты, дивизионы «Буков-М1» также практически не существуют. Однако даже одиночная огневая установка «Бука» может вести огонь сама, пусть и не так эффективно, зато обнаружить её сложнее. Также имеются ещё «живые» украинские «Осы» и «Стрелы-10». Но опасны они, как и ПЗРК, только низколетящей авиации. И той, которая не оснащена бортовыми комплексами обороны типа «Витебск».
Ударные средства
Переброска сил ВСУ между разными городами, в которых они прячутся за мирными жителями, возможна только малыми группами и по ночам. Поэтому группы штурмовиков Су-25СМ/СМ3 и ударных вертолётов Ми-28Н/УБ/НМ, Ка-52, Ми‑35М рыщут ночами на основных дорогах. За месяц ВСУ потеряли по разным позициям от 45 до 85% техники – больше всего в авиации и ПВО, меньше – в артиллерии.
Конечно, в эти данные вполне могли попасть и «мёртвые дрова» с площадок хранения, откуда ВСУ уже выгребли и отремонтировали за 8 лет всё, что хотя бы с виду напоминало боеспособную технику. Но и среди формально строевой техники было немало поломанной и небоеспособной. Так что с техникой у ВСУ явный швах, но она ещё есть. Особенно артиллерия. Её «герои Украины» прячут в жилых домах, подвалах, подземных паркингах, торговых центрах. Выкатят, дадут залп из РСЗО или несколько выстрелов из гаубицы – и бегом обратно.
Правда, как показали украинские видеоматериалы из того же Харькова или Чернигова, выкатившие свои «стволы» ВСУ имеют не более минуты-полторы, а часто и секунд 40, чтобы выстрелить и быстро спрятаться. Иначе уже нечего будет прятать и некому. Российские радиолокационные средства артиллерийской разведки, светозвукотепловые автоматизированные пеленгаторы в сочетании с АСУ наведения и огнём артиллерии – связка убойная и работает надёжно.
Разумеется, таким образом украинцы могут вести только беспокоящий огонь, а не системную работу по разрушению наступательного потенциала армии России. Разве что у РСЗО возможности повыше, особенно у дальнобойных «Смерчей» – «выкинуть» полный залп и уехать они могут быстро, а расстояние пуска весьма велико. Но и тут опасность нарваться на разведывательный или ударный БПЛА или авиацию – весьма высока.
Статистика же ракетных ударов ВС РФ также беспрецедентна. По американским данным, использовано уже более 1370 квазибаллистических, крылатых, управляемых ракет всех видов базирования и разных дальностей. Это не только ракеты большой дальности. И никакого «недостатка» ракет у России нет и не будет. Хватит и бывшим «партнёрам», если что.
План на обескровливание
Причём в обескровливании противника тоже просматривается план. Сначала выбивали аэродромы, авиацию, РЛС, ЗРК ПВО, старались выбить ракетный ударный потенциал. Эту задачу решить до сих пор не смогли полностью – ловить ракетные комплексы очень сложно. Затем перешли на арсеналы, скопления техники, позиции войск, группы бронетехники, которые, впрочем, всегда были в приоритете.
Так, имевшаяся у ВСУ в строю тысяча танков после потери половины матчасти уничтоженными и части трофеями сократилась в три раза. Теперь массово выбивают живую силу, громя по ночам ракетами военные казармы, а также склады ГСМ и нефтебазы. Горючее – кровь армии, без него она пересядет на лошадей и телеги, и очень скоро.
Правда, надо заметить, что армия России не атакует железнодорожную сеть. Да, некоторые важные узлы были разгромлены вместе с пришедшими туда военными эшелонами. Но массовой охоты за подвижным составом нет. Что даёт ВСУ возможность перебрасывать некоторые небольшие эшелоны с техникой. Почему же не происходит «охоты на паровозы», как в Великую Отечественную? Очевидно, потому, что железная дорога – это и средство эвакуации населения из блокированных крупных городов, которые рано или поздно возьмут.
Перспективы
А что же далее? В ближайшие дни закончится агония украинской группировки в 15–20 тыс. человек в Мариуполе. Дальше всё сильнее будут сжиматься клещи вокруг пока ещё не блокированной, но не имеющей шансов уйти группировки ВСУ в два десятка полков и бригад на Донбассе. Там у Киева из изначальных 60 тыс. человек осталось тысяч 45. Именно её разгром – ключ к кампании на востоке Украины.
Попутно будет продолжаться продвижение в Запорожской, Криворожской и Николаевской областях. Вероятно, займутся Одессой. На северо-востоке активно начали занимать до того «серые» территории между ударными «клиньями» северных фронтовых группировок, устанавливая там свою власть. Наступит время заняться и «сидельцами» в Чернигове, Сумах, Харькове, Нежине, Ахтырке и ряде других населённых пунктов. Ту же весьма мощную украинскую харьковскую группировку активно обескровливают по технике. Скоро настанет её черёд ответить за всё.
Запущен процесс создания военно-гражданских администраций (ВГА) освобождённых территорий. Причём на юге, в Херсонской и Запорожской областях, он запущен давно. Там включены российские каналы ТВ, радио. По сообщениям оттуда, ВГА простили гражданам долги украинским банкам, долги по ЖКХ, снижают тарифы до среднероссийских, выплачивают матпомощь в 10 тыс. рублей. Именно рублями, которые уже вводятся в оборот с апреля. На севере этот процесс ещё только начинается.
Это, конечно, ставит вопрос о том, а будет ли когда-то там вообще Украина хоть в каком-то виде? Похоже, чем дольше Киев продолжает изображать «Квартал 95» в никому не нужных бесполезных переговорах, тем меньше шансов на то, что слово «Украина» сохранится даже во Львове и Тернополе. Потому что туда, похоже, нацелились поляки.
В этом случае армия России с немалой степенью вероятности будет готова вырвать перья из модных крыльев польских гусар. Потому что второго «Идлиба», но размером с 4 области, нам там не нужно. США и НАТО, впрочем, уже дали понять полякам, что в случае подобной авантюры Варшава будет вынуждена отбиваться сама. Но разве польские паны способны на разумные поступки?